Говард Лински - Безымянная тропа

— Мы не притаскивали его, — запротестовал Брэдшоу. — Мы пригласили его прийти в участок добровольно, чтобы помочь нам в наших поисках. Он сотрудничал.

— Не рассказывай мне, — зашипел Пикок. — Вы знали, что делали, нарушили прямой приказ, когда предполагалось, что вы занимаетесь другим делом.

— Нам было сказано работать над обоими делами.

— Только, если что-то упадет к вам на колени! — закричал Пикок. — Предполагалось, что вы не станете стучать к ним в дверь, обыскивать их дом и тащить отчима в участок.

— Но он что-то скрывает, — настаивал Брэдшоу. — Я знаю это.

— Что именно? — спросил инспектор. — Кроме нескольких порно магазинов?

— Мы не знаем, — ему было больно признавать это, — но что-то не так в том доме. Я чувствую это.

— О, ну, ладно, на минутку я подумал, что у нас нет никаких доказательств правонарушений, но ты можешь их почувствовать. Предлагаю арестовать ублюдка. Что ты скажешь, босс?

Пикоку было сложно сохранять самообладание, но главный инспектор Кейн наблюдал за взбучкой спокойно. Наконец, он заговорил:

— Он пожаловался?

— Пока, нет, — признался Пикок.

— А станет ли? — спросил он Брэдшоу.

— Нет, сэр.

— Ты уверен в этом?

— Да, сэр.

— Тебе, черт возьми, лучше бы быть.

Затем ему показалось, что от него требуется продолжить, и Брэдшоу спросил:

— Вы пожалуетесь, если кто-то найдет схрон журналов в вашем гараже, полные обнаженных, несовершеннолетних девочек? — прежде чем добавить, — сэр?

— Вероятно, нет, — снизошел Кейн. — Так что, возможно, все в порядке, — сказал он Пикоку. — Но, если нет, мы знаем, кого бросить волкам.

Он обращался к инспектору Пикоку, но злобно смотрел на Брэдшоу и Винсента, затем вздохнул.

— Может быть, просто может быть, эти два полудурка наткнулись на что-то, — сказал он, затем повернулся обратно к двух подчиненным, — не то, чтобы я счастлив, каким образом.

— Я говорю вам, сэр, что что-то не так с Дэнни, — Брэдшоу почти умолял сейчас.

— Ты считаешь, что он убил ее? — спросил главный инспектор.

Брэдшоу инстинктивно хотел сказать «да», но передумал, предложив вместо этого: «это возможно».

— Тогда мы пристальнее к нему присмотримся, — сказал ему Кейн. — Теперь вы двое, идите и сделайте работу, которую вам дали в первую очередь. Постучитесь в несколько чертовых дверей. Идите, убирайтесь.

Два констебля встали и покинули офис Кейна. Винсент не сказал ничего за все время. Брэдшоу перехватил его в коридоре.

— Спасибо за поддержку там, Винсент, — пробормотал он, когда быстро проходил мимо своего коллеги.

— Что мы ищем? — прокричала она вниз по лестнице из лофта, когда он не ответил ей в первый раз.

— Кое-что… — начал Том, но рассеянно умолк.

Она вздохнула и проследовала за ним вниз по лестнице. Когда девушка достигла площадки второго этажа, Том энергично вышел из одной комнаты с решительным видом.

— Должно быть, он переместил их, — пробормотал он, скорее для себя, чем для Хелен.

— Можем ли мы так рыскать по дому Родди, пока его нет? — спросила она, но он проигнорировал ее и направился вниз на нижний этаж без объяснений. Хелен опять последовала за ним.

Том прошел к комнате, которую Хелен не видела прежде.

— Он не часто пользуется гостиной, — объяснил он, — потому что оставляет зал для лучшего. Так люди делали давным-давно, и, как ты знаешь, Родди живет в прошлом. Зал оставляли для развлечений, обычно воскресными полуднями.

И он провел ее в темную гостиную, свет из окна был приглушен плотными тюлевыми занавесками. Том раздвинул их. Сразу же полумрак рассеялся.

— Вот вы где, — сказал он, указывая на противоположную стену, которая была беспорядочной массой из старых картин и рисунков. — Настоящая коллекция.

Это была причудливый ассортимент работ из картин разных размеров и разделяющих общую тематику: местные пейзажи, которые узнаешь, если знаком с сельскохозяйственными угодьями вокруг Грейт Мидлтона — дома фермеров, поля, леса и, конечно же, река. Качество варьировалось, от любителя-энтузиаста до талантливого профессионала. Более чем дюжина рам, нагроможденных на стене. Хелен и Том рассматривали каждую по очереди.

— Приглядись к этим двум, — наконец, сказала она.

Том перевел свое внимание на два черно-белых карандашных рисунка в середине экспозиции. Оба были вставленными в рамку иллюстрациями реки, текущей у деревни, и были высокого класса. Изобиловали деталями, каждый штрих карандаша художника был великолепно пропорциональным исполнением водной глади, речного берега или сельских окрестностей.

— Они очень неплохие, — сказала Хелен. — Здесь есть дата.

И они придвинулись ближе, чтобы рассмотреть нижний левый угол первого рисунка.

— Август тысяча девятьсот тридцать шестой, — сказал Том. — Такой же на втором, и здесь есть подпись, — он прищурился, а затем улыбнулся, — как мне кажется, тут написано Ш. Доннеллан.

— Может быть, — согласилась Хелен.

***

Йен Брэдшоу только собирался выехать с парковки у полицейского участка, чтобы провести бесполезный поквартирный обход в Грейт Мидлтоне, когда заметил профессора Ричарда Берстоу, выходящего из здания. Нет сомнения, что психолог-криминалист делился своим мнением с суперинтендантом Трелоу. Брэдшоу быстро двинулся через парковку к Берстоу, но был осторожен и осмотрелся вокруг, чтобы убедиться, что никто не увидит, как он преграждает путь профессору.

Брэдшоу добрался до машины профессора как раз к тому моменту, как тот положил свой портфель на заднее сиденье.

— Профессор? — позвал он, и пожилой мужчина поднял взгляд.

Вероятно, он вспомнил участие Брэдшоу в том первом брифинге, которое было более активным, чем участие более скептически настроенных коллег молодого детектива, так как он удостоил Брэдшоу тем, что можно было назвать легкой улыбкой узнавания.

— Детектив, — сказал Берстоу. — Чем я могу помочь вам?

— Я бы хотел перекинуться словом, — ответил Брэдшоу, — если можно.

***

— Откуда ты достал их, Родди? — спросил Том.

Они втроем теперь смотрели на рисунки. Они даже не позволили Родди закрыть входную дверь по его возвращении, чуть ли не потащили его в гостиную, чтобы показать сценки с рекой и подписи.

— Он оставил их, — сказал Родди, слегка хмурясь, пока вспоминал, — не заплатил аренду за комнату. Его домовладелица овдовела в Первую Мировую Войну, так что она брала жильцов, чтобы свести концы с концами. Люди посещали Грейт Мидлтон, потому что он находился в пешей доступности от того места, где бушует река, что именно он и рисовал, — он показал на одну из картин. — Элзи Робинсон поселила его в своем доме, пока однажды он не сбежал ночью, или так, по крайней мере, сказал мне ее сын. Она подумала, что он просто смылся и оставил некоторые свои рисунки. Она хранила их годами.