Дж. С Лок - Неоновый убийца [litres]

Айрис, сохраняя молчание, услышала, как Стейнс забирается обратно на водительское сиденье.

– Как долго мы с тобой знакомы, Айрис? – спросил Пардоу.

– Шесть лет.

– Пару месяцев туда-сюда, – добавил он с нехорошей улыбочкой.

– Вам видней.

– Я всегда был с тобой честен?

– Да.

– Я всегда был с тобой прям?

– Были.

Его зеленые глазки сузились.

– Тогда какого же хрена ты общаешься с полицией?!

– Я не общаюсь.

– Малышка, – тихо проговорил он угрожающим тоном, – тебя видели .

Айрис резко выдохнула. Именно об этом она и предупреждала Джексона.

– Чего он от тебя хотел? – спросил Пардоу. – Напортачила, так? Где-то прокололась?

Внутренне Айрис разозлилась, что какой-то мешок с дерьмом вроде Пардоу осмелился поставить под сомнение ее профессионализм. За ней следили? Кто? Если Джелф, то уж его-то она точно срисовала бы. Кто-то проговорился – а скорее всего, сам Джексон. Лучше всего просто не обращать внимания на подколки. Можно, конечно, сочинить какую-нибудь сказочку, но Айрис слишком часто становилась свидетелем того, что случалось с людьми, которые врали Норману Пардоу. Какой бы паршивой ни выглядела ситуация, в которой она оказалась, придется сказать ему правду.

– Он хочет, чтобы я осуществила ликвидацию.

– Охренеть, – услышала она голос Стейнса.

Если б она объявила ему, что собирается выйти замуж и остепениться, Пардоу вряд ли изумился бы еще сильнее. Он немного отодвинулся, и Айрис сумела выпрямиться.

Но расслабляться пока не стоило. Пардоу опять сунулся к ней всей физиономией. Навис над ней, как гремучая змея, готовая нанести удар.

– Он больше не работает в полиции, – добавила Айрис, что в некотором роде было правдой.

Пардоу посмотрел в сторону своего водителя.

– Ну, тогда всё в порядке, – произнес он с неприкрытым сарказмом, на что Стейнс только хихикнул.

– Мистер Пардоу, у него нет интереса ни к вам, ни к вашим делам.

– Может, это и так, но как ты думаешь делать работу для меня, если также работаешь на него? Расставь приоритеты, Айрис.

Под расстановкой приоритетов Пардоу наверняка понимал вопрос безграничной преданности самому себе. Иных расстановок он категорически не терпел.

– Но я уже хорошо продвинулась с албанцами. Знаю, чем они дышат.

– Продолжай.

Она быстро посвятила его во все, что удалось выяснить.

Когда Айрис сообщила Пардоу, что Брюс Батлер стучит на него конкурентам, его глазки-щелочки почти исчезли на лице.

– Вот же гаденыш!

– Мне этим тоже заняться?

– Пуля – слишком хорошо для него. Его предоставь мне.

Он похлопал Стейнса по плечу. Тот, глядя строго перед собой, кивнул. Айрис поняла, что это означает.

– Скоро ты уже? – спросил Пардоу.

Она рассказала ему про кафе – не слишком удачное место для намеченной акции – и про заводское здание в Брирли-Хилл, которое могло оказаться как раз тем, чем надо.

– Сегодня съезжу туда на разведку.

Он похлопал ее по коленке своей здоровенной ручищей.

– Давай работай, Айрис. Держи меня в курсе, как и что.

Замки клацнули опять, открывая двери.

– На сегодня всё, мистер Пардоу?

– «Всё» хорошо, что хорошо кончается, – произнес он на удивление дружелюбным тоном. – Ты проделала отличную работу, Айрис. Горжусь тобой.

Она выбралась из машины и медленно двинулась через стоянку.

Джелф все еще стоял у входа в паб, подергиваясь, как наркоман, с язвительным выражением на лице.

– Хорошо поболтали? – Он отбросил сигарету, которую только что курил, прямо на асфальт.

Айрис подошла прямо к нему, занесла ногу и с огромным удовольствием погрузила колено ему точно в пах. Пока Джелф, подвывая и переломившись пополам, подпрыгивал на месте, она влезла на свой мотоцикл и покатила в Брирли-Хилл.

Заброшенный завод располагался на основательно запущенном участке, примыкающем к Торнз-роуд. Впрочем, кирпичное офисное здание с обшитым вагонкой верхним этажом сохранилось в сравнительно приличном состоянии. Восемь трехстворчатых окон наверху и четыре внизу – есть где разгуляться, недостатка в пространстве Малай и его команда явно не испытывали. Сбоку к зданию примыкал огромный навес на бетонных столбах – судя по всему, крытая стоянка для грузовых автомобилей. В глубине его виднелась дверь. «Интересно, – подумала Айрис, – что там внутри?» Если тут держат наркотики, место обязательно бы охранялось. Ни машин, ни каких-либо других признаков человеческой деятельности не наблюдалось, но она все равно подошла, чтобы проверить. Как и можно было предположить, дверь оказалась заперта.

Сознавая, что времени в обрез, Айрис пересекла обширный двор и приблизилась к шеренге огромных складских ангаров с металлическими подъемными воротами на роликах. Попытки открыть первые два ангара не принесли успеха – ворота даже не пошевелились. В третьем же легко оторвались от пола, и перед ней открылось огромное пустое пространство. По всей длине крыши располагались световые окна, тускло освещая какие-то металлические балки, бессистемно разбросанные по бетонному полу.

Расстояние от входа до другого конца ангара Айрис покрыла в считаные секунды. Впереди – перевернутый стул, баллон с газом и газовая горелка.

Подходя ближе, она едва не наступила в огромную лужу свернувшейся крови. Наверху, на крюке, прицепленном к стропилу, висел человек. По контрасту с совершенно изуродованным телом поразительно выделялось лицо, оставшееся практически невредимым. Никто не ведет дела с албанцами, кроме самих албанцев, – вот то, что у Брюса Батлера не хватило ума понять, и за свою ошибку он заплатил слишком дорогой ценой.

Айрис быстро вышла из ангара, вытащила телефон и позвонила Норману Пардоу, чтобы сообщить последние новости.

Когда серебристые переливы «Арабески номер один» Дебюсси плавно сошли на нет, Гэри разразился бурными аплодисментами.

– Чертовски хорошее исполнение, Оливия! Вижу, ты как следует потрудилась!

Оливия расцвела, фарфоровая кожа на ее шестнадцатилетних щечках залилась той же краской, что и волосы.

– Я только тогда поняла размер, когда вы дали мне послушать тот компакт-диск.

– Заслуги исключительно твои, дорогая.

Оливия расцвела от удовольствия, поднялась с табурета перед роялем и стала убирать ноты.

– Эй, пока ты не ушла – у меня возникла одна классная идея. Ты ведь знаешь Жасмин Кендрик?

– Да, мы с ней в одной школе учимся. Она на кларнете играет. Постоянно во всяких конкурсах участвует.

– А как ты посмотришь, чтобы составить ей компанию?

– Я? – она опять зарделась.

«Как мило», – подумал Гэри.

– А почему бы и нет? Было бы здорово.

Возле одной из стен стояла высокая стойка с восемью ящиками. Гэри открыл второй сверху, порылся в нем и вытащил ноты первой части «Сонаты для кларнета и фортепиано» Сен-Санса. Торжественно вручил.