Алексей Тарабрин - Женщины и преступность

- Точно. Продадим их в кабак. Это тут, рядом. Хоть бабки заработаем.

- Отвезите нас домой. Я договорюсь: вам за это деньги дадут, - продолжала умолять Ира. - Не надо нас никому продавать. Вам так денег дадут...

- Заткнись! - опять оборвал Вова, который пока так и не удовлетворил своего желания. - Или я, или...

Он вдруг отвернулся от Иры и впился жадным взором в стройную фигурку Веры. В светлой нижней рубашке, она контрастно выделялась на фоне темных деревьев. Леденяще-мерцающий свет полной луны подчеркивал ее грациозность. Девушка обхвадила руками плечи и зябко поеживалась. В ночном майском лесу было холодно.

- Ладно, целка, живи, - он вдруг сменил гнев на милость, направляясь к Вере. - А ты, давай, за подружку отработай...

Так Вера была изнасилована во второй раз. Лишь после этого насильники оставили свои жертвы на какое-то время одних. Сами сели в машину и стали обыскивать сумочки, забирая оттуда ценные вещи и деньги. При этом еще раз проявился далеко не высокий уровень их интеллекта. В кошельке Веры лежала кредитная карточка СТБ-банка.

- Что это? - спросил Вова-2.

- Карточка банка, - ответила Вера.

Подружки пытались согреться, прижимаясь друг к другу. В лесу было холодно.

- А для чего она? - проявил дальнейшую любознательность туповатый насильник.

- Для красоты, - съязвила Вера, подумав про себя: этот питекантроп, похоже, только вчера с дерева спустился.

И, словно подтверждая предположение девушки, Вова-2 опробовал карточку на зуб. Потом, убедйвшись в полной бесполезности для него этой вещи, он бросил ее рядом с машиной.

Другой в это время, включив в салоне автомашины свет, старательно изучал документы. Закончив эту процедуру, он вдруг изрек:

- Учтите, ваши адреса теперь известны. Заявите в милицию, обеим конец! Еще и на родственничках отыграемся...

Наконец, когда с жертв были сняты и золотые украшения, две цепочки с крестиком и кулоном, серьги и колечко, один из преступников вдруг проронил:

- Бля, опаздываем, Вовик! Нам же еще с проституток на Тверской бабки снимать...

- А ну, вали отсюда! - угрожающе прорычал другой. - Отскочили от тачки вон к тому кусту...

Погасив в салоне свет и не зажигая внешних огней и фар, чтобы не высветить номера машины, они так и отъехали в темноте. Какое-то время еще был слышен шум двигавшейся машины, а потом все стихло. В ночном лесу стали проступать другие звуки. Среди них отчетливо - стук девичьих зубов. Майские ночи - холодные ночи. Насильники оставили свои жертвы без теплых курток. На них были джинсы, тонкая блузка на Вере и легкий пуловер на Ире. Слезы катились по щекам. Душила обида. Давила неопределенность. Куда идти? Вперед? Назад? Кто знает. Они знали одно: только не в сторону дороги.

Девушки осмысливали случившееся и раздумывали, как выбраться из леса, как добраться домой. В какой стороне, собственно, дом? Где-то за деревьями мелькнул свет фар. Машина! Она приближалась. Значит, возвращаются мучители.

- За нами, - пискнула Ира.

- Наверное, - поддержала Вера. - А может, кто-то другой...

- Нет! - Ира теснее прижалась к подруге. - Это они. Вернулись за нами, чтобы черным продать...

Схватившись за руки, подруги рванули подальше от злосчастной поляны. Однако оказались они вовсе не в лесу, Как это показалось первоначально, а в посадке. Через несколько метров кустарник и деревья кончились. Открытое место. Пришлось бежать вдоль посадки, прикрываясь ее сенью. А сзади все маячил и маячил свет фар. Проехав полянку, страшная иномарка, а это была именно она, описала полукруг. Девушки уже не сомневались в этом. Очень тихо, почти неслышно работал двигатель. Сама же машина двигалась, словно бестелесный призрак, темная тень.

Пробежав еще несколько метров, подруги присели под развесистый куст. Нужно было затаиться и перевести дыхание. Холода и промозглости майской ночи уже как не бывало. В груди яростно колотилось сердце, готовое выскочить от напряжения бега, а еще больше от страха.

Но иномарка вдруг перестала приближаться. Она вернулась на поляну. Там постояла с включенными фарами еще какое-то время. Потом так же тихо исчезла. Только после этого девушки окончательно пришли в себя и решили идти прямо через поле, в противоположную от дороги сторону.

Одни

Сколько пришлось пробираться до города или ближайшего населенного пункта? Долго. Очень долго. И это как бы стало продолжением ужасов и испытаний, выпавших на эту ночь. Девушки вздрагивали от каждого нового звука, боясь снова встретиться со своими мучителями. Казалось, опасность буквально окружала их. Она скрывалась в каждом темном пятне или несколько необычном очертании, возникающем впереди. Там мог оказаться и дикий зверь, одичавшая собака, которых последнее время развелось очень много. Да мало ли что еще. Вокруг были ночь и незнакомая местность. А уж этого с избытком хватало для взбудораженного девичьего воображения. Добавить к этому, что, возможно, где-то рядом еще рыщут преступники, вознамерившиеся "продать чистеньких студенток" в какой-то кабак черным... При мысли об этом мелькнувший впереди огонек представлялся именно коварной иномаркой.

Казалось, ночь никогда не пройдет, а ужасам и испытаниям не будет конца. Уже через несколько метров возникло первое природное препятствие, огромный овраг. Его пришлось обходить, и они попали на свежую пашню. В неприспособленную к бездорожью городскую обувь набивалась земля и камешки. Идти было крайне неудобно. В темноте совершенно не видно, куда в очередной раз ставишь ногу: на ровное место или в ямку. Вот и двигаешься чуть не на ощупь в готовности пропахать землю уже собственным носом. Так и ковыляли, поддерживая друг друга, несколько километров по бездорожью. Выглядывала из-за туч луна - шли быстрее. Ночное светило пряталось - движение сразу замедлялось.

Когда прошли пахотный участок, казалось, наступило облегчение. Но не тут-то было: попали на колючки и кустарники, которые то и дело цеплялись за одежду. Ветви больно секли через легкую одежду. Куртки-то преступники забрали, оставив на жертвах лишь то, что, на их взгляд, не представляло ценности. Хорошо еще, что накануне догадались надеть джинсы. На них, к счастью, насильники-грабители не позарились. Но и они не спасали от прохладной, даже холодной ночи. Гдето пахло цветом черемухи. А она всегда раскрывает свои лепесточки к похолоданию, иногда к заморозкам. Эта ночь, пожалуй, выпала именно такой.

Когда забрезжил рассвет, у девушек уже зуб на зуб не попадал. Не спасало и то, что, как только стало светлее, попытались бежать. Пробовали согреть друг друга, но выстывшие тела и почти ледяные руки мало этому способствовали. Зато удалось рассмотреть за полем у дальнего перелеска дома. Появилась реальная надежда выйти к населенному пункту, к цивилизации. А там уже, если повезет, добраться домой каким-нибудь транспортом. Вот только как это сделать без гроша в кармане? Об этом пока не думалось. Ведь как бывает в кино? Там пострадавшим оказывают всестороннюю помощь. Но это на экране. В реальной жизни все обстояло менее романтично.