Артур Конан Дойль - Самые знаменитые расследования Шерлока Холмса
- Название:Самые знаменитые расследования Шерлока Холмса
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент1 редакция0058d61b-69a7-11e4-a35a-002590591ed2
- Год:2017
- Город:Москва
- ISBN:978-5-699-92869-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Артур Конан Дойль - Самые знаменитые расследования Шерлока Холмса краткое содержание
Английский писатель, публицист и журналист Артур Конан Дойл вошел в мировую литературу в первую очередь как создатель самого Великого Сыщика всех времен и народов – Шерлока Холмса. Благородный и бесстрашный борец со Злом, обладатель острого ума и необыкновенной наблюдательности, с помощью своего дедуктивного метода сыщик решает самые запутанные головоломки, зачастую спасая этим человеческие жизни. Он гениально перевоплощается, обладает актерским даром и умеет поставить эффектную точку в конце каждого блестяще проведенного им расследования.
Самые знаменитые расследования Шерлока Холмса - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Теперь, когда вы спросили, я вспоминаю, что они не были широкими. Это вполне мог быть «Спектейтор». Однако мне некогда было думать о таких деталях, так как спиной к окну сидел еще один человек, и я мог поклясться, что этим вторым человеком был Годфри. Его лица я не видел, но я так хорошо знаю очертание его плеч. Он опирался на локоть в позе глубочайшей меланхолии, повернувшись вполоборота к огню. Я прикидывал, как поступить, но тут меня хлопнули по плечу, и я увидел перед собой полковника Эмсуорта.
«Сюда, сэр! – сказал он негромко и молча направился к дому, а я последовал за ним в отведенную мне спальню. В прихожей он захватил расписание поездов. – В восемь тридцать отходит поезд на Лондон. Двуколку подадут в восемь».
Он весь побелел от гнева, и, правду сказать, я чувствовал себя так неловко, что сумел только пробормотать несколько бессвязных слов извинения, ссылаясь на тревогу за моего друга.
«Это не подлежит обсуждению, – сказал он резко. – Вы с чертовской наглостью вторглись в наши семейные дела. Вы были приняты здесь как гость, а оказались соглядатаем. Мне больше нечего сказать, сэр, кроме того, что я отныне не желаю вас видеть. Никогда».
Тут я вспылил, мистер Холмс, и заговорил с некоторой горячностью:
«Я видел вашего сына, сэр, и убежден, что по какой-то своей причине вы прячете его от людей. Я не знаю, чем вы руководствуетесь, изолируя его таким образом, но я убежден, что он больше не свободен в своих поступках. Предупреждаю вас, полковник Эмсуорт, что, пока я не удостоверюсь в безопасности и благополучии моего друга, я не прекращу усилий разобраться в этой тайне и, во всяком случае, не позволю запугать себя, что бы вы ни говорили и ни делали».
Вид у старика был прямо-таки дьявольский, и я даже подумал, что он вот-вот набросится на меня. Я упоминал, что он худой, свирепый старый великан, и, хотя слабым я себя не считаю, мне было бы нелегко устоять против него. Однако, посмотрев на меня еще яростней, он повернулся на каблуках и вышел из комнаты. Ну, а я уехал утром на указанном поезде с твердым намерением сразу же отправиться к вам, чтобы попросить вашего совета и помощи, поскольку уже написал вам с просьбой принять меня.
Вот какую задачу поставил передо мной мой посетитель. Никакой трудности ее решение, как, возможно, уже установили проницательные читатели, не представляло, так как альтернатив ему практически не было. Однако, вопреки ее элементарности, она содержала кое-какие интересные и оригинальные моменты, оправдывающие то, что я теперь представляю ее вниманию публики.
– Слуги? – осведомился я. – Сколько их в доме?
– Насколько я понял, только старый дворецкий и его жена. Они, видимо, ведут очень простой образ жизни.
– Значит, в садовой сторожке прислуги нет?
– Никакой. Разве что маленький бородач – лакей. Однако, судя по всему, он занимает гораздо более высокое положение.
– Все это наводит на определенные мысли. Вы не заметили никаких признаков, что еду приносят туда из большого дома?
– Ваш вопрос напомнил мне, что я действительно видел, как старик Ральф шел с корзиной по садовой дорожке в направлении сторожки. В ту минуту мысль о еде как-то не пришла мне в голову.
– Вы наводили какие-нибудь справки в окрестностях?
– Да. Я поговорил с начальником станции и еще с хозяином гостиницы в деревне. Я просто спрашивал, не знают ли они чего-нибудь о моем старом друге Годфри Эмсуорте. Оба они заверили меня, что он отправился в кругосветное путешествие. Вернулся домой с войны и почти сразу же снова уехал. Этой истории, видимо, там все поверили.
– О своих подозрениях вы ничего не говорили?
– Ничего.
– Очень разумно. Вопросом этим действительно следует заняться. Я поеду с вами в Таксбери-Олд-Парк.
– Сегодня?
Я как раз закруглял дело, которое мой друг Ватсон описал под названием «Дело школы Аббатства» и в котором был так глубоко замешан герцог Грейминстерский. Кроме того, я занимался поручением турецкого султана, и оно требовало безотлагательных мер, поскольку проволочки могли привести к серьезнейшим политическим последствиям. Поэтому, как следует из моего дневника, отправиться в Бедфордшир в обществе мистера Джеймса М. Додда я сумел только в начале следующей недели. По дороге на Юстонский вокзал мы заехали за очень серьезным и молчаливым седеющим джентльменом, с которым я договорился предварительно.
– Мой старый друг, – сказал я Додду. – Его присутствие может оказаться совершенно излишним, или же оно может сыграть решающую роль. Пока нет нужды касаться этого подробнее.
Рассказы Ватсона, без сомнения, приучили читателей к тому, что я не трачу лишних слов и не открываю своих мыслей, пока дело расследуется. Додд, видимо, удивился, но больше ничего об этом сказано не было, и дальше наш путь мы продолжали втроем. В поезде я задал Додду еще один вопрос, желая, чтобы наш спутник услышал его ответ:
– Вы говорите, что увидели лицо своего друга за окном вашей спальни совершенно ясно – настолько, что не могли ошибиться?
– Вне всяких сомнений. Он прижимал нос к стеклу, и свет лампы падал прямо на его лицо.
– А не мог это быть кто-то на него похожий?
– Нет-нет, это был он.
– Но вы же сказали, что он изменился?
– Только в смысле цвета лица. Оно стало – как бы это выразить? – белесым, как рыбье брюхо. Будто его побелили.
– Бледность была ровной?
– По-моему, нет. Особенно ясно я видел его лоб, прижатый к окну.
– Вы его окликнули?
– В ту минуту я был слишком ошеломлен, сражен ужасом. Затем я погнался за ним, как рассказывал вам, но безрезультатно.
Дело было практически раскрыто, и требовалась только одна небольшая деталь, чтобы закруглить его. Когда после длительной поездки мы наконец добрались до своеобразного старинного длинного дома, который мой клиент описал, дверь открыл старый дворецкий. Я уплатил кучеру за весь день и попросил моего пожилого друга остаться в экипаже, пока и если мы за ним не пришлем. Ральф, морщинистый старикашка, был одет в традиционный костюм – черный сюртук и брюки цвета перца с солью, но с одним любопытным отличием. На нем были коричневые кожаные перчатки, которые при виде нас он незамедлительно снял и положил на столик в передней, пока мы входили. У меня, как мог упомянуть мой друг Ватсон, все чувства очень обострены, и я уловил легкий, но четкий запах. Исходил он как будто от столика. Я повернулся, положил на столик шляпу, опрокинул его и нагнулся, чтобы его поднять, причем так, что мой нос оказался в футе от перчаток. Да, несомненно, от них исходил странный смоляной запах. Я направился в кабинет – мое расследование было окончательно завершено. Увы, когда я сам рассказываю свои истории, приходится забегать вперед. А ведь именно сокрытие таких звеньев в цепи событий обеспечивало Ватсону его дешевые, но эффектные концовки.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: