Марина Серова - Ритуал привлечения денег

Я вскочила и помчалась вслед за ним. Вынимая на бегу телефон, я набрала номер полковника.

– Кирьянов, он уходит! – в отчаянии закричала я в трубку.

– Оставайся на месте, мы почти у цели, – спокойно ответил Кирьянов. – Далеко твой Зиничев не уйдет.

– Первый поворот направо. Он уже выезжает на дорогу, – успела крикнуть я до того, как полковник отключился.

Предоставив Зиничева заботам полковника, я развернулась и побежала на подмогу Дрону. Со стороны реки раздалось несколько выстрелов подряд. Я бросилась туда. Добежав до реки, я увидела Дрона. Он стоял на берегу. Рядом с ним, головой на земле, ногами в воде, лежал Ермошка.

– Дрон, ты убил его? – приближаясь, спросила я.

– Надеюсь, только ранил. Я целился в ноги, – ответил Дрон.

Подойдя к Ермошке, я наклонилась, пощупала пульс.

– Жив, – прокомментировала я. – Ну что, потащили к машине?

– Где Зиничев? – задал вопрос Дрон.

– Уехал на машине Ермошки. Не беспокойся, уйти ему не удастся. Полиция подоспела. Сирену слышал? – успокоила я его.

– Ладно, будем надеяться, что они его не упустят.

Дрон перекинул Ермошку через плечо и пошел обратно к шалашу, пригибаясь под тяжестью ноши. Я шла следом. Воспользоваться машиной Зиничева мы не смогли. Ключи хозяин увез с собой. Пришлось тащить нашего тюремщика через всю лесополосу. Когда в просвете показалась дорога, я прибавила шаг. Дрон остался далеко позади. Идти быстрее с Ермошкой на плече он не мог.

Дорога была ярко освещена фарами нескольких машин. Я вошла в этот свет и остановилась без сил. Вдалеке я увидела несколько фигур, бегущих в мою сторону. Махнув рукой, я осталась на месте. Сделать еще хотя бы шаг в направлении своих спасителей у меня не было сил.

Первым ко мне подбежал полковник Кирьянов. Схватив меня в охапку, он спросил:

– Ты жива? Он не ранил тебя?

– Там, в лесу. – Я махнула рукой. – Ему нужна помощь.

– Понял.

Не выспрашивая подробностей, Кирьянов отправил в лес двух парней.

– Сейчас машина подъедет. Поедешь домой, отдохнешь, поспишь, и все пройдет.

Кирьянов успокаивал меня, как маленькую девочку. Это было приятно. Прижавшись к его груди, я стояла, наслаждаясь покоем, и ни о чем не хотела думать. Из леса показались люди. Дрон шел налегке. Свою ношу он передал ребятам из группы быстрого реагирования. Подъехала машина полковника.

– Ну вот, карета подана. Можно отправляться по домам, – пошутил Кирьянов.

– Зиничева взяли? – задал Дрон вопрос.

– Куда он денется? Как только он из леса выскочил, мои ребята его приняли. Вы что же, не видели, вон его авто, в кювете загорает, – ответил полковник.

Мы с Дроном одновременно повернули головы. Машина Ермошки валялась на боку в придорожной канаве.

– Как вам это удалось? – снова спросил Дрон.

– Про заграждение «Лиана» слышали когда-нибудь? – улыбнулся Кирьянов.

– Приходилось, – ответил Дрон.

– На «Лиане» наш беглец и повис. Дальше дело техники. Авто окружили автоматчики в касках и бронежилетах. А против такой силы не попрешь, верно? Сдался ваш Зиничев как миленький. Сейчас в бронированном фургоне в Тарасов едет. Сдадим его куда следует, следователь на месте разберется. Ну, а вам придется завтра в отдел прийти, рассказать, что тут произошло, – сообщил Кирьянов. – Но это завтра, а сейчас в машину, и домой.

– Я на своей, – проговорила я.

– С ума сошла в таком состоянии за руль садиться? – сердито произнес Кирьянов. – Показывай, где твой «Боливар». Прикажу кому-нибудь из своих ребят, отгонят его в Тарасов.

– Там, в кустах. Точного места не знаю. Темно было, да и торопилась я.

– Найдем, – пообещал один из парней, помогавших Дрону вынести Ермошку из леса.

– Вот ты ее в город и пригонишь, – объявил полковник. – Ключи в машине?

Это он уже у меня спросил. Я кивнула.

– Под задним бампером. На магните.

– И откуда ты, Иванова, примочки такие знаешь? – поразился Кирьянов. – С виду приличная девушка, а замашки, как у вора-рецидивиста.

– Почему у вора? Мне этот фокус обычный таксист показал, – возразила я.

– Ага, таксист. С тремя судимостями, – подколол Кирьянов.

– Сколько у него в прошлом ходок, я не уточняла. А вот советом воспользовалась. И, между прочим, совет оказался дельный. Если бы не запасной ключ, пришлось бы машину уродовать, – заявила я.

– Может, поедем? – высунув голову из машины, взмолился водитель. – До Тарасова еще три часа пылить.

– Не борзей, Семенов, а то быстро в рядовые разжалую, – шутливо пригрозил водителю полковник, но остальных поторопил: – Время и вправду позднее. Осмотр места преступления, улики, свидетельские показания – все это оставим следователю. Завтра тут народу будет, как в столичном метро. Занимайте места, поехали.

Мы расселись в машине полковника. Ермошку погрузили в «Скорую помощь», спешно вызванную из поселка. Выстроившись в колонну, автомобили тронулись в путь.

На следующий день выспаться мне так и не удалось. Мало того, что в Тарасов приехали в два часа ночи, так еще пришлось Наталью откачивать. За всей этой суматохой никто из нас не догадался позвонить ей, предупредить о том, что отец нашелся, что он жив и здоров и возвращается домой. Дрон вырубился, как только сел в машину. Последние несколько дней он жил в постоянном напряжении и страхе за свою жизнь и за жизнь дочери. Поэтому неудивительно, что организм его так отреагировал. Опасность миновала, Дрон расслабился и тут же уснул.

Я же всю дорогу потратила, описывая в красках злоключения Дрона и мои разыскные мероприятия. Полковник Кирьянов то и дело прерывал меня замечаниями типа «никогда так больше не делай». Я уже успела оклематься после сумасшедшего дня, поэтому моя реакция на замечания Кири была отрицательная. Когда же я дошла до места, где, сбежав от Зиничева, возвращаюсь в дом Ермошки, Кирьянов заявил:

– Приедем в Тарасов, подниму все свои связи, но лишу тебя лицензии. Хватит, наигралась. Будешь теперь дома сидеть, книжки читать.

– Только попробуйте! – угрожающе сдвинув брови, пригрозила я. – Я тогда стану работать незаконно. Причем браться буду за самые опасные дела! Бесплатно!

Последняя фраза так рассмешила полковника, что он долго не мог ответить от хохота. Насмеявшись вволю, он произнес, вытирая платком слезы, выступившие на глазах:

– Ну, Татьяна, умеешь ты обстановку разрядить. Ладно уж, лицензию оставлю, а то с тебя станется, выполнишь угрозу. Особенно последнюю ее часть – И уже серьезно добавил: – Утром позвоню, скажу, кому из следователей дело передали. Скорее всего, тебе придется встретиться с ним. На свободе осталось трое помощников Зиничева. С ними нужно разобраться. Каждый должен понести наказание.

К этому моменту мы подъехали к дому Натальи. Я решила подняться наверх вместе с Дроном и, только стоя перед дверью ее квартиры, поняла, что никто не удосужился подготовить ее к встрече с отцом. Что-либо менять было уже поздно. Дверной замок защелкал, оповещая о том, что хозяйка дома и готова впустить посетителей. Дверь открылась, Наталья встретилась взглядом с отцом. Непонимание на ее лице сменилось недоверием, потом осознанием того, что отец жив, затем радостью. А после этого она потеряла сознание.