Лев Дворецкий - Погоня за призраком

— Жми отсюда!

Тот ни о чем спрашивать не стал. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, в каком состоянии его друг. Некоторое время они ехали молча, потом Валерий спросил:

— Ты в порядке? Может, скажешь, что случилось?

— Ничего, жми вперед.

— Куда едем?

— У тебя дома найдется, что выпить?

— Естественно, и даже — закусить. Ты же знаешь, я сам хозяйничаю. Холодильник полон всякой всячины, но на обед не рассчитывай. Вот когда женюсь…

— Ты можешь помолчать? — резко оборвал его Тимофей.

— Да что с тобой! — в сердцах хлопнул по баранке Валерий. — Объясни же, легче станет. Или ты считаешь, что водяра лучше поможет?

— Заткнись!

— В Ирине дело?

— Не знаю такую.

— Это что-то новое.

— Не вмешивайся, — со злостью одернул его Тимофей. — Со шлюхой я сам разберусь.

— Не пори горячку, чтобы не жалеть потом.

Тимофей слегка поостыл.

— Понимаешь, тошно мне. Не лезь сейчас, после все узнаешь. Надо расслабиться.

— Без проблем, — кивнул Валерий. — Сейчас приедем, отдохнешь у меня немного, потом вместе подумаем, что предпринять.

Тимофей не раз бывал у Валерия дома. Родители его работали по контракту где-то за границей, и он жил один в огромной четырехкомнатной квартире. Валерий всегда встречал его радостно, хлебосольно. Тимофей пил редко, только по большим торжествам и в малых дозах, потому друг, кроме чая и сладкого, ничего не выставлял на стол. Но сейчас Тимофей сам попросил что-нибудь покрепче. Валерий выставил нераспечатанную «Посольскую» и отправился на кухню готовить нехитрую закуску. Когда вернулся, Тимофей спал прямо в кресле. Перед ним стоял пустой бокал, а водка в бутылке уменьшилась наполовину. Валерий присвистнул, подложил другу под голову подушку, накрыл пледом и вышел в другую комнату. Там взял телефон, набрал номер и стал что-то тихо говорить, боясь разбудить друга. Вернувшись в гостиную, он прилег на диван и заснул.

Проснулись они одновременно от звонка. В окна пробивался утренний свет. Валерий поспешил к двери. На пороге стояла Марина.

— Заходи, — пригласил он, заговорщицки подмигнув девушке. — Он у меня, только что глаза протер. Не проговорись, что я тебе звонил.

— Не беспокойся, — кивнула она. Вид у Марины был озабоченный. В прихожей она успела шепнуть Валерию: — Хорошо, что позвонил мне. Все оказалось довольно серьезно: Ира попала как раз в ту больницу, где я работаю, так что я все узнала. Ну, а дальше продолжу для вас обоих. — Марина уже входила в гостиную. — А у тебя ничего, не тесно. Много народу здесь живет?

— Очень. Я один.

— А где же Тима?

— Только что был здесь. Наверное, умывается.

Тимофей вышел из ванной, вытирая полотенцем лицо. Увидев сестру, вытаращил глаза:

— Это ты? Как ты попала сюда?

— Проездом. Садись и слушай. — Марина по-хозяйски придвинула к себе стул, взглядом приказала ребятам сесть. — Вот что, Тимофей. Не кажется ли тебе, что ты перегибаешь палку?

— К чему ты клонишь? — удивился он.

— Не притворяйся, прекрасно знаешь, о чем речь. Я только что из больницы.

— Меня это не интересует.

— Ира в тяжелом трансе. У нее нервный срыв. Ты хоть представляешь, что с ней произошло?

— Еще как представляю! Видела бы ты эти фотографии…

— Ах, вот в чем дело! Бедняжка этого больше всего боялась. Ей было стыдно и больно за всю ту мерзость, которую с ней сотворили эти подонки. Ира мне все рассказала. Она ни в чем не виновата, все это из-за тебя. Ее хитростью заманили в дом одного режиссера, ее бывшего преподавателя по институту. Там оказались известный тебе Кирилл и некий Отари, с которым Ира, да и ты ранее не раз встречались. Они по очереди истязали ее, фотографируя каждую сцену. А потом предъявили ей эти «вещественные доказательства» и стали шантажировать. Требования их сводились к тому, чтобы затравить тебя, Тима, убрать из обличительного списка имя Геннадия Зубкова и больше никогда не трогать его. Взамен обещали эти фотографии уничтожить. Что же касается Вики, то их дорожки случайно пересеклись. Та явилась к Ирине в тот момент, когда там находился Кирилл…

— С Викой мне все ясно, — остановил сестру Тимофей, — она раскололась. Мы с Валерой нашли ее и прижали. Эта женщина — элементарная «шестерка», выполняла заказ своего босса. Речь не о ней, а о фотографиях. Видела бы ты это… Не похоже, чтобы ее принуждали!

— Опять ты за свое! — оборвала брата Марина. — Как она могла справиться с тремя здоровенными боровами, соображаешь?

— А тебе известно, что Ира была в ресторане с каким-то мужиком?

Марина укоризненно покачала головой:

— Ни о чем это не говорит. Жаль, что тебя так легко сбить с толку. Ира мне все рассказала. С ресторана все и началось, вернее, с выпускного вечера. Этот самый преподаватель, Кажлаев его фамилия, организовал свой театр и набирал в труппу молодых актеров. Так Ирине сказали на вечере. Ей очень хотелось получить роль. А тут он сам пригласил ее в ресторан, якобы с единственной целью — поговорить об ее артистической карьере. Представляешь, какая это удача для выпускницы! Ей и в голову не могло прийти, что тут какой-то подвох. В общем, ему удалось каким-то образом напоить ее, увезти из ресторана и привезти к себе домой. Там ее уже ждали Кирилл и Отари. Они заранее сговорились и устроили ей настоящую пытку. Вот как все это было.

— Откуда ты узнала, что Ирина попала в больницу? — Этот вопрос давно крутился у него на языке.

Марина сделала вид, что удивилась:

— Ты забыл, что я уже врач и работаю в больнице?

— Ира к тебе попала?

— Можно и так сказать. Во всяком случае, мне не чинили препятствий, когда я приехала и пришла к ней в палату. Мы проговорили с ней более часа. Более того, я договорилась, чтобы ее положили в отдельную палату. Ира очень хочет тебя видеть и в то же время боится. Ей бы в милицию заявить, чтобы арестовали этих насильников, но она и слышать об этом не хочет.

— И правильно делает, — вмешался Валерий. Он давно уже расхаживал по комнате, не пропуская ни одного слова. — С этим зверьем мы сами разберемся, верно я говорю?

— Да, милицию впутывать не стоит, — задумчиво произнес Тимофей. — Тут такие задействованы силы, что милиция им нипочем. Один Зубков чего стоит. Обворовал свой банк, и снова в зените. Подозреваю, что никакие доказательства его валютных махинаций тут не помогут.

— А ты не слишком сгущаешь краски? — Валерий встревоженно посмотрел на него.

Тимофею надо было выговориться:

— Нисколько. Мне дали сорок восемь часов на выполнение задания. Я точно уложился в срок. И что ты думаешь? Сергеев куда-то уехал. Мне некому было докладывать, некому передать дискету. А ведь это бомба замедленного действия для олигархов типа Зубкова. Более того, моя напарница в этом деле, Женя Маслова, тоже не дремала, сумела достать важные документы. Но от Масловой отмахиваются, как от назойливой мухи. Какой из этого следует вывод? Что начальство куплено, а мы создаем только видимость деятельности во имя закона, справедливости и порядка. Вот почему я против милиции. Я должен сам все решить с этой мразью, с каждым в отдельности, и прежде всего с заказчиком. С Геннадием Зубковым.