Арсений Ахтырцев - Сабля Чингизидов
- Название:Сабля Чингизидов
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ, Астрель
- Год:2009
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-059454-2, 978-5-271-24006-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Арсений Ахтырцев - Сабля Чингизидов краткое содержание
В наши дни знаменитая сабля Чингизидом, самая дорогая антикварная вещь в мире, неожиданно всплывает на аукционе «Сотбис». Однако перед торгами неожиданно выясняется, что это другая сабля…
Куда же пропала бесценная реликвия Чингизидов? Ответ на этот вопрос ищут наследница Самариных Лена и ее муж спецназовец Алексей Розум. Но за саблей охотятся не только они…
Сабля Чингизидов - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
А на четвертом курсе Слава Корнеев попал в тюрьму. На студенческом вечере он проломил голову своему сокурснику о перила парадной лестницы. Батальную сцену с удивлением наблюдали человек пятьдесят студентов и половина преподавательского состава. Так что недостатка в свидетелях на суде не было.
Сазонов проявил себя как самый верный друг. Обошел полфакультета — и в результате статья «умышленное нанесение тяжких телесных повреждений при отягчающих обстоятельствах», на которой настаивал прокурор (студенты накануне выпивали в общежитии), была заменена на «превышение допустимых пределов самообороны». Свидетели уже сами верили в то, что зловредный пострадавший первый напал на бедного Славу и тому ничего не оставалось, как размозжить ему голову. Повлияло и то, что Корнеева на факультете любили, особенно девушки, а пострадавшего недолюбливали. Корнеев получил три года. На зоне искусствоведы, да еще со спортивным разрядом по боксу, были редкостью, и он быстро оброс нужными связями для дальнейшей криминальной карьеры.
Когда он вышел, Сазонов уже заканчивал кандидатскую. Молодой ученый к тому времени обзавелся ребенком, и аспирантской стипендии катастрофически не хватало. Слава предложил заняться иконами. Тогда русские иконы были в моде. Корень быстро разобрался с конкурентами, и друзья начали зарабатывать такие деньги, которых скромному искусствоведу не заработать за полжизни. Самую опасную работу по сбыту всегда делал Корнеев.
Сазонов купил кооператив, начал обрастать нужными связями в мире коллекционеров. При этом не забывал о карьере. Половина институтского начальства была ему обязана халтурой по экспертизе антиквариата, которую он чаще всего сам же и оплачивал. В тридцать четыре года он уже был доктором, а в тридцать шесть — деканом.
Тут как раз подоспела перестройка, и Сазонов на общеинститутском партсобрании демонстративно выбросил свой партбилет в урну. Студенты выдвинули своего кумира в депутаты Верховного Совета, но неожиданно для себя он провалился. Через два года верный друг Слава Корнеев мобилизовал свои ресурсы, и декан прошел депутатом в Верховный Совет России, который скоро стал называться Думой.
Во время предвыборной кампании его соперники по одномандатному округу начали дружно снимать свои кандидатуры, а один, самый популярный, вообще погиб. Утонул в озере. Общественное мнение бушевало, но Сазонов был безупречен. В числе двадцати пяти претендентов значился Сеня Грач из подольской группировки, на него и пали все подозрения.
— Славик, есть тема.
— Ну? — без всякого энтузиазма промычал Корень.
— Не мычи, тебе понравится.
— Не гони. Знаю я все твои темы, — скривился Корнеев. — Я от них просто балдею.
— Эту не знаешь. — И Сазонов положил на стол фотографию сабли. — Родовая сабля Чингизидов.
— Ты что, Грановитую палату обнес? — Корень пораженно разглядывал фотографию.
— Вещь совершенно чистая. Наследники графа Уварова продают. Все абсолютно законно, — заверил Сазонов.
— Сколько?
— Венька Извольский, ты его знаешь, сделал оценку в «Сотбис».
— Ну? — Корень вопросительно смотрел на Сазонова.
— Они выставят лот на десять миллионов.
— Сколько ты хочешь?
— Три с половиной.
— Это много. — Корень отодвинул от себя фотографию.
— Мне же надо всех оплатить, — Сазонов начал загибать пальцы, — от таможни до министерства. Одна справка на вывоз сколько затянет!
Корень задумался, отпил минералки и наконец ответил:
— Я таких денег из лопатника не вытащу. Мне надо перетереть со товарищи. Потом, экспертиза…
— В среду Разуваев даст заключение.
Корень кивнул:
— Разуваев — это хорошо, но без Зуба братва не подпишется.
— Зуб большие деньги дерет, — засомневался Сазонов.
— Если получим добро Зуба, то мы положительный результат оплатим, а отрицательный на тебе.
Сазонов задумался. Зуб, Зубовских Эдуард Иннокентьевич, был известным специалистом по антиквариату. Проработав несколько лет в различных музеях Ленинграда, он с начала шестидесятых стал заниматься антиквариатом сам. У него был врожденный талант реставратора. Никто не мог довести старинную вещь до кондиции так, как Зуб. Коллекционеры к нему выстраивались в очередь. Несколько раз он привлекался по расстрельной статье, но сел только один раз на пять лет. Поговаривали, что у него были высокопоставленные покровители, и он эти слухи не опровергал. В области антиквариата в криминальной среде не было никого авторитетнее Зуба. Его заключения не обсуждались.
Наконец депутат решился:
— Ладно, согласен. В среду позвони на мобильный после девяти вечера. Я уже буду знать результат от Разуваева.
— Добро, но Разуваеву я позвоню сам.
— Звони, Штирлиц.
Профессор искусствоведения Илья Филиппович Разуваев, один из лучших российских экспертов по холодному оружию, ликовал. Не часто попадается такой раритет.
— Ну что ж, это она, родимая, — возвестил он, выходя из кабинета и вытаскивая саблю из ножен. — Сабля из коллекции Уваровых. Она! Я, конечно, еще металловедческую экспертизу проведу, но у меня сомнений нет.
— Ты точно уверен? — переспросил Сазонов.
— Уверен. Есть ряд признаков, которые подделать невозможно. Это она. — И профессор рубанул саблей воздух.
— Ну, ты не балуй. Ты футляр лучше для нее подбери. Носите в тряпке…
— Подберу, Андрюша, подберу. Сейчас, погоди. — И Разуваев вернулся в кабинет.
Раздольский довольно улыбался:
— Так что, Андрей, будешь брать?
— Вот что. Металловедческую экспертизу я сам проведу. Саблю забираю. Поедем к тебе. В залог оставлю половину суммы. Остальное через неделю, после окончательного заключения.
В двадцать один тридцать профессору позвонили.
— Добрый вечер, Илья Филиппович, это Слава Корнеев.
— Добрый вечер, Вячеслав Львович, какими судьбами?
— Я по поводу экспертизы.
— Какой экспертизы?
— Сегодняшней.
— У меня сегодня библиотечный день. Я экспертиз не проводил, — удивился Разуваев.
— Да ладно вам, я от Сазонова, — досадливо прервал эксперта Корнеев.
— Ну так бы и говорили, — облегченно вздохнул профессор. — Так что экспертиза?
— Результат я уже знаю. Вы мне скажите, насколько вероятна ошибка?
— Сто процентов гарантии дает только Господь Бог. Профессор Разуваев дает девяносто девять процентов. Но за каждый процент он отвечает. Скажите, Слава, если я ошибся, меня убьют?
— Вас нет, а меня могут, — успокоил профессора Корнеев.
— Тогда вероятность летального исхода один процент.
— Спасибо, доктор, — ухмыльнулся Корень.
Разуваев осторожно повесил трубку.
Старый вор Решето (Решетников Александр Петрович) и антиквар Зубовских вошли в зал ресторана и сразу направились к столу Корня. Усевшись, Решето отпустил охрану, а Зуб достал продолговатый футляр.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: