Майкл Палмер - Естественные причины

Они подошли к парадной двери отштукатуренного дома, где остановилась Роза.

– Тогда, о чем же вы хотите меня предупредить?

– Сара, вы добрый и заботливый человек... ценные качества в вашей профессии. Я вижу боль, которую причиняют вам обвинения. Не хочу пока что вдаваться в детали, но у меня есть основания подозревать, что кое-кто пытается помешать мне узнать истинное положение вещей. Для себя я решила, что это не вы. Вам следует проявить большую осмотрительность... Даже по отношению к тем, кому вы доверяете.

– Но...

– Прошу вас, Сара. Мне было трудно решиться сказать вам даже это. Я раскрою вам больше, когда наступит нужный момент. А пока что мне предстоит очень много работы, а вам надо как следует подготовиться к защите.

Сара вздохнула.

– Знаете, ваши предположения верны. Я не тот человек.

Роза опять похлопала ее по руке.

– Я хорошо это знаю, милая. Просто наберитесь терпения и будьте очень, очень осторожны.

Сара подождала, пока эпидемиолог скроется в дверях. Потом она села на велосипед и медленно поехала в центр города. Некоторое время она пыталась разобраться в своих мыслях, но безрезультатно. Тогда попыталась сосредоточиться на своем новом знакомом адвокате и на странном заикающемся невысоком мужчине, но ее мысли вновь и, вновь возвращались к загадочному предостережению Розы Суарес:

«Просто наберитесь терпения и будьте очень, очень осторожны».

Если эта женщина хотела напугать ее, призналась, наконец, себе самой Сара, то ей это удалось.

21 июля

Магазин специалиста по лечебным травам Квонга Тян-Вена занимал первый и цокольный этажи обшарпанного четырехэтажного кирпичного строения. Сара уделила больше, чем обычно, внимания своему внешнему виду и вышла из дома в четверть восьмого. Несколько миль от Норт-Энда до Чайнатауна она прошла пешком. Настроение у нее было смутное: заикающийся мужчина, странные предупреждения Розы Суарес, а тут еще предстоящее общение с Джереми Мэллоном.

Квонга она знала давно – еще со времени работы в институте Эттингера, а после возвращения из медицинского колледжа познакомила его с некоторыми членами бостонской общины холистов. Его познания ценились очень высоко, но, несмотря на это, она дважды дополнительно переговорила с ним, прежде чем стала брать у него товар. Квонг почти не говорил по-английски, но полученное когда-то приличное знание китайского языка помогали Саре вести с ним дела. Когда возникала потребность в переводчике, то старик стучал своей тростью по потолку или по отопительной трубе. Через минуту прибегал один из его родившихся уже в Америке внуков.

Сару восхищали его обширные познания и постоянный оптимизм. И конечно, было очень много схожего – физически и метафизически – между ним и Луисом Ханом. Она не могла не думать, что в Квонге она видела отблеск своего наставника.

Вначале Сара сама забирала лекарственные травы. Но по мере того как в больнице нарастала нагрузка, она стала получать их через посыльного. Сейчас, возможно впервые, она поняла, как недоставало ей этих визитов в магазин. Порвавшиеся с Квонгом связи, с грустью думала она, еще одна строчка в списке жертв, которых требует от нее работа.

Магазин стоял на узкой улочке, почти в проулке, недалеко от района Нилэнд. Завернув за угол, Сара увидела старика и Дебби – одну из его внучек, оба стояли возле дома. Она спросила себя, почему они находятся не в доме, но тут заметила желтую виниловую ленту, которая была крестами натянута на окнах и на двери. Ей стало больно при мысли об унижении Квонга и о его недоумении, когда кто-то из заместителей шерифа или полицейский явились с постановлением суда об опечатании магазина.

– Здравствуйте, Квонг Хьян-Шень, – Сара произнесла его имя по-кантонски. – Здравствуйте, Дебби. Жаль, что с вами так поступили. – Она показала на ленточки.

Квонг своей худой рукой отмахнулся от этого выражения сочувствия, но Сара видела, что он взволнован. Вдруг она припомнила, что прошел, возможно, целый год с тех пор, как они виделись последний раз. Его серая бородка с проседью была не ухожена, на нижней губе видны следы никотина. Синяя шелковая блуза – возможно, единственная одежда, которую он постоянно носил, – износилась и продырявилась. Как он постарел! Или, может быть, раньше она по молодости не замечала этого?

– С тех пор как протянули эти ленты, у магазина поставили сторожа, – сказала Дебби. – Он ходит по этому проулку и вокруг дома, потом опять выходит сюда. Говорит, что следит, чтобы никто ничего не тронул внутри дома. Зачем это?

– Не обращайте на это внимания, Дебби, – ответила Сара. – Все быстро выяснится и утрясется. Жаль, что вам с дедушкой пришлось с этим столкнуться.

Старик выглядел удивительно хрупким. Сара молилась, чтобы Мэллон и его люди просто взяли бы образцы, какие захотят, и ушли. Если они станут запугивать Квонга, то Мэт должен будет защитить его во что бы то ни стало. Она уже собралась объяснить Квонгу возникшую ситуацию с помощью Дебби, но тут в конце улицы показался Мэт. Рядом с ним шагал Ели Бленкеншип, энергично жестикулируя, как будто обсуждалась важная тема. При виде его Сара почувствовала некоторое облегчение. В МЦБ не было более умного, чем он, человека, и ни у кого другого не было такой импозантной фигуры. Мэт был довольно высокий и крепкого сложения, но рядом с профессором казался малышом.

С помощью Дебби она представила обоих мужчин Квонгу. Было очевидно, что специалист по травам не проявил к ним ни малейшего интереса, ему хотелось только одного – чтобы его оставили в покое.

Мэт, извинившись, тут же отвел Сару и Бленкеншипа на другую сторону улицы.

– Знает ли старик о том, что происходит? – прошептал он.

Сара пожала плечами.

– Его не назовешь недотепой, – заметила Сара. – Подозреваю, что догадывается, в чем дело. Но я не уверена, понимает ли он, что все это относится ко мне, а не к нему. По нему видно, что он не часто отрывает свои губы от трубки с опиумом.

– Ну и что? Опиум – это часть его жизни, – бросил Ели. – Вы не знаете, где Мэллон?

– Нет-с. Но я думал, что он опоздает. Это старая уловка юристов – заставить другую сторону понервничать и побеспокоиться. И этот прием сохраняется среди правоведов, потому что, как правило, дает результаты. – Дебби, – ласково обратился он к ней, – пожалуйста, извинитесь за нас перед своим дедушкой за то, что мы пристаем к нему, и скажите, что мы обещаем заплатить за беспокойство и причиненные неудобства.

Девочка, одетая в мешковатые джинсы и водолазку, выглядела не старше тринадцати лет. У нее была круглая мордашка и короткие, торчавшие во все стороны волосы. Сара уже собиралась посоветовать Мэту говорить с ней более простым языком, не так изысканно и высокопарно, но этот подросток легко отбарабанила перевод Квонгу. В ответ старик лишь крякнул и махнул рукой.