Ellen Fallen - Мятежные сердца

Наши губы все ещё задыхаются в поцелуе, заражают и убивают нас своим ядом. Со сбившимся дыханием я держу её в своих руках, оседаю на пол.

– А ты и правда немного вырос, – она смеётся, и её тело отдаёт вибрацией по-моему. – Техника, конечно, ещё страдает, но через пару минут я смогу научить тебя кое-чему.

Откидываю голову на стену, ударяюсь затылком и рассматриваю её всклокоченные волосы, уверенность в себе будто растворилась, она восстанавливает дыхание, и сама себе улыбается. Энжел, бесспорно, сумасшедшая. Не видел более ненормальной девчонки.

– Что тебе надо? – откровенно спрашиваю её, игра в кошки мышки – бесполезная трата времени, кроме того, мне нужны наркотики. – Ты же не потрахаться пришла, ведь так?

Она садится удобнее, колени обнимают мою талию, на локтях откидывается назад. Не могу остановить себя, когда провожу по рисункам на её шее и груди, приподнимаю лифчик так, чтобы её сиськи вырвались наружу. Сжимаю сначала один сосок потом второй, они моментально затвердевают. Энж делает скучающее лицо, склоняю голову на бок. Её волосы щекочут мои ноги, но в то же время приятно ласкают.

– Я думаю, из нас бы вышел неплохой тандем. Мы как Реймонд Фернандес и Марта Бек – убийцы одиноких сердец наших времён, могли бы сделать все что угодно. С условием, что у нас есть общий враг, – она приподнимается и влагалищными мышцами сжимает мой член. – А у нас ведь есть враг, которого мы оба ненавидим, не так ли?

Пальцем провожу по её талии, трогаю серёжку в пупке, тяну за неё, вырвав из неё вдох, когда мой палец давит на её клитор. Массирую его, подбираю оптимальный темп для неё. Энжи закатывает глаза, по её телу пробегает волна и покрывает его мурашками. Член уже в полной готовности, но мне этого мало. Тянусь руками к её волосам, на ощупь они густые и толстые. С улыбкой обматываю её шею волосами. Лицо полностью скрыто от глаз. Валю её на грязный пол и делаю один толчок.

– Убийцы одиноких сердец? Против кого ты хочешь, чтобы мы восстали? – мои ногти достаточно отросли, чтобы я мог сделать ей действительно больно. Провожу ими по её не разрисованной части, кровавые бороздки испещряют её нетронутое краской тело.

Она стонет подо мной. Смесь боли и похоти – вот что она любит, так же как и я. Я редко задумываюсь над последствиями, но раз она так хочет сотрудничества…

Убираю волосы с её глаз и шеи, отодвигаюсь от неё, вытаскиваю член, стягивая использованный презерватив. В зубах с улыбкой держу новый пакетик, но сейчас я придумал кое-что, что наверняка собьёт её с этих потребительских отношений. Рву фольгу и растягиваю резину на члене.

– Энжи, ты же знаешь, на что идёшь? Это дружеский жест доброй воли. Я сделаю тебе больно и не раз, – снимаю с себя кофту и майку, комкаю ткань пальцами, пока она с наслаждением предвкушает то, что я сейчас ей предложу. – Посмотрим, что ты скажешь мне после. На колени.

Она переворачивается, носом провожу по её шее до уха, другой рукой заталкиваю кусок материала ей в рот так, что она давится.

– Хорошая девочка, мой сумасшедший партнёр, закрепим наши отношения хорошим трахом, – говорю я.

Приподнимаю её задницу полностью кверху, давлю на спину, пока она не ложится на сиськи. Сгибаю ноги в коленях и засовываю на сухую в её попку член, она визжит.

– Как мне сделать это? Медленно? И ласково? Или ты любишь жёстко и страстно? – она изворачивается телом и сжимает когти на моей заднице, впивается острыми кинжалами, заставляя меня двигаться в ней. Я опешил, растерялся от её напора. Она сильнее вонзает в меня пальцы, чтобы я долбил её быстрее. Хватаю Энжел за волосы и вколачиваюсь в её задницу с бешеной скоростью. Её хрип и дрожь во всем теле затягивают меня кончить вместе с ней, тяжело придавив своим телом.

Откатываюсь в сторону, когда она начинает шевелиться подо мной. У меня темнеет в глазах от такого оргазма, по венам разливается адреналин и бурлит в теле до звёздочек из глаз. Эта ненормальная лишила меня сил, все, что я сейчас хочу – это выпить обезболивающее и спать словно убитый.

Острый ноготь проводит линию от моего соска, продолжая дорожку по животу до пупка. Я не встречал более неугомонную девку, она как вампир высасывает мою кровь и силы. Задница больно саднит от её когтей. Сделать ей больно, чтобы видеть, как она бежит от меня сверкая пятками – это была уже цель, когда я первый раз кончил. Я не встречаюсь со шлюхами, не влюбляюсь. Вот другое дело Даниель, я бы её холил… Но эта тварь Райдер все испортил. Они даже не вместе, какого хера он охраняет её как собака?

– Помоги мне разобраться с врагом, – говорит все ещё лежащая рядом со мной Энж, заставляя повернуть голову к ней и оказаться лицом к лицу. – Тебе же он тоже дорогу перешёл.

– Мне нет до него дела, – прикасаюсь к носу, наверняка она говорит о Райдере, – с ним разобраться можно в два счета, но я могу нечаянно зацепить мой цветочек, она не должна испытывать боль.

Энжел непонимающе кривится, потом начинается смеяться по настоящему холодящим душу смехом, будто ведьма на шабаше, призывающая сжечь все к чертям.

– Та скучная девка твой цветочек? Райдер – враг? То есть ты думаешь, что она твоя слабость? Говоришь это сейчас после того, как трахал меня словно животное? Думаешь, она будет кайфовать, когда ты разобьёшь ей пару раз нос за то, что она мямлит? Или придушишь во время секса ремнём? Нет, бл*дь! – она орёт во все горло. – Она будет рыдать, забившись в угол и бояться такую тварь как ты, понял? Ты дебил, если рисуешь себе картинки «долго и счастливо вместе», как и придурок Райдер. Вернитесь на землю, – она встаёт, подтирается моей футболкой и кидает её на мой живот.

– Вы твари, оба. И гореть вам в аду. Раз ты не со мной, значит против, – едва успеваю укрыть лицо, когда мимо меня пролетает ваза с моего стола. – «Птичка», «цветочек» … Еб*ные садовники.

Она выходит, громко хлопнув дверью, не знаю откуда она берет этот безумный призыв секса, но мой член снова ожил и мне ничего не остаётся, как начать дрочить, вспоминая её прижатую к полу.

Вчера, перед тем как я легла спать, Нила сообщила мне, что мама уже в полёте. А это означало только то, что Райдер больше не может пробираться в мою комнату, после мучительного расставания, которое закончилось в три ночи. Промучившись, я все-таки уснула под утро, меня просто невозможно было поднять. Даже сигнал будильника был отключён, и мужественно накрывшись с головой одеялом, я продолжала спать, пока тёплые руки, практически уже родные, не обняли меня.

– Ты слишком долго спишь, птичка, мы теряем драгоценное время, – Райдер шепчет мне на ухо, а я пытаюсь отделить реальность ото сна. – Я приглашаю тебя на свидание, и если ты сейчас не проснёшься, уйду на него один.