И Собецкий - Фишки нА стол !

Двое неизвестных не затолкали Кузьминского в 1430-ю комнату, а застали его там. Оказалось, что наш герой имел довольно тесное знакомство с убитым, в основном делового характера. Узнав о его смерти, он сильно испугался, но чего именно - сам толком не мог объяснить, он называл это одним словом "впутаться". Кузьминский оказался человеком мнительным и даже, пожалуй, трусоватым. Кроме торговых контактов, они с Фотиевым вместе клеили безотказных девчонок-филологов, пару раз вместе выпивали, обсуждая довольно откровенно политические проблемы. Но дело не в этом. После колебаний Кузьминский рассказал, что перед убийством он одолжил Паше одну свою видеокассету не очень пристойного содержания. И боялся, что кассету найдут, по ней выйдут на него и совершат над ним то самое ужасное действие - "впутают". И Кузьминский решил кассету выкрасть.

Проникнуть в комнату Фотиева оказалось совсем не сложно. Пять минут страха - и Кузьминский держал в руках свою кассету. Вот тут-то его и накрыли двое неизвестных. Появившись в комнате как из-под земли, они напугали незадачливого вора до полусмерти. Сначала Кузьминский подумал, что это милиция, но чуть позже даже у него хватило ума сообразить, что милиция так не действует. Отобрав вырученную было кассету, Олегу сунули под нос пистолет с глушителем и начали втолковывать, что он отсюда живым не выйдет, если сейчас же не сообщит, где остальные кассеты. С трудом соображая, Кузьминский пролепетал, что остальные у него дома - действительно, у него дома лежала еще одна кассета подобного содержания. Далее действие в основном не расходилось с его прежними показаниями: эти охотники до видеокассет повели Кузьминского в его комнату, по дороге он попытался сбежать, но получил по затылку и остался отдыхать в коридоре, где его и обнаружила комендантша. Страшное слово "впутаться " вновь прозвучало в ушах любителя клубнички. И сама собой сложилась в голове стройная, как пакет лапши, версия...

Кузьминский Олег Владимирович, 1967 года рождения, уроженец Москвы, русский, студент философского факультета, постоянно прописанный в Смоленске и проживающий в общежитии, в комнате 1252, ранее уже задерживался за незаконную продажу сигарет, Муравьев поднял соответствующие документы. К тому задержанию приложил руку Крот. По его сведениям, Кузьминский был обычным спекулянтом.

Когда фальшиво раскаивающийся спекулянт покинул кабинет, Хусаинов позвонил Алексею Петровичу. Он надеялся использовать против разведчиков (он уже не сомневался, что двое незнакомцев - из ведомства Дрожжина) возможности КГБ. Как и всегда, из этих планов ничего не получилось.

- Изъятые вчера предметы, по всей вероятности, иностранного производства ("Особенно стекло", - тоскливо подумал Хусаинов). Так что надо произвести ряд специальных мероприятий. О результатах мы вам сообщим.

На предположения Хусаинова о принадлежности вчерашних разведчиков к военному ведомству Алексей Петрович ответил столь же туманно. Понять, что он имеет в виду, как любили писать сыщики в своих рапортах, "не представилось возможным".

На столе у Алексея Петровича лежал поступивший утром запрос. Отдел административных органов ЦК КПСС настоятельно требовал представить все имеющиеся данные на сотрудников 206 отделения милиции Хусаинова М.А. и Валентинова Б.В., в особенности об их побочных заработках и возможных связях с иностранными гражданами. Поверх запроса красовалась резолюция "Окажите помощь" - точно такая же, как и на докладной Валетинова. Рассматривая эти бумаги, Алексей Петрович испытывал беспокойство за свою дальнейшую карьеру и сильное желание уйти в отпуск. Поразмыслив, Алексей Петрович взял обе бумаги, скрепкой прикрепил к ним стопку листовок "СД" и записку "ВИТЯ - СЕКСОТ" и аккуратно засунул собранные материалы в щель за полку в своем сейфе. "Потеряв" таким образом бумаги (причем, без нарушений режима секретности) и опечатав сейф личной печатью, Алексей Петрович почувствовал себя гораздо увереннее.

В отделении тем временем тоже все улеглось. Суматошное утро с уборкой микрофонов, беготней по этажам и выжиманием Кузьминского наконец закончилось. Начальник отбыл в управление (напоследок надавав всем заданий), и по кабинетам ненадолго распространилась благословенная тишина.

Примечания к гл.3

1 Такое Хусаинов сподобился увидеть в Ленинграде. Там в 1987 году был создан первый в стране полк милиции (формально ВВ) из срочнослужащих. Ребятами усиливали штатные патрули, использовали для оцеплений и другой тупой работы. Носили они обычную милицейскую форму, отличаясь погонами рядовых - таких почти нигде больше не увидишь. Ну, конечно, как все солдаты, ходили в самоволку, а милицейские патрули их, конечно, ловили, а те, естественно, убегали. И Хусаинов своими глазами видел это редчайшее зрелище: по улице мчится один милиционер в форме, а двое других, тоже в форме, его преследуют.

2 Авторы вовсе не хотят сказать, что у нас не было порядка со времен Культа личности. Просто стекла не мыли с момента постройки здания.

Глава 4

Увидел пьяного - отойди

4-я заповедь "козла"

- Ты чего, мать твою, не видел, какие я фишки ставил?!

- А у меня они были?!

Кулинич после разгромного поражения предъявлял претензии своему партнеру сержанту Вощанову, в то время как победившая сторона в лице Муравьева злорадно рисовала под столбцом "ОНИ" жирную букву "К".

- А фигли ты на пустых дуплился?

- Чтоб не отрубили.

- Дурак! Заходчик-то - я!

- Сам зашел, сам и играй!

- Да-а-а... Тяжело играть одному против троих!

- Играете? - в приоткрывшуюся дверь шагнул университетский куратор из Комитета, Алексей Петрович (известный также как Владимир Николаевич). За его спиной мелькнуло лицо Кости Побелкина.

- Давайте с нами, - попытался пошутить Муравьев.

- Доигрались уже! - Алексей Петрович был явно не в лучшем расположении духа и, по-видимому, собирался испортить настроение всем остальным. - Вы ЭТО видели?

Он извлек из портфеля мятый листок бумаги, вложенный в прозрачную пластиковую корочку. То была листовка Союза демократов, призывавшая студентов и сотрудников Университета на митинг, "посвященный памяти члена Союза Павла Фотиева, убитого палачами коммунистического режима за свои убеждения". Митинг должен был состояться сегодня. Подписала листовку Стародомская.

- Ого, - мрачно заметил Муравьев, проглядев бумажку.

- Что "ого"?

- Митинг не успел начаться, а вы уже знаете.

Алексей Петрович возмущенно всосал воздух, собираясь разразиться ругательствами, но в разговор вовремя встрял Кулинич, одновременно пихнув молодого коллегу в бок:

- Из города силы будут, или мы сами обеспечиваем?

Куратор начал инструктаж.