Наталья Александрова - Ад да Винчи

Возле старомодной массивной двери, обитой чеканной медью, красовалась строгая и внушительная табличка: «Монтгомери банк».

Дверь не открывалась сама, как в новомодных японских и американских офисах. Чтобы открыть ее, Старыгину пришлось приложить некоторое усилие. Тем самым владельцы банка с чисто британским тактом давали понять, что вход в их цитадель открыт далеко не каждому.

По другую сторону двери стоял рослый мужчина в безукоризненно отглаженном черном костюме, под которым почти невозможно было разглядеть пистолет.

Подняв на Старыгина и его спутницу непроницаемые взгляд, он произнес сдержанным, полувопросительным тоном:

— Сэр?

Вместо ответа Маша выступила вперед и показала привратнику маленький плоский ключ.

— О, прошу вас, мадам! — охранник не улыбнулся, но несколько потеплел взглядом. Джентльмен с вами?

— Конечно, — подтвердила девушка.

— Прошу прощения… — охранник молниеносным отработанным движением провел возле Маши и реставратора металлоискателем и кивнул:

— Прошу вас, мистер Гаррис вас ждет!

Спутники пересекли просторный холл, облицованный светлым мрамором, и остановились перед золоченой стойкой.

— Чем я могу вам помочь? — раздался из-за стойки голос с безупречным английским произношением. Маша увидела еще одного мужчину в черном костюме. Но если даже охранник в этом банке выглядел джентльменом, то этот человек выглядел джентльменом в квадрате. Прическа его была выверена с математической точностью и отражала свет позолоченных бра. Костюм сидел так идеально, что невольно напоминал о похоронах. А на лице была такая сдержанная британская чопорность, что ее вполне можно было использовать вместо морозильной камеры или кондиционера.

— Чем я могу вам помочь? — повторил джентльмен с тем же выражением.

И опять вместо ответа Маша показала ему ключ.

— Прошу вас, — служащий осторожно, как драгоценную реликвию, взял ключ в руки и посмотрел на выбитый на нем номер. Тут же лицо его осветилось улыбкой, и Маша подумала, что ошиблась, приняв его за англичанина.

— Я рад, чрезвычайно рад, — проговорил клерк. — Мадам, мистер Моррис будет через несколько минут, я сейчас сообщу ему о вашем визите. А пока могу я предложить вам и вашему спутнику чашку чаю?

«Конечно же, чай, — подумала Маша, — ведь это английский банк! Во французском или итальянском нам предложили бы кофе!»

Она поблагодарила и вежливо отказалась.

— Тогда, прошу вас, присядьте, — служитель указал посетителям на глубокий и низкий диван, обитый темной тисненой кожей. — Мистер Моррис уже в пути!

Маша задумалась, каким же будет этот самый мистер Моррис: джентльменом в кубе?

И еще она подумала, каких же размеров внутренние помещения этого банка, если клерк добирается из своего кабинета не меньше, чем если бы тот располагался в Лондоне. Возможно, он едет оттуда на поезде или по крайней мере на автомобиле.

Наконец дверь позади стойки распахнулась, и оттуда появился долгожданный мистер Моррис.

Он оказался совсем не таким, какого Маша ожидала увидеть.

Небольшого роста, очень подвижный, в помятом сером костюме, с покрытыми перхотью плечами и круглой плешью, он потирал руки и улыбался.

— Приветствую вас, приветствую вас! — воскликнул он с неумеренной веселостью. — Простите, что заставил вас ждать! Британские традиции, знаете ли! Пойдемте со мной, я провожу вас в депозитарий!

Он сделал знак следовать за собой и зашагал по широкому, ярко освещенному коридору, ни на секунду не переставая говорить.

— Прекрасный выбор, прекрасный выбор!

— О чем вы, сэр?

— То, что вы остановили свой выбор на нашем банке, говорит о вашей рассудительности и несомненном вкусе! Сейчас многие предпочитают этих выскочек, этих нуворишей…

— Что вы имеете в виду?

— Швейцарские банки, конечно! — Мистер Моррис недоуменно оглянулся на Машу, как будто она спросила его, как называется наша планета. — Эти новомодные швейцарские банки!

— Как, вы называете швейцарские банки… новомодными? Разве они не старейшие в Европе?

— Что вы, мадам! — Мистер Моррис так скривился, как будто проглотил целый лимон. — Как вы можете так говорить! Первые швейцарские банки появились только во второй половине девятнадцатого века, и тогда о них никто не слышал! Они стали известны только после Первой мировой войны! В то время как наш банк сохраняет свою неизменную репутацию с тысяча семьсот десятого года! Английский банк — это настоящий банк, а все остальные выскочки!

— Вы забыли об итальянских банках, — вставил реплику Старыгин. — Некоторые из них появились еще в тринадцатом веке! Например, банкирский дом Медичи…

— Что вы говорите, сэр! — искренне удивился служитель. — Никогда бы не подумал! Вот мы с вами и пришли!

Он остановился перед массивной дверью из темного резного дуба.

Маша подумала, что такая дверь не очень подходит для надежного банковского хранилища. Она ожидала увидеть что-то бронированное, суперсовременное и невероятно надежное.

Мистер Моррис нажал на кнопку возле двери, что-то негромко сказал в переговорное устройство и отступил на шаг в сторону. Дверь распахнулась, и за ней вместо комнаты или нового коридора оказалась кабина лифта. Впрочем, такая кабина вполне могла бы послужить гостиной в старинном английском особняке.

Здесь были и диван, и антикварный журнальный столик, и пушистый ковер на полу, и зеркала в резных золоченых рамах. Не было только традиционного английского камина, да размерами кабина все же несколько уступала аристократической гостиной.

Мистер Моррис пригласил посетителей в кабину и вошел вслед за ними. Как только дверь закрылась, лифт пришел в движение, причем, как и следовало ожидать, он пошел не вверх, а вниз.

Опускаться пришлось довольно долго. Наконец кабина остановилась, и дверь плавно распахнулась.

На этот раз за ней оказался короткий коридор, обшитый темными деревянными панелями и освещенный яркими люминесцентными лампами. На пороге стоял очередной охранник, но он, в отличие от своих предшественников, был одет не в элегантный костюм от лондонского портного, а в обычный камуфляжный комбинезон. На плече у охранника висел короткий десантный автомат.

Быстро осмотрев прибывших, охранник кивнул мистеру Моррису и отступил в сторону.

— Вы понимаете, — проговорил клерк, шагая вперед по коридору, — это дань времени.

Конечно, такая охрана не вполне соответствует стилю традиционного английского банка, но она необходима в наше непростое и суровое время.

Короткий коридор упирался в очередную дверь. Но на этот раз это было именно то, чего Маша ждала: не дверь, а мощное сооружение из толстой, тускло поблескивающей стали, усеянной заклепками и оснащенной чем-то вроде корабельного штурвала.