Джеффри Дивер - Грань

— А что за история со стрельбой в университете? — Я почти не сомневался, что это лишь трюк, но сомнения все же оставались. В первую очередь, конечно, меня волновали возможные жертвы, но, кроме того, хотелось узнать, не добавил ли Лавинг в свой и без того богатый репертуар еще один номер. Нечто новенькое, что впредь придется иметь в виду.

— Ты оказался прав, сынок. Фальшак, как трехдолларовая банкнота. Ложная тревога. Но из-за нее шестьдесят полицейских потратили впустую целый час.

— Понял. А что сам Лавинг?

— Исчез бесследно. Ни одной зацепки. Нет даже описания его машины.

— Никто не заметил в окрестностях чего-то бежевого, что там стояло, а потом исчезло. Если конкретнее — седан.

— Бежевый автомобиль? Нет, хотя мы всех детально опросили. Но один из моих парней с улицы хорошо разглядел напарника. Он прятался сбоку среди деревьев, с той стороны, которую прикрывал Гарсия. Высокий, худощавый, волосы светлые, как песок. В темно-зеленой ветровке или военном кителе.

— Оружие?

— Черный автомат. Разглядеть, какой именно, не удалось. Когда вы отъехали, он поспешно покинул свою позицию.

Мы сейчас проезжали через густонаселенный район, где поля чередовались с жилыми кварталами, а деловые здания, как правило, выглядели заброшенными и, вероятно, уже заложенными банкам. Я сбросил скорость и вел теперь огромный внедорожник плавно и размеренно.

— Тедди Нокс опознал Лавинга?

— Да.

Эйб Фэллоу ненавидел повторять нам избитую истину, что только круглый идиот делает выводы на основе неполной информации, но тем не менее ухитрился вбить нам в головы этот принцип. Хотя Лавинга вроде бы опознали в Западной Виргинии как наемника, которому заказали Кесслера, мы не имели подтверждения этого факта из других источников. До этого момента.

— Нам еще удалось снять пальчики с клейкой ленты, которой он связывал Нокса и его жену. Отпечатки частичные, но точно его, — добавил Фредди.

Я не то чтобы видел, а скорее, кожей чувствовал, что мои подопечные жадно смотрели на меня, ожидая услышать, что произошло.

— А Ноксы? — Меньше всего мне хотелось бы услышать, что жена мертва.

— Они оба в порядке, если ты об этом?

— О чем же еще?

Я тут же сообщил новость Кесслерам.

— О, слава Богу! — выдохнула Джоанн, уронив голову на грудь, а потом прошептала: — Спасибо, Господи!

Семья не казалась мне прежде слишком религиозной, но Джоанн, очевидно, все-таки была верующей и теперь возносила благодарственную молитву.

— Что-нибудь еще? — спросил я Фредди, желая узнать, получили ли они от Ноксов еще хоть какую-то полезную информацию.

— Помимо идентификации, ни черта. Мы могли бы поместить их в каморку с громкоговорителями и пытать «тяжелым металлом», но больше они ничего не скажут.

— Какие у тебя самого впечатления? — поинтересовался я, пропустив мимо ушей его бессмысленную остроту.

— Да не знают они больше ни черта. Мы, вероятно, могли бы выжать из них что-то насчет его одежды, но какой в этом толк? По-моему, никакого.

Я спросил про пистолет, примотанный к руке Нокса. Не было ли здесь хоть какой-то ниточки?

Фредди горько рассмеялся:

— Украден много лет назад. Наши эксперты уже проверили, переворошили и перевернули вверх дном все машины, дворы, компостные кучи и мусорные баки в округе. Ничего. Результат нулевой. Они даже не нашли места, где Лавинг и его подельник припарковались. Ни одного, самого хренового отпечатка шины. А я еще утверждал, что он не появится там раньше чем через два часа! Не пойму, как же я так просчитался!

Что касается меня, то я давно догадался, как Лавинг добрался до Фэрфакса раньше, чем можно было предполагать.

— Думаю, Лавинг нашел уязвимое место дежурного мотеля в Западной Виргинии и заставил того сказать нам, что постоялец выехал в восемь, тогда как на самом деле он двинулся в пять, а то и в четыре утра.

— И-и-и приз — в студию! Ты заслужил его, Корт. Конечно! Для этого Лавингу достаточно было узнать, например, имя дочки несчастного и название школы, где она учится.

Да, Лавинг проделывал не меньший объем подготовительной работы, чем Клэр Дюбойс. Или чем я сам в прежние годы. Я даже ощутил некое извращенное восхищение тщательностью и продуманностью его методов.

— Но ведь у него был собственный светлый седан, — продолжал я. — Некоторые свидетели из мотеля говорили об этом.

— Верно, но и только. — Фредди сообщил мне, что полиция Чарлстона, проведя обыск в номере Лавинга, не обнаружила ничего достойного внимания.

Я снова посмотрел в зеркало заднего вида и совершил несколько поворотов, не имевших смысла.

Никакой бежевой машины. И вообще ничего, что выбивалось бы из обычного ряда. Местные жители занимались тем, чему посвящали каждую субботу. Сначала поход по магазинам, потом — в виде вознаграждения за потраченные усилия — обед в ресторане быстрого обслуживания, неизбежное кино, футбольный матч, в котором участвовали их дети, а кое-кто, вероятно, даже брал уроки тхэквондо.

— Как считаешь, Фредди? Это было серьезно или отвлекающий маневр? — Я все еще не до конца понимал, зачем Лавингу понадобилось нападать на дом Кесслеров. Неужели он в самом деле собирался перебить нас и взять в заложники Кесслера вместе с семьей? Или же это инсценировка? Может, у него на уме было что-то совсем другое, о чем мы пока не догадывались?

— Всерьез ли он все это устроил? — удивился Фредди. — Еще как! Думаю, он рассчитывал нанести внезапный удар, захватить Райана и скрыться. И ведь у него вполне это могло получиться. Если бы мы стали выбираться из дома через задний двор, чего он и добивался, нам бы несдобровать. О нас с тобой сейчас уже писали бы некрологи, а Кесслеру под ногти загоняли бамбуковые щепки. А еще вернее — его женушке… Да, и не могу не поделиться с тобой своим мнением о ее сестре, сынок. Из-за таких, как она, всех блондинок считают дурами.

— Что будем делать дальше?

— Искать заказчика.

Я с самого начала сказал Райану, что его, возможно, избрали мишенью по ошибке, хотя уже тогда не верил в это. Генри Лавинг подобных промахов не допускает. И мне действительно не терпелось узнать, кто его нанял и какой информацией располагал Райан, если вызывал у него столь жгучий интерес… Или у них.

Пообещав Фредди, что начну с этим разбираться, как только мы доберемся до безопасного места, я отключил телефон.

Но стоило мне это сделать, как аппарат завибрировал снова, а в наушнике синтезированный «голос» определителя номера начал называть мне цифры номера звонившего. Это был Джейсон Уэстерфилд из генеральной прокуратуры. Он уже наверняка узнал новости о том, что герой-полицейский, главный свидетель в его громком процессе, которого пока еще просто не существовало, едва не подвергся похищению после перестрелки в округе Фэрфакс. Вот уж с кем мне меньше всего хотелось сейчас разговаривать! И я не ответил на вызов.