Анна Владимирская - Игра на выживание
- Название:Игра на выживание
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент «Клуб семейного досуга»7b51d9e5-dc2e-11e3-8865-0025905a069a
- Год:2014
- Город:Харьков, Белгород
- ISBN:978-966-14-8006-2, 978-966-14-8005-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Анна Владимирская - Игра на выживание краткое содержание
Невидимая рука смерти забирает одного за другим всех наследников известного пластического хирурга, дяди Алексея Поташева. Что это: роковая случайность или чей-то преступный умысел? Алексей не верит в совпадения и начинает расследование. Потянув за одну ниточку, Поташев сможет размотать весь огромный клубок…
Игра на выживание - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
А вот что писали о нем музыкальные критики:
«Звук, звук и еще раз звук! Начнем с того, что скрипка сама по себе – архисложный инструмент, который далеко не каждому дается (поверьте музыканту). И далеко не каждый сможет дышать с нею и жить ею. Скрипачи – абсолютные слухачи. У них абсолютный, совершенный слух, а это один из признаков звукового вектора. Геллерт играет классику, перекладывает на скрипку рок. “Queen”, “Metalliсa”, “Nirvana” – и следом Чайковский, Моцарт, Бах…
“Музыка – это то, что приводит душу в равновесие… – говорит Дэвид, словно подтверждая наше предположение. – Музыка – это выражение жизни. Музыка никогда не может быть ненавистью. Музыка – это всегда позитивные эмоции. Они могут быть и грустными, но они всегда – надежда. Музыка изменяет мысли к лучшему…”
Реализация через страсть, через то, что нравится, через то, чем ты дышишь, – позитивный сценарий, не правда ли?
Что мы знаем о нем как о человеке?
Дэвид не женат. Он не может себе позволить сидеть дома и наслаждаться покоем, поэтому приходится каждый раз вить гнездо заново. Аахен, Нью-Йорк, Берлин – и помимо этого еще отели.
“Где ты чувствуешь себя как ДОМА?” – “Трудно ответить, потому что такого понятия, как ДОМ, в моей жизни по-настоящему и не было. Я рано начал много разъезжать. Этого чувства, что “вот мое место, вот моя школа, а вот тут мои друзья и моя семья”, у меня практически никогда не возникало. Но все же я скажу, что Нью-Йорк стал моим постоянным местом жительства. И я очень горжусь тем, что я смог во многих городах создать свой круг друзей. Поэтому для меня такие разъезды не внапряг”.
А еще он сказал замечательную фразу: “Моя жизнь фантастически прекрасна, и я хочу ее прожить наяву. Думаю, это приятнее, чем мечтать…” Развитый обладатель зрительного вектора, влюбленный во весь мир, в свою жизнь. И он счастлив этим!
И еще несколько очень показательных фраз:
“Страх – это когда чувствуешь неуверенность в себе, не доверяешь другим, тем самым ограничивая собственную свободу”.
“Мое единственное желание – сохранить свою иррациональность. Это очень важно для моего творчества, и с ней (иррациональностью) мне не скучно…”
“Необходимо искать свои собственные качества. Я не думаю, что можно быть другим только потому, что ХОЧЕТСЯ быть другим. Нужно просто быть самим собой, как в музыке, так и в жизни…”
“Нужно уметь принимать комплименты! Люди, которые не любят себя, не любят и других…”»
Все эти тексты о Дэвиде Геллере в данный момент бегло прочитывала Елизавета Раневская, которой предстояла командировка в Вену и встреча с уникальным скрипачом. В этом не было ничего удивительного, ведь теперь она возглавляла отдел старинных музыкальных инструментов Городского музея. И цель ее командировки состояла в том, чтобы вместе с владельцем коллекции Григорием Петровичем Шанаевым предложить Дэвиду арендовать инструмент Страдивари – лучшую скрипку коллекции. Поскольку скрипка Геллерта, которой почти триста лет, нынче должна отлеживаться в бархатной ночи футляра, а главную возлюбленную Дэвида теперь изображает скрипка Гварнери. В свете всего вышесказанного мы теперь знаем, что Геллерт играл на инструменте Гварнери, хотя на всех афишах была указана фамилия Страдивари. Травмированная же скрипка дожидалась момента, когда снова сможет звучать.
Именно поэтому Лиза с таким интересом читала всю информацию о музыканте, просматривала его фото, слушала исполняемую им музыку.
Безусловно, Геллерт относится к тем мужчинам, которых женщины, смущаясь и закатывая глаза, с улыбкой называют «красавчиками». В него легко влюбиться с первого взгляда. Яркая внешность, белозубая улыбка, бездонный взгляд и светлые волосы – либо рассыпанные по плечам, либо небрежно собранные в хвост. Профессионализм на грани гениальности! Виртуозность!
Лиза, разглядывая Дэвида, думала: «Почему я часами могу следить за мужчиной, который делает то, что действительно умеет? Мужчина, который играет на музыкальном инструменте (память о дедушке), мужчина, который варит кофе, мужчина, который работает за компьютером, возится со своим автомобилем, ведет машину… Почему от этого зрелища нельзя оторваться и оно так пленительно?!»
Она мысленно произнесла: «Мой вердикт: в Дэвиде нет ложной погони за новизной и стремления доказать себе что-то за счет покорения женских сердец. Он реализует себя в музыке, ставшей и профессией, и спасением, и… любовью всей его жизни. Я не удивлюсь, если через какое-то время он женится на модели (в романтических отношениях уже был замечен), а потом так же быстро разведется. Причем не потому, что она не устроит. Потому, что не выдержит, – он музыкант. Его вечно нет дома. Чтобы быть с ним, его нужно понимать! Быть с ним на одной волне…»
Она еще какое-то время помечтала, а затем стала составлять список вещей, необходимых для поездки в Европу. Раневская все любила делать заранее.
В этот же день на ученом совете музея обсуждались вопросы, связанные с венской командировкой.
Уже традиционно ученый совет вела Кира Юрьевна Яблокова – директор Городского музея. Дама пенсионного возраста, прошедшая непростой карьерный путь, начавшийся с должности инструктора райкома комсомола. Она много лет проработала чиновницей Министерства культуры и, наконец, еще будучи на высокой должности в министерстве, подготовила себе окончательную площадку для комфортной жизни – Городской музей. Она успела в первые годы независимости Украины добиться капитального ремонта здания и восстановления старинных интерьеров особняка в их аутентичном виде. Можно сказать с уверенностью: благодаря Яблоковой Городской музей стал единственным музеем города, а то и страны, находящимся в достойном состоянии. Коллекция и фонды размещались в двух зданиях, и сохранность экспонатов была на должном уровне.
Все эти положительные моменты не отменяли того очевидного факта, что Яблокова была диктатором. Любые проявления свободомыслия и инакомнения в ее хозяйстве пресекались немедленно и жестко. Поэтому оставались работать исключительно послушные, тихие и безропотные сотрудники. Остальные, пусть и образованные, и со степенями, и с публикациями, были вынуждены покидать храм культуры. Изнутри музей напоминал театр, где работа называлась служением и в связи с тем, что коллектив был преимущественно женским, процветали интриги. Кроме того, главным режиссером этой небольшой «театральной труппы» была Яблокова, и только она решала, кому играть главные роли в музейной жизни, а кому оставаться четвертой ногой дракона на подмостках храма.
Елизавета Раневская уже десять лет работала в этом террариуме единомышленников. Начала она свою карьеру в только что отремонтированном музее, где нужно было развивать научную и экскурсионно-массовую деятельность. Лиза с горящими глазами и бьющимся сердцем бросалась выполнять любое задание. Ей, выпускнице Академии художеств, тогда казалось, что она служит в Храме Искусства. Именно так, с большой буквы. Постепенно взрослея, обучаясь и сталкиваясь с проявлениями деспотизма Яблоковой и с холуйской покорностью коллег, Раневская стала задавать себе вопрос: так ли сильно она любит свой музей, чтобы превратиться в серую моль с мертвыми глазами? Такими она воспринимала некоторых сотрудниц, проработавших здесь всю жизнь или много лет. Нет, такой участи для себя Лиза не хотела. Она в глубине души уже начала прощаться с дорогими ее сердцу стенами, когда все разрешил случай.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: