Оса Эриксдоттер - Бойня [litres]

– Хелена!

Она повернулась и увидела. Рот приоткрылся, чтобы что-то крикнуть, но в эту секунду грохнул еще один выстрел. С другой стороны.

Ландон похолодел.

О боже …

Споткнулся, чуть не упал, но побежал вперед. С каждым прыжком становилось заметнее, в каком состоянии Хелена, и в нем закипела такая ярость, какой он не испытывал ни разу в жизни.

Он прицелился в стоящего за ее спиной солдата – на этот раз стрелял, чтобы убить. И даже не посмотрел, попал или нет.

Хелену заметно качало, чудовищно грязный, окровавленный халат висел на ней как тряпка. И что с рукой?

Опять выстрел. Голова Хелены дернулась, щека залилась кровью.

– Беги! – хрипло крикнул он. – К машине! Беги!

Она, казалось, не поняла.

– Беги! Я с тобой! – Он поднял пистолет.

Охранники заметались из стороны в сторону. Только сейчас по их растерянности, по их повадкам он догадался: это не солдаты. Вырядили в форму каких-то негодяев.

Измученные люди кинулись бежать к лесу, но многие не добежали – не хватило сил. Упали на полдороге.

Похолодел от ужаса – где Хелена?! Нет… вот она… прошла несколько метров. Сама не успеет. Он выстрелил в воздух и бросился к ней, обхватил за талию и потащил за собой, молясь, чтобы она смогла удержаться на ногах.

– Быстрее! Быстрее!

Выстрелы следовали один за другим. Куда они стреляют? По бегущим и падающим женщинам?

Ландон оставил “вольво” у подножия холма. Расчет был один: чтобы машина не бросалась в глаза. Оказалось – удачно, по дороге им удалось спрятаться за грузовик. Но в любой момент их могут заметить.

На башмаках налипло по полпуда грязи. Хелена начала медленно оседать. Она не сопротивлялась, но и не двигалась.

– Я не дойду, – произнесла Хелена с потрясшим его спокойствием.

– Умоляю… еще совсем немного.

Она закашлялась.

– М-м-м?.. – Бессильный шепот. – Молли?

– Со мной! Молли со мной!

Она пробормотала что-то неразборчиво.

До машины оставалось всего несколько метров, но это был самый длинный пробег в его жизни. Ландон рванул дверцу и кое-как затолкал Хелену на заднее сиденье. Она непрерывно стонала. Правая рука повисла плетью, кровоточащая рана на щеке.

– Все будет хорошо, – лихорадочно бормотал он раз за разом.

Дрожащими руками Ландон повернул ключ зажигания. “Вольво” пробуксовал на мокрой траве, но послушно двинулся, набирая скорость. Посмотрел в зеркало – там продолжалась суматоха. Вряд ли кому-то еще удастся спастись.

– Хелена?

В машине остро пахло гнилью и разложением.

– Все будет хорошо… Все будет хорошо… Не бойся…

– Как… ты… узнал? – прохрипела она и закашлялась.

– Мы едем домой. Все остальное неважно. Постарайся не шевелиться.

Ландон покосился на боковое зеркало и облегченно выдохнул. Их никто не преследовал.

Хелена застонала.

Ей нужен врач, но ехать в больницу он не решался.

Вот и перекресток.

На дороге никого. Он повернул на юг. Солнце уже показалось из-за горизонта. По полям бродили клочья еще не рассеявшегося утреннего тумана.

– Хелена? Как ты? – Он попытался повернуть зеркало так, чтобы ее видеть.

Она не ответила.

Ландон свернул на первую же заправку в Йиму.

Несколько раз окликал Хелену, но она молчала.

Открыл заднюю дверцу.

– Очнись… ты должна очнуться…

Хелена лишь простонала что-то.

Ландон осторожно погладил ее по лбу. Она внезапно открыла глаза и бессмысленно уставилась на него, не мигая.

– Мы в Йиму. Ты же раньше работала здесь в поликлинике… я ничего не перепутал?

По-прежнему смотрит. Должно быть, не поняла.

– Поликлиника в Йиму? Ну пожалуйста! Хелена! Ты знаешь хоть кого-то, кто может помочь? Врач? Кто-то, кому ты доверяешь? Может, дружила с кем-то из сестер?

Хелена закрыла глаза, она выглядела совсем иначе, чем несколько дней назад. И дело даже не в испачканном кровью мокром халате.

– Ничего не надо… – прошептала еле слышно.

– Ты ранена, может быть, серьезно.

Она промолчала.

– Ну пожалуйста, Хелена! Тебя по крайней мере перевяжут – и едем в Упсалу.

– А Молли… ты не соврал? Она у тебя? – В глазах на секунду полыхнула тревога.

– Да.

– С ней все в порядке?

– В полном. Она с котом. С Мастером.

Глаза опять потухли. Мелко задрожали губы.

Ландон услышал за спиной шум мотора и резко обернулся. Сердце екнуло.

За ними…

Нет – водитель вышел, нажал кнопку. Машина мигнула, послушно икнули замки, все разом. Даже не поглядев в их сторону, пошел в магазинчик при заправке.

– Как хочешь. Я еду в поликлинику.

Невинный эпизод вновь вызвал панику. Этому надо на заправку, а они? Они могут появиться в любой момент.

– Нет!

– Тебе нужна помощь. Ты потеряла много крови.

Хелена посмотрела на него. Внезапно взгляд стал умоляющим.

– Только не туда. Не в поликлинику. Там… там… нехорошо .

– Назови место, где хорошо. Нигде не хорошо, Хелена. Но… я не могу ехать в Упсалу, не будучи уверенным…

Не будучи уверенным, что ты не умрешь по дороге.

– Клас… – выдохнула Хелена.

– Что? Какой Клас?

– Клас Бремминг.

Голос совсем слабый, вот-вот прервется.

– Клас Бремминг. Врач. Он тоже ушел, когда… когда…

Она закашлялась.

– Ничего, ничего… не волнуйся.

Подождал, пока успокоится кашель.

– Где он живет?

– Океригатан. Ты уже проехал церковь?

– Э-э-э… нет. Похоже, еще нет. Или погоди… да.

– Вернись. За церковью… сразу… направо. – Хелена переводила дыхание чуть не на каждом слоге.

– Понял. Понял.

Развернулся, выехал на упсальское шоссе и почти сразу увидел белую церковь, словно парящую в голубеющем с каждой минутой небе.

Через пять минут остановился около желтого деревянного дома, окруженного яблонями. Трава не стрижена. Даже не просто не стрижена – видно, что за газоном давно никто не ухаживает.

– Ты уверена, что это тот дом?

Она с трудом подняла голову и огляделась.

– Да… он тут живет.

– Подожди… лучше приляг на сиденье, чтобы тебя не видели. Я сбегаю посмотрю, что и как. – Ландон с трудом заставлял себя говорить спокойно.

На часах начало пятого. Насколько Хелена может быть уверена в этом типе? Дело даже не в раннем часе, его беспокоило другое. Этот Бремминг – врач . Если и было профессиональное сообщество, быстро, охотно и безоговорочно принявшее сторону Партии Здоровья, то это они. Врачи.

Нажал на кнопку звонка. Другого выхода нет.

Подождал, нажал еще раз, и еще. Никто не откликнулся. Хотел уже вернуться к машине, как услышал шаги. Человек, выглянувший в приоткрытую дверь, был ненамного старше его самого. Не ошиблась ли Хелена?

Дверь открылась, и он сразу понял – нет, не ошиблась. Перед ним стоял настоящий Гаргантюа. Халат чуть не лопается на животе.