Марина Серова - Клетка для райской птички

После этого послания письма Олеси стали более откровенными. Она без стеснения рассказывала Ивану Андреевичу о фактах своей биографии. В частности, сообщила о том, что после смерти матери живет одна и родственников в городе не имеет. Не сообщала она лишь о существовании отца. По какой причине девушка умолчала об этой странице своей биографии, оставалось только гадать.

Прервав изучение писем, я задумалась. Это что же получается? Солидный женатый мужчина завел интрижку на стороне. Что ж, дело житейское, никакого криминала. Если не знать о том, что девушку задушили как раз в подведомственном ему учреждении. А вот это уже пахнет криминалом, да еще как пахнет. Можно сказать, воняет! Причиной трагедии мог послужить банальный страх разоблачения интрижки. Олеся каким-то образом узнала, что возлюбленный ее обманывает, и пригрозила все рассказать жене. Иван в надежде на то, что ему удастся как-то отговорить Олесю от опрометчивого поступка, подпаивает Мишку Шнягу, заманивает девушку в музей, а когда понимает, что все попытки образумить ее потерпели неудачу, душит женщину ее же собственным шарфом. Лишить возможности Никодима Трофимовича присутствовать на смене, провести девушку в музей незамеченной, подставить Шнягу – все это для директора музея пара пустяков. Только вот вопрос: зачем так подставляться и тащить ее в музей. Для этого должна быть веская причина. Поразмышляв над этим вопросом еще какое-то время, я вернулась к переписке.

Дойдя до последних писем, я поняла причину такого странного выбора места для встречи. Оказывается, выбор сделал вовсе не директор. Примерно за неделю до смерти Сомовой в любовную переписку Олеси и Ивана вклинился еще один человек. Назвался он, как водится, Доброжелатель. Всего от Доброжелателя пришло три письма. В первом письме он советовал Олесе внимательнее присмотреться к своему возлюбленному. Сообщал, что он не такой порядочный, каким пытается представить себя. Во втором письме он пишет уже более конкретно. Говорит, что Олеся слишком доверчива. Что Иван никогда на ней не женится, так как уже является счастливым семьянином. Предлагал Олесе порвать с ним, предварительно сорвав маску с этого лицемера. Олеся на послания Доброжелателя не отвечала. Третье письмо было разгромным для Ивана. В нем Олесе сообщалось, что ее возлюбленный – коварный интриган, жиголо провинциального разлива. Что помимо жены и Олеси он имеет любовницу, с которой встречается прямо в музее в ночное время. И если Олеся нуждается в подтверждении истинности слов Доброжелателя, ей следует завтра приехать в музей и самой убедиться во всем. Датировано письмо было одиннадцатым мая. А в ночь с двенадцатого на тринадцатое Олеси не стало. Теперь становится понятно, как девушка могла оказаться в здании музея в такой неурочный час. Однако вся эта галиматья с письмами наводила на подозрения. Что-то тут было нечисто. Я нутром чувствовала, что разгадка запутанной истории кроется именно в переписке, но мне явно подсовывали липу. На чем основывалось мое убеждение, я не могла объяснить. Чувствовала, и все!

Перелистав отправленные сообщения, я нашла то, что искала. На последнее письмо Доброжелателя Олеся все же ответила. Она писала, что не верит ни одному его слову. Обвиняла его в том, что он просто из зависти пытается очернить Ивана, чтобы расстроить их свадьбу. Но для того, чтобы опровергнуть гнусные обвинения, она все же пойдет в музей. И тогда уж Доброжелатель может слать сколько угодно писем, Олеся не поддастся на его провокации.

Выходит, незнакомец получил от девушки подтверждение того, что его желание будет удовлетворено. А что, если этим Доброжелателем была жена Ивана Андреевича? Она могла иметь намерение избавиться от соперницы. Навскидку по стилю писем невозможно было определить, писал их мужчина или же автором является женщина. Что из себя представляет жена директора, я понятия не имела. Да и сам директор был для меня не меньшей загадкой. Следовательно, завтрашнее утро нужно начать с визита к нему. Посмотрим, есть ли у него вразумительное объяснение по поводу связи с девушкой.

Отключив ноутбук, я поплелась на кухню. У меня осталось впечатление, что переписка имеет двойной, скрытый пока от меня смысл, и это требовало тщательных раздумий. Без основательной порции кофе такую проблему не решить. Пока кофе готовился, я мысленно выстраивала факты, пытаясь воссоздать картину событий двухнедельной давности.

Одиннадцатого числа Олеся приходит домой с приятелем. Предположительно с директором музея Иваном Андреевичем. Под описание соседа он подходит как нельзя лучше. Приятель беспокоится о сохранности переписки и требует от Олеси удалить все имеющиеся записи. В свете посланий Доброжелателя это не может не насторожить Олесю. Она отказывается выполнить просьбу своего кавалера. Тогда он выпрашивает у Олеси ключи от квартиры под предлогом намерения как можно скорее начать совместную жизнь. И тут же уходит.

В этот же вечер, а точнее, в эту же ночь Олеся получает разоблачительное послание Доброжелателя, в котором он призывает девушку посетить музей двенадцатого числа в ночное время. Олеся отвечает на послание и дает согласие на предложение Доброжелателя.

После этого рано утром двенадцатого числа девушка едет на железнодорожный вокзал. С собой она везет ноутбук. Видимо не доверяя больше своему возлюбленному, она пытается таким образом сохранить улики. На остановке ее встречает Карагодин. Его показания подтверждают то, что Олеся увезла ноутбук из дома именно двенадцатого мая. В этот же день приятель Олеси тайно проникает в квартиру девушки, в надежде завладеть ноутбуком и избавиться от компрометирующей его переписки. Но ноутбука в квартире уже нет.

Далее в событиях полной ясности не имеется. Фактом остается только то, что Олеся отправилась-таки ночью к зданию музея. Что произошло дальше, сказать пока сложно. Сначала нужно вытянуть признание из директора музея. И, если подтвердится факт его связи с Олесей, придется выяснять, чем занимался Иван Андреевич в ночь с двенадцатого на тринадцатое мая. Я вспомнила, с какой поспешностью директор бросился уверять меня в том, что Олеся ни с кем из сотрудников музея знакомства не водила. Даже сам сделал предположение, что единственным возможным вариантом является то, что Сомова была приятельницей именно Воронкова. Себя, как возможного знакомого Олеси, директор даже не рассматривал.

И все же, несмотря ни на что, мне с трудом верилось, что этот мягкотелый, склонный к дискуссиям на вечные темы, немолодой уже человек способен на какие бы то ни было решительные поступки. Скорее я приписала бы такие способности жене Ивана Андреевича, хоть ни разу с ней и не встречалась. В пользу этой версии было много подтверждений. Женщина могла иметь доступ к переписке мужа. Мужчины порой даже не догадываются о том, что жена держит под контролем всю их личную жизнь и знает не только о настоящих любовных похождениях мужа, но даже о тех, о которых мужчина пока только мечтает. Жена Ивана Андреевича до поры до времени закрывала глаза на мелкие шалости мужа, но за перепиской следила. А потом почувствовала, что интрижка грозит выйти из рамок случайной связи и перейти в нечто большее. Послания от имени Доброжелателя могли быть не чем иным, как попыткой отвадить зарвавшуюся девицу от законного супруга. Когда же жена Ивана Андреевича поняла, что от Олеси не так легко избавиться, она решается на крайние меры. В итоге девушка мертва, муж остается при законной жене, а в преступлении обвинен никчемный пьяница. И всем хорошо, по мнению жены, конечно. Возможно, но не факт. Слишком сложно для простой задачи водворения мужа в лоно семьи.