Грег Лумис - Секрет брата Бога

Интересно, какую? Вертолет «летающий подъемный кран»?

Словно в ответ на невысказанный вопрос Лэнга, издали донеслись безошибочно узнаваемые во всех концах мира завывания полицейской сирены. Из-за частокола приглаженных ветрами кедров выскочил белый автомобильчик с синей полосой и красно-синей мигалкой во всю ширину крыши.

Лэнг сразу забыл об ушибах и боли. Вмешательство местной полиции резко меняло положение вещей к худшему. И, определенно, если власти узнают, что они с Герт вооружены, у них будут большие сложности. Хуже всего было бы оказаться в местной тюрьме, там уж неведомые убийцы отыщут их без особого труда. В памяти непрошено возникли кадры из фильма 70-х годов «Полуночный экспресс» — темные грязные переполненные камеры и садисты-надзиратели. То, что здание, где разворачивалось действие фильма, перестроили и сейчас там помещается один из лучших отелей Стамбула, не слишком утешало.

Автомобиль, за которым тянулся шлейф пыли, остановился. За рулем сидел человек в форме, пассажиры были в гражданском. Приземистый лысый усатый мужчина, выбравшийся с переднего пассажирского сиденья, сразу же поднял руку с полицейским жетоном. Вероятно, подумал Лэнг, из всех обитателей острова он один ходил в костюме с галстуком. С заднего сиденья выскочил довольно молодой человек в американских джинсах и белой рубашке с длинными рукавами, но расстегнутым воротничком.

Полицейский ткнул перед собою пальцем и задал вопрос, которого Лэнг, естественно, не понял. Младший покачал головой и ответил на том же языке.

Затем полицейский улыбнулся — в улыбке участвовали только его губы и щеки, но не глаза — и заговорил по-английски.

— Я инспектор Азиз, — сказал он почти без акцента. Руки, представляясь, он не протянул. — У этого человека, угрожая ножом, отобрали его лошадей и коляску. Он сказал, что это сделали не вы.

Для начала и это было неплохо.

— Попрошу ваши паспорта. — Он протянул руку.

Лэнг всегда с подозрением относился к полиции как таковой и к требованиям полицейских предъявить документы. Вот и сейчас он подумал, не лучше ли сказать, что документы погибли вместе с багажом, но решил, что отсутствие удостоверений личности может навлечь на них дополнительные неприятности. Так что и он, и Герт достали свои паспорта. Инспектор быстро пролистал странички, задержав прищуренный взгляд на свежепроставленных визах.

— Только что прибыли в Турцию, а уже пришлось поволноваться. — Он сунул документы в карман пиджака, отчего тревога Лэнга только усугубилась. — Может быть, — продолжил он после чуть заметной паузы, — вы объясните мне, кто вы такие и что здесь произошло.

Лэнг объяснил.

Слушая, инспектор то и дело водил пальцем по усам; жест, скорее всего, был рефлекторным, а не намеренным. Когда же Лэнг закончил, он посмотрел на него, прищурив темно-карие глаза:

— Вас или леди не пытались ограбить?

Лэнг покачал головой:

— Нет.

— И вы никогда раньше не видели человека, который вез вас?

— Нет.

И снова палец прошелся вдоль усов.

— В таком случае интересно, зачем было этому человеку рисковать своей жизнью, выпрыгивая из коляски и устраивая все это, чтобы вы упали в море?

Лэнг пожал плечами, всем своим видом показывая, что на этот вопрос у него нет ответа:

— Инспектор, я не могу даже ничего предположить.

Турок продолжал всматриваться в лицо Лэнга, всем своим видом выражая недоверие.

Рация в автомобиле захрипела и принялась что-то бормотать. Водитель взял микрофон и что-то сказал в ответ.

— Ну вот, лошадей нашли, — сказал инспектор, не обращаясь ни к кому конкретно, — а о человеке, который их украл, ничего не известно.

Лэнг указал на холм, где, по словам монаха, скрывался за деревьями монастырь.

— Инспектор, если у вас нет к нам других вопросов, мы хотели бы отправиться дальше, куда намеревались попасть. — Он протянул руку: — И получить обратно наши паспорта.

Азиз, похоже, только сейчас по-настоящему разглядел Герт и, возможно, поэтому пропустил слова Лэнга мимо ушей.

— Как долго вы собираетесь пробыть в Турции?

Лэнг пожал плечами:

— Мы хотели повидаться кое с кем в монастыре. А потом… потом нам просто нечего здесь делать.

Полицейский снова изобразил свою холодную улыбку и похлопал себя по карману, где лежали паспорта:

— Нет, мистер Рейлли, здесь очень даже есть чем заняться. Вы уже плавали по Босфору? Любовались Голубой мечетью и дворцом Топкапы? Посещали наши базары?

Лэнг снова протянул руку:

— Инспектор, верните нам паспорта. Мы ведь даже не сможем снять без них номер в отеле.

Но вместо паспортов Азиз протянул визитную карточку:

— Если у вас будут затруднения из-за отсутствия документов, пусть из гостиницы позвонят мне.

— Но какое вы имеете право… — вспылил, теряя терпение, Лэнг.

— Вы не в Америке, мистер Рейлли, — громко хмыкнув, перебил его турок. — Что я вам разрешу — то и будет вашим правом. Ну а ваши паспорта мне пока что нужны. Когда я закончу расследование, вам их вернут. Поэтому держите меня в известности, где вас можно будет найти. А пока отдыхайте, любуйтесь островами и Стамбулом.

Было ясно, что им оставалось только подчиниться.

Герт, Лэнг и монах провожали взглядами полицейскую машину, пока она не скрылась за деревьями.

— До монастыря совсем близко, — нарушил молчание монах. — Пойдемте туда, там сядем и выпьем что-нибудь холодное.

Лэнг принужденно улыбнулся. Сейчас он тоже не видел никакого иного выхода.

Инспектор Азиз сидел за своим столом и не отрывая глаз разглядывал паспорта, как будто рассчитывал загипнотизировать их и заставить выдать все свои тайны.

Этот американец, Рейлли, и его спутница Фукс просто-напросто не прошли то, что он называл про себя тестом на запах. Чем больше чья-то история отличалась от профессионального опыта инспектора, тем сильнее от нее воняло, словно от куска мяса, забытого на жарком солнце. В то, что Рейлли и женщина приехали в Стамбул и на Принцевы острова только для того, чтобы побывать в монастыре Святого Георгия, еще можно было поверить. Трудно, но можно. Среди стамбульских достопримечательностей эта старинная обитель занимала одно из последних мест по популярности среди туристов, однако у христиан, в особенности американцев, полно причуд.

Смущало его само происшествие. Очень уж мало смысла он видел в том, чтобы устраивать такое сложное покушение на двоих туристов с весьма серьезным риском для преступника самому свернуть шею. Тем более что у парня был нож — тот самый, которым он напугал хозяина фаэтона. Почему было не воспользоваться им? Кстати, пистолет, а тем более винтовка были бы еще удобнее. И то, что несостоявшийся убийца не воспользовался огнестрельным оружием, говорило о том, что он, скорее всего, просто не располагал им, не знал, как обойти строгие турецкие законы об оружии.