Карл Хайасен - Ураган

— Правильно. — И все же для человека, на которого неожиданно свалилась куча денег, Фред выглядел довольно подавленно. — Но меня все же беспокоит миссис Торрес…

— Послушай, я же тебе говорила вчера, у Тони серьезные неприятности, так что я сомневаюсь, что он вернется.

— Но разве не ты сказала, что миссис Торрес… настоящая миссис Торрес может вернуться в Майами…

— Вот поэтому тебе и следует поторопиться. Скажи у себя в конторе, что дело срочное.

Страховой агент поджал губы.

— Иди, сейчас каждое дело срочное. Ради Бога, здесь же прошел ураган.

Иди с безразличным видом наблюдала, как он заканчивает одеваться. Целых пять минут Фред пытался разгладить руками складки на брюках, а потом попросил Иди одолжить у соседей утюг, но она напомнила ему, что нет электричества.

— Ты бы лучше отвез меня позавтракать, — предложила Иди.

— Я уже и так опаздываю на встречу в Катлер-Ридж. У одного пожилого бедняги на крышу дома занесло «понтиак». — Фред Дов чмокнул Иди в лоб и как положено, прощаясь по утрам, крепко обнял. — Я вернусь вечером. В девять, хорошо?

— Прекрасно. — Она подумала, что сегодня он наверняка принесет презервативы — еще один смешной тормоз на пути к страсти. Также Иди напомнила себе вынести на солнце один из матрасов, поскольку еще одна напряженная ночь на шезлонге может совсем вымотать Фредди.

— Принеси формы заявления, — напомнила она, — я хочу сама все посмотреть.

Фред сделал заметку в блокноте и сунул его в свой портфель.

— Ох, да, — спохватилась Иди, — мне еще надо пару литров бензина из твоей машины.

Фред Дов удивленно посмотрел на нее.

— Для генератора, — пояснила Иди. — Хорошо бы принять горячую ванну… раз уж ты не позволяешь мне разделить с тобой ванну в отеле «Рамада».

— Ох, Иди…

— И, пожалуй, несколько долларов на продукты.

Увидев, как страховой агент вытаскивает бумажник, Иди несколько подобрела.

— Хороший мальчик. — Она поцеловала Фреда в шею, завершив поцелуй легким укусом, просто так, чтобы подбодрить его.

— Ты меня напугала.

— Успокойся, дорогой, все будет хорошо. — Забрав две бумажки по двадцать долларов, Иди проводила его до машины.

По дороге в морг Августин и Бонни услышали в новостях сообщение о сетчатом питоне длиной около четырнадцати футов, который заполз в столовую предприятия по выпуску замороженных продуктов в Перрине.

— Один из ваших? — спросила Бонни.

— Мне тоже хотелось бы это знать. — Невозможно было выяснить, принадлежала ли эта змея покойному дяде Августина, потому что в составленной от руки Феликсом Моджаком описи отсутствовали какие-либо детали. — У него было два крупных питона, но я же, черт побери, не измерял их.

— Надеюсь, что они не убили его.

— Я тоже надеюсь. — Августину понравилось то, что Бонни проявила заботу о питоне. Не все женщины поступили бы так же.

— Они могут отдать его в зоопарк, — предположила Бонни.

— Или напустить на администрацию графства.

— Злая шутка.

— Я знаю. — Будучи юридически владельцем зверинца, Августин чувствовал себя виноватым в несчастьях, обрушившихся на Бонни Лам. Ведь если бы ее муж не пустился в погоню за обезьяной, он, возможно, и не пропал бы. А вполне вероятно, что это была одна из обезьян дяди Феликса. Но, может быть, и нет.

— А что вы будете делать, если кто-то из ваших животных убьет человека? — без обиняков задала вопрос Бонни.

— Молиться, чтобы это оказался кто-нибудь, кто заслужил это.

Бонни ужаснулась от этих слов, но Августин тут же добавил:

— Я просто не знаю, что еще можно сделать, не устраивать же охоту на них. Вы знаете, какую огромную площадь занимает Эверглейдс?

Некоторое время они ехали молча, потом Бонни снова заговорила:

— Вы правы. Сейчас они свободны, а так и должно быть.

— Я не знаю, как должно быть , но я знаю, как есть на самом деле. Черт побери, ягуары могут сейчас быть уже в Ки-Ларго.

Бонни печально улыбнулась.

— Я бы тоже хотела там оказаться.

Прежде чем войти в холодную прозекторскую, Бонни надела мешковатый лыжный свитер, который Августин прихватил с собой на всякий случай. На этот раз никаких предварительных разговоров перед осмотром трупа не было. Тот же самый молодой коронер провел их прямо в прозекторскую, где в данный момент центром внимания был новый труп неизвестного мужчины. Возле трупа толпились детективы, полицейские в форме и не проявлявшие особого энтузиазма студенты-медики из университета Майами. При появлении Августина и Бонни Лам они расступились.

Румяный, седовласый мужчина в медицинском халате стоял у изголовья железного стола. Он приветливо кивнул и сделал шаг назад. Затаив дыхание Бонни взглянула на труп. Мужчина на столе был толстопузый и лысый, его кожа оливкового цвета от плеч и до кончиков ног была покрыта редкими блестящими черными волосками. В центре груди зияла рана малинового цвета, шея была покрыта цепочкой кровоподтеков, очень напоминавших багровые отпечатки пальцев.

— Это не мой муж, — вымолвила Бонни Лам.

Августин вывел ее из прозекторской. За ними последовал высокий темнокожий полицейский.

— Миссис Лам?

Бонни не остановилась, продолжая двигаться, словно на автопилоте.

— Миссис Лам, мне надо поговорить с вами.

Бонни обернулась. Полицейский был широкоплечим, мускулистым, он шел, слегка прихрамывая на правую ногу. На нем была форма патрульной службы штата, в огромных ладонях полицейский сжимал шляпу «стетсон». Похоже, он, как и Бонни с Августином, был рад покинуть прозекторскую.

Августин поинтересовался, что у него за проблема, и полицейский предложил пойти куда-нибудь поговорить.

— О чем? — спросила Бонни.

— Об исчезновении вашего мужа. Просто у меня есть кое-какие соображения, вот и все. — Его манера поведения была явно нетипична для полицейского в форме. — Всего несколько вопросов, я обещаю.

Августину было непонятно, с какой это стати патрульная служба интересуется пропавшими людьми.

— Она уже говорила с агентами ФБР.

— Это не займет много времени.

— Если у вас есть какие-то новости, то я хотела бы их услышать, — согласилась Бонни.

— Я знаю отличный итальянский ресторанчик, — предложил патрульный.

Августин понял, что Бонни уже приняла решение.

— Это будет официальный разговор? — все же поинтересовался он.

— Совершенно неофициальный. — Джим Тайл надел шляпу. — Давайте просто поедим.

В середине 70-х годов человек по имени Клинтон Тайри вступил в борьбу за пост губернатора Флориды. По всем параметрам он казался идеальным кандидатом, этакой свежей и чистой струей в эпоху цинизма. Местный уроженец, симпатичный, статный, бывшая звезда футбольной команды колледжа, награжденный орденами и медалями ветеран вьетнамской войны. В ходе избирательной компании он мог вести заумные разговоры в Палм-Бич или изображать из себя простачка в Панхэндле. Средства массовой информации расхваливали его, потому что он говорил законченными фразами, без подготовки и без бумажки. Но самое замечательное состояло в том, что его прошлая личная жизнь не была запятнана сомнительными сделками, до которых так были охочи журналисты и читатели.