Нацуо Кирино - АУТ

Сатакэ следил за ее реакцией из будки, видел, как она обошла «гольф», припаркованный нарочито небрежно, как это обычно делала его бывшая хозяйка. Ей хватило смелости подойти к будке и заговорить о машине, но не хватило самообладания, и голос дрожал. Да, ему удалось-таки напугать ее. В меру. Сатакэ негромко рассмеялся, вспомнив ту сцену. Но одного только страха ему было мало. Точнее, страх хорош до тех пор, пока не переходит в жалкие мольбы, плач и прочее. Он вспомнил собачонок в магазине, вспомнил, как выла, выпрашивая пощады, Кунико. Волна отвращения вдруг всколыхнулась в нем, и туфли, так напоминавшие их владелицу, кувыркаясь и прыгая, полетели по грязному бетону.

Сатакэ въехал на стоянку у дома и уже запирал дверцу, когда к нему быстро подошла незнакомая молодая женщина, по-видимому дожидавшаяся его появления. Судя по сандалиям и фартуку, она была домохозяйкой и жила здесь же. Хотя лицо ее и не несло следов макияжа, волосы были взбиты и обильно политы муссом, что делало их похожими на надетый в спешке парик. В общем, выглядела она, на взгляд Сатакэ, ужасно.

— Вы знаете женщину, которой принадлежит этот автомобиль? — спросила незнакомка. — Дзэноути-сан?

— Конечно знаю. Я ведь пользуюсь ее машиной, верно?

Сатакэ понимал, что, раскатывая на «гольфе», привлекает к себе ненужное внимание, но отказаться от него пока не мог.

— Извините, я вовсе не хотела… — Женщина покраснела, сделав, по-видимому, какой-то свой вывод относительно характера его отношений с Кунико. — Просто дело в том, что я давно ее не видела…

— Откровенно говоря, я и сам не знаю, где она.

— Вот как? — Женщина удивленно посмотрела на него. — Но вы же пользуетесь ее машиной?

— Я работаю охранником на той же фабрике, где работает Кунико. Узнав, что мы живем в одном доме, она попросила меня присмотреть за автомобилем, пока ее не будет. Так что я ее ни о чем не просил.

Сатакэ помахал ключами перед лицом незнакомки, чтобы она увидела на брелоке букву «К».

— Понятно. Интересно, куда она уехала?

— Думаю, решила немного отдохнуть. По-моему, повода для беспокойства нет.

— Но Дзэноути-сан отсутствует уже несколько дней, а между тем подошла ее очередь чистить мусорные баки. Автоответчик включен, а ее мужа, кажется, тоже нет дома.

— На фабрике она больше не работает, — объяснил Сатакэ. — Может быть, отправилась навестить родителей.

— Так вы пользуетесь машиной в ее отсутствие?

Женщина смотрела на него с откровенным подозрением.

— Да, но я плачу за это, — ответил он.

— Понятно.

Женщина слегка напряглась при упоминании о деньгах. Живет на зарплату мужа, подумал Сатакэ, но все еще делает вид, что такие вульгарные темы не для нее.

— Извините, я спешу.

Он прошел мимо, решив, что отныне будет ездить на «гольфе» только на работу. У входа в дом ему на глаза попался стоящий возле почтовых ящиков средних лет мужчина в новом плаще. Полицейский? Проследив за чужаком, Сатакэ решил, что ошибся, — у этого были совсем другие глаза. Тогда кто? Взгляд незнакомца скользнул по фамилиям на почтовых ящиках и остановился, дойдя до номера 412. Сатакэ быстро вошел в лифт.

Выйдя из кабины на своем этаже, он позаботился о том, чтобы лифт не ушел вниз, и медленно направился по коридору к своей квартире, отворачивая лицо от холодного северного ветра. Но уже достав из кармана ключ, Сатакэ вдруг обнаружил второго незнакомца, на сей раз молодого человека, стоящего у его двери. На нем была короткая белая куртка, фиолетовые брюки, а волосы парень выкрасил в оранжево-коричневый цвет. При виде Сатакэ он сунул что-то в карман, может быть сотовый телефон.

— Это ты — Сато? — спросил незнакомец тоном человека, уже знающего, каким будет ответ.

Явно не полицейский. Больше смахивает на якудза, решил Сатакэ. Не отвечая на вопрос, он шагнул к двери. Похоже, тот, внизу, и этот, здесь, как-то связаны. Он уже взялся за ручку, когда вдруг заметил, что она обмотана какой-то черной тканью. Незнакомец наблюдал за ним, едва сдерживая смех.

— Какого черта? — пробормотал Сатакэ.

— Посмотри получше, — посоветовал парень.

Сатакэ почувствовал, как кровь бросилась в лицо, — черная тряпка оказалась трусиками Кунико. Теми самыми, которые он использовал в качестве кляпа.

— Твоя работа?

Шагнув к незнакомцу, Сатакэ схватил его за воротник куртки. На парня это, однако, не произвело ни малейшего впечатления — он лишь усмехнулся и даже не потрудился вынуть руки из карманов.

— Нет. Они уже были здесь, когда я пришел.

Значит, Масако. Отпустив парня, Сатакэ сорвал тряпку с ручки и сунул в карман.

— Работа не моя, — повторил гость, толкая Сатакэ в бок. — А меня ты зря трогал.

— Чего надо?

— Сейчас узнаешь. — Он вынул из кармана какой-то листок и сунул в лицо Сатакэ. — Посмотри сюда.

Листок представлял собой долговое обязательство Кунико Дзэноути перед неким «Центром миллиона потребителей» на сумму два миллиона йен.

— И при чем тут я?

— Ты значишься финансовым поручителем, а эта Дзэноути свалила из города.

— Ничего не знаю, — сказал Сатакэ, хотя сразу понял: его переиграли.

Таких денег Кунико не дала бы ни одна контора, а значит, все подстроили специально для него. Теперь эти громилы будут постоянно ошиваться возле дома, привлекая ненужное внимание и провоцируя интерес к нему самому.

— Так, говоришь, не знаешь? — Парень неожиданно повысил голос. — Или уже вспомнил? — Из-за открывшейся неподалеку двери высунулась женская голова. Другая дверь скрипнула у него за спиной. Похоже, гость рассчитывал именно на такой эффект. — Это что?

Он ткнул пальцем в графу «поручитель», где стояло его вымышленное имя — «Йосио Сато». Сатакэ улыбнулся.

— Это не я.

— Тогда кто?

— Откуда мне знать?

Из кабины лифта вышел второй, тот самый мужчина, которого Сатакэ заметил внизу, у почтовых ящиков. Значит, они действительно работали вдвоем.

— Меня зовут Мията, — представился мужчина, подходя ближе. — Я из «Восточного кредита». Наш клиент, Дзэноути-сан, немного опаздывает с платежами, к тому же нам стало известно, что она покинула город.

— И я значусь ее поручителем, да? — усмехнулся Сатакэ.

— Боюсь, что так.

Сатакэ выругался. Сколько еще таких кредиторов появится здесь в ближайшие дни? Судя по всему, Масако получила помощь от Дзюмондзи, который подделал долговые поручительства и передал их своим дружкам-рэкетирам, а потом, запустив слух об исчезновении Кунико, натравил на него этих псов.

— Ладно, похоже, выбора у меня нет. Оставьте бумаги, а я посмотрю, что можно сделать.

Кажется, его уступчивость произвела должное впечатление — оба протянули копии поручительств.

— И когда же мы получим денежки? — спросил молодой.