Оса Эриксдоттер - Бойня [litres]

Ландон пригнулся, еле увернулся от пули и, хромая, забежал на другую сторону контейнера. Взгляд его упал на прислоненную к железной стенке лопату. Схватил, метнулся к углу. Единственный шанс – опередить. Не дать ему выстрелить.

– Из-звини, п-парень… – Голос звучал с бульканьем, будто он одновременно полоскал горло.

Старик и в самом деле совершенно пьян.

Ландон поднял лопату и изготовился к удару.

Он не успеет среагировать. Он пьян. Я обязан его опередить.

Выстрелить Ула Шёгрен успел, а вскрикнуть – нет. Ландон рассчитал точно, ребро стального полотна лопаты врезалось именно туда, куда он целился. В темя.

Но выстрелить все же успел. Выстрелил, молча упал и затих.

Ландон никак не мог унять дрожь в руках, сердце провалилось вниз живота. В углу рта фермера показалась кровь и медленной струйкой стекла на подбородок.

Он долго смотрел на грудь – дышит или нет?

Ни малейшего шевеления.

А дом? Не видел ли кто? Или слышал? Все-таки выстрелы, не каждый день тут стреляют.

Переждал и захромал к свинарнику. Пистолет оттягивает руку, как гиря, и колено болит ужасно.

Трупы в контейнере. И живые… пока живые , запертые на замок в бетонном свинарнике. Пьяный фермер не мог все это сделать один. Даже если у него мания величия.

Это они …

Стало трудно дышать.

Срочно нужны ключи. Ключи… Ландон остановился и зажмурился. Сама мысль возвращаться к трупу убитого им человека и шарить в его карманах показалась невыносимой. А если попытаться отстрелить замок? Вряд ли… даже не вряд ли, а невозможно – Ландон вспомнил массивный, в кулак величиной, замок на стальном засове.

Как он сказал, этот ублюдок? Я им хозяин…

И трупы в контейнере… люди с избыточным весом . Все до одного.

Он беспомощно посмотрел на стальной засов. Какой у него выбор? Искать в карманах мертвеца или обшарить дом… на это могут уйти часы.

Но можно же уехать, сообщить, поднять тревогу… Ну нет. Полиция работает, как партия прикажет. Все они поставлены или куплены Свердом и его подельниками.

– Хелена! – почти прошептал он.

Безумие. Он понимал – безумие. Почему она должна быть именно здесь? Они же говорили “лагеря”. Значит, не один Ула? Таких много?

– Хелена! – Он повысил голос.

И опять… Ландон не смог различить ни единого слова, крики и вопли слились в сплошной непроницаемый звуковой барьер.

– ХЕЛЕНА!!!

Безнадежно.

И тут он услышал звук автомобильного мотора. Помчался к машине. Трясущимися руками открыл дверцу и запустил двигатель. Единственный способ уйти незамеченным – ехать в другую сторону, через поле. Посмотрел в зеркало: пока никого, но они будут здесь в любую минуту.

Придавил педаль газа. Машина пересекла двор. Выехал на раскисшее после ночного дождя поле. “Вольво” водило из стороны в сторону, он крутил руль, как гонщик на ралли. Слава богу, старый надежный друг, то и дело буксуя, с натужным ревом двигался вперед.

И в конце концов все же застрял. В паре десятков метров от опушки.

– О дьявол…

Он вспомнил деда, отца Бертиля, его уроки вождения. Вторая передача, мой мальчик… только вторая, ни в коем случае не первая, и не газуй, не газуй. Продвигаемся легкими рывками, иначе выроем под колесами яму и будет еще хуже.

Рывками так рывками. Но каждое нажатие на педаль сцепления причиняет острую боль.

– Ну давай же, давай… милая… – бормотал он, не разжимая зубов. Слова прерывались то ли нервным смехом, то ли рыданиями, он и сам не мог определить.

Внезапно глина чавкнула и отпустила жертву.

Он опять посмотрел в зеркало. Двор как на ладони. Если он видит двор, значит, и со двора он тоже виден. С другой стороны, если он не видит преследователей, то и они его не видят. Скорее всего…

Лес был гуще, чем он предполагал, но, на счастье, сосновый, без подлеска. Пока кое-как удавалось протискиваться между стволами. Машина гремела и скрипела всеми своими изношенными стальными суставами, спотыкалась на могучих корнях и подскакивала так, что Ландон даже долбанулся головой в потолок. Солнце сюда не доставало, только грубая чешуя стволов ближе к верхушке светилась, как старая бронзовая кольчуга.

Все. Фалунды уже не видно. Вряд ли они начнут погоню раньше, чем обнаружат тело. Если повезет, найдут не сразу. Контейнер довольно далеко и от дома, и от свинарников, и если фермер все же очнется, то маловероятно, что это произойдет так быстро. Если очнется … Ландона передернуло – ему вовсе не хотелось осознавать себя убийцей.

Остается одно – ехать сколько позволит лес, а потом бросить машину и плестись пешком. Ветви то и дело царапали по лобовому стеклу, словно приглашали остановить машину и выйти.

Выйти и идти пешком? С таким коленом далеко не уйдешь.

Но метров через двести лес, до этого неумолимо сгущавшийся, неожиданно начал расступаться, появился проблеск надежды – и тут вновь забуксовало заднее колесо.

И опять зазвучал в ушах добродушный дедовский говорок.

Яйцо под акселератором, мальчик. Яйцо под педалью, смотри не раздави. И рывочками, рывочками, главное – расшевелить нашу девушку .

Ритмичные, легкие нажатия. Даже раскачиваться начал вперед-назад, будто подталкивал.

Ну давай же, давай…

Вспотела голова, словно съел горсть черного перца.

Наконец-то безотказный “вольво” нащупал опору и выбрался на более или менее сухое место. Уже не разбирая дороги, Ландон продрался сквозь молодой кустарник и выехал из леска. До самого горизонта ни одного дома, но посреди поля стоит слегка покосившийся трактор.

Присмотрелся – не хватает только наткнуться на соседей. Особенно добропорядочных, такие непременно побегут к Уле доносить.

Но нет. В тракторе никого. Вдоль опушки петляет мокрая, но все же кое-как утрамбованная и посыпанная гравием дорога – по крайней мере, нет риска завязнуть. Ландон выдохнул и прибавил скорость. Наверняка рано или поздно этот проселок выведет его на большую дорогу.

Выведет ли? Примерно через километр дорога круто забирала влево. Если все время ехать налево, не исключено, что опять угодит в Фалунду.

Поразмышлял и включил скорость. Все равно другого пути у него нет. Альтернатива – навсегда застрять в грязи.

Ни машин, ни людей, ни полиции. Пустынная дорога.

Успокойся. Ты унес ноги .

Ландон попытался успокоиться. Может, свернуть на первую же из примыкающих, даже не показанных на карте дорог и выждать немного? Или предпринять что-то иррациональное? Допустим, доехать до Черпа, оставить машину на привокзальной площади и сесть на поезд?

Никак не удается избавиться от ощущения: его преследуют. Следов он вроде бы не оставил, машину никто не видел… но это под вопросом. Если уж они выбрали это место, вполне могли поставить камеры наблюдения.