Михаил Март - Подводное течение

В Подрезково я приехала уже ночью. Нашла нужный мне дом. Под окнами стоял «Москвич» с известным мне номером. Зарядив обрез, я влезла в окно. Стояла лунная ночь, комната освещалась хорошо.

Парочка крепко спала. Увидев их, меня обуяла такая злость, что долго я не раздумывала. Подойдя к кровати, я вырвала подушку из-под мужика, накрыла его голову, прижала к подушке ствол и спустила курок. Картечь имеет огромную убойную силу, сшибает кабана со ста метров. Жанну подбросило на кровати. Я тут же прижала ствол к ее лбу.

– Думала, от меня легко сбежать? Дура! Я кого хочешь из-под земли достану. Почему ты решила, что Олег не вернется из Англии?

– Потому что его жена дура, – заикаясь и обливаясь слезами, заговорила Жанна. – Слишком много болтала. Он ведь специально отослал ее к отцу, когда понял, что ехать придется ему, а не начальнику. Того уже пасли. Я же спала с Феликсом, мы даже собирались пожениться.

– Ты же замужем.

– Уже нет, с твоей помощью. Отведи ствол и дай мне встать. Я же сижу в луже крови.

Не обращая внимания на слова Жанны, я провела рукой под ее подушкой. И не зря. Там лежал тот самый парабеллум, из которого я стреляла прошлой ночью. Моих отпечатков на оружии не было, а вот Жанна перчаток не носила.

– Все еще думаешь, что умнее других? – спросила я, убирая пистолет за пояс брюк.

Жанна молчала.

– Кого Олег взял с собой в Англию?

– Хотел взять Ритку, но потом нашел бабу, похожую на жену. Даже фотографию в паспорте переклеивать не пришлось. У нее был один недостаток, она плохо говорила по-русски: засланная девочка. Ритка решила его сдать. Но сначала она позвонила в Новосибирск и предупредила Оксану. Та срочно выехала в Москву. Я слышала телефонный разговор Олега с отцом, он ему сказал, что Феликс попал в капкан, и отец тоже в опасности, должен уносить ноги, а главное, сделать все, чтобы Оксана не попала в Москву до отъезда Олега в Лондон.

– И он говорил о таких вещах при тебе?

– А ты думаешь, я в «Метрополе» просто клиентов искала? Я была связной Феликса. И шла в номера только с теми мужиками, у которых были золотые зажигалки «Данхел». Там мы обменивались информацией. Оксана тоже работала с нами, но на отца Олега. И тогда они решили упростить связь. Олег женился на Оксане, и она стала челноком между Москвой и Новосибирском. Комар носа не подточит. Все делалось с одобрения Феликса.

– Но ведь Оксана была замужем?

– Это он велел Оксанке выйти замуж за Олега, пронюхав о больших деньгах. Герка сутенер. Держал под контролем питерских шлюх. Оксанка тоже была проституткой и работала на мужа. Олег от нее сходил с ума. Герка выяснил, что Олег скупает бриллианты на черном рынке, и решил до них добраться. А тут Олегу потребовалась жена. Он сделал предложение Оксане, не зная, что она замужем и у нее ребенок. Герка с ней тут же развелся, а Оксана с новым мужем переехали в Москву. Герка следом. Но Феликс все узнал и велел мне выскочить замуж за Герку, чтобы держать его под контролем, а заодно и прибрать к рукам Олега, так как тот не мог обойтись без шлюх. Квартиру в Москве Герка купил на деньги, которые дал мне Феликс.

– Значит, Феликс через тебя следил за Геркой и Оксаной, а заодно и за Олегом?

– Олегу он доверял. А Герку решил убрать. Он и Оксану хлопнул бы, но Олег не велел. Он действительно любил ее. Вот только ехать с ней в Лондон ему не разрешили. Тогда он отправил ее к своему отцу. Когда ты появилась в баре и выложила на стол золотую зажигалку и заговорила о мести мужу, я решила, что это сигнал. Дураку понятно, что ты знала, где находится Олег, и знала, что он не вернется. Я поняла, что пришло время убирать Геру. Единственной бабой, к которой он испытывал слабость, была Ритка. Она-то его и вытащила из дома. Правда, не думала, что ее ждет такая же участь.

– А пистолет? – Я похлопала по рукоятке парабеллума.

– Этот паренек, – Жанна кивнула на убитого, – тебя контролировал. Он заходил в квартиру проверить результаты. И ему не понравилась брошенная тобой улика. Счел это небрежностью.

– Что ты знаешь о железнодорожной катастрофе?

– Ничего. Но если отец Олега что-то затевает, то всегда доводит дело до конца.

– Осиное гнездо, – прошипела я, выдернула пистолет из-за пояса и выстрелила Жанне в лоб. Стерев свои отпечатки с оружия, сунула в руки Жанне обрез, а убитому мужику – парабеллум, вылезла в окно и уехала.

Таисия Андреевна с удовольствием ходила на сеансы к экстрасенсу. После общения с белым магом ей становилось легче. Сыну Виталию она ничего не рассказывала, он был материалистом и ни в какое волшебство, да и в медицину, не верил. В последнее время он стал замкнутым, почти не разговаривал, а возвращаясь с работы, сразу ложился спать. Непонятно зачем, он побрился налысо, сбрил усы и бороду, которые ему очень шли, а когда шел на работу, наклеивал такие же бородку и усы. Мать это очень волновало. На что сын ответил, будто у него началось сильное раздражение кожи, но без его фирменной бородки сослуживцы его не воспринимают. Имидж есть имидж.

Но волосы отрастут новые. Внешность вещь второстепенная. Виталий замкнулся в себе, и это беспокоило мать больше всего. Были периоды, когда Виталия мучила депрессия, он брал отпуск и запирался в своей комнате. Таисия Андреевна не слышала от него ни единого слова, как когда-то в детстве, когда, пережив сильный стресс, сын на время потерял дар речи. Тогда обошлось. Да и сейчас обойдется. Просто его не нужно тревожить.

Сегодняшнюю встречу Казимир начал с опроса пациентки.

– Давайте попробуем вернуться к тому времени, когда вы родились заново. Поговорим о том, что вы хорошо помните. После тяжелой аварии, в результате которой потеряли память, вы очнулись в больнице. На тот момент вам было года двадцать два. Сколько времени вы пролежали в стационаре?

– Около месяца в городе Курган, потом меня перевели в Кащенко, в Москву, но улучшений не последовало, и меня хотели перевести в Белые Столбы. Там своего рода приют для умалишенных, не имеющих кормильцев или сданных в психушку самими кормильцами.

– Но вы туда не попали? – деликатно задавал вопросы Казимир Борисович.

– Нет, не попала. Доктор Эльдар Трегубов оформил надо мной опекунство. Я не была буйно помешанной и не представляла угрозы для общества. Вела себя адекватно. Потом я переехала жить к Трегубову, и он сделал мне предложение, чтобы избежать лишних слухов. Эльдар был вдовцом. Не знаю, любила я его или нет, боюсь, что это чувство мне вовсе незнакомо. Но он был очень честным и порядочным человеком. У нас родился сын. Вполне здоровый мальчик. Прилично учился. Когда Виталику было восемь лет, Эльдар бросил нас. Я его не виню. Лучше так, чем всю жизнь жить в обмане. Слабого, доверчивого человека легко обмануть. Но это самое подлое, на что способен человек. Я больше о муже не вспоминала. Сыну дала свою фамилию и новое отчество. В нем – вся моя жизнь.