Дуглас Ричардс - Убийца Бога

Огромное океанское судно ползло по волнам к месту своего назначения со скоростью двадцать миль в час, не желая опоздать на встречу с космическим судном, которое с неразгаданной целью пролетело триллионы миль.

Инопланетный корабль может поменять курс. Возможно, его не удастся найти или извлечь.

Но если он прилетит, мир будет наготове.

Полковник Моррис Джейкобсон бросил последний взгляд на воды Потомака и повернулся к подъехавшему длинному черному лимузину с тонированными стеклами. Взглянул на часы. Пунктуален, как всегда.

Дверь отворилась, и полковник залез внутрь, погрузившись в кокон роскоши. Внутри сидел и потягивал виски его начальник, Эндрю Даттон. Официально должность Даттона в министерстве обороны называлась «старший гражданский советник по силам специальных операций, борьбе с терроризмом, иррегулярными формированиями и наркотиками». Но неофициально, за кадром, этот человек значил намного больше. В правительстве были и другие должности с причудливыми названиями, военные и гражданские, стоявшие – теоретически – уровнем выше, но ни у кого не было такой власти или такого доступа к уху президента, как у Эндрю Даттона.

Джейк протянул руку, но шеф лишь презрительно посмотрел на него.

– Полковник, не будем тратить время и ходить кругами, – вместо приветствия произнес он. – Я прочел ваш отчет. Что за хрень у вас там творится? Вы потеряли ее еще до того, как я узнал, что вы ее взяли! Что это было за дерьмо?

Джейк встретил напряженный взгляд босса.

– Признаю, это был не мой звездный час. Но вам лучше других известно, что я работаю независимо и сам определяю характер игры. Вы сами настаивали именно на таком уровне автономности. Как только мы с вами соглашаемся о направлении голевой зоны, я вывожу команду на поле и сам отвечаю за нее.

– Если я услышу в этом городе еще хоть одну гребаную футбольную метафору, Богом клянусь, я пойду блевать.

– Суть от этого не меняется, – заметил Джейк.

– Тогда давайте проясним ситуацию раз и навсегда, – отрезал Даттон. – С этой минуты я хочу без задержек узнавать любую полезную информацию – любую! – которую вам удастся получить об «Икаре». И если у вас окажется Кира Миллер, я хочу знать об этом вчера. Вам ясно?

– Ясно.

– И я хочу увидеть все ее записи, – раздраженно продолжил шеф, покачав головой. – Все, что вы смогли записать за то недолгое время, на которое вас хватило.

– Записей нет.

– Вы что, не снимали ее? – потрясенно выкрикнул Даттон.

– К сожалению, нет, – солгал Джейк.

Он мысленно проклинал себя за слишком откровенный разговор с Кирой. Он признался, что принял капсулу, и описал, как она подействовала. Не те сведения, которыми хочется делиться, особенно с Эндрю Даттоном.

– Я всегда думал, что вы отлично справляетесь со своей работой, – сказал шеф. – Но, похоже, мне придется изменить свое мнение. Как можно быть настолько некомпетентным и не снимать ее на видео?

Джейк стоял на своем.

– Это была короткая беседа, не допрос. Само собой, мы собирались записывать допрос с первой же секунды. Но до того мне хотелось пару минут поговорить с ней наедине. Прочувствовать ее. Понять, на что она похожа вживую.

– На что похожа она? Или ее сиськи?

– Пока я был с ней, она была полностью одета.

– Парни у вашего кабинета видели совсем другое. По их словам, девушка утверждала, что вы пытались прочувствовать ее как следует – своим шлангом.

– Она просто облегчала себе побег, и вы это прекрасно знаете, – резко ответил Джейк. – Я ее не касался. С нею дрался охранник, у которого третий дан черного пояса в двух разных боевых искусствах. И он ни разу не смог ее ударить. Даже если б захотел, я не смог бы ее изнасиловать. Легче изнасиловать мясорубку.

– Не знаю, не знаю, – произнес Даттон. – Может, поэтому вы и не захотели писать разговор? Раз видеозаписи нет, откуда нам знать, что там на самом деле случилось? Может, вы ее уже имели, когда у нее запустился суперинтеллект, и просто перестали управлять ситуацией. Вы сами признаете – прежде чем выбить из вас все дерьмо, она была самой обыкновенной беспомощной Кирой Миллер.

– Поверьте, к Кире Миллер неприменимы слова «обыкновенная» и «беспомощная». Даже когда она не усилена.

– Может, вы порвали на ней одежду и отстегнули наручники, чтобы получить больший… доступ?

– Да о чем вы говорите? Вы ставите слово этой психопатки выше моего? Когда она пытается отвлечь моих людей, чтобы сбежать?

– Нет. Я говорю, что вы не записали ваш разговор. А ваш собственный отчет говорит, что ее наручники были найдены рядом с вашим столом целыми и невредимыми. Снятыми. Она не могла сама это сделать.

– В отчете также сказано, что на их запорной части хорошо видны царапины, а рядом мы нашли разогнутую скрепку. Она их вскрыла.

– Вы можете вскрыть скрепкой пластиковые наручники?

– Если знать, что делать, – да.

– Тогда почему они считаются абсолютно надежными?

– Мало кто знает, как их вскрывать, и умеет это делать.

Джейк рассерженно потряс головой.

– Но хватит об этом. Я сказал, что не касался ее. Больше не стану повторять это и не стану защищаться. Ваши обвинения меня оскорбляют. Если у вас есть хоть тень сомнения в моей правдивости, я прямо сейчас подам в отставку.

Несколько секунд Даттон смотрел ему в глаза.

– Полковник, я вам верю, – проворчал он. – В противном случае я бы уже освободил вас от обязанностей.

Он поболтал стаканом, глядя, как в нем плещется темно-янтарная жидкость, потом снова поднес его к губам.

– Но у меня есть основания вас поджаривать, – поставив стакан, сказал он. – Вы круто облажались. И отлично это знаете. Не собираетесь прямо сейчас начать записывать все свои разговоры с заключенными? Вам удалось получить самого важного пленника в вашей жизни, но вы ее упустили – и не записали ни одной секунды ее допроса. Не будь у вас отличного послужного списка, я не только принял бы вашу отставку, но сам настоял бы на ней. Из-за этой истории я до сих пор плююсь кровью… – Пауза. – Но я собираюсь дать вам второй шанс.

Даттон наклонился к полковнику и посмотрел ему в глаза.

– И поверьте, третьего у вас не будет.

На мгновение Джейку захотелось предложить своему боссу засунуть эту работу себе в задницу, но он сдержался. Ирония заключалась в том, что он не хотел второго шанса. Он начинал ненавидеть свою работу. Он был бы только рад, если бы ею занялся кто-то другой. Но у этого человека не будет преимущества – опыта разогнанного ай-кью, – и он не сможет правильно оценить, с чем борется. К сожалению, только он, полковник Джейкобсон, достаточно квалифицирован, чтобы встретиться с угрозой Киры Миллер и «Икара».

– У вас есть другие зацепки? – уже не так враждебно спросил Даттон.