Кэти Райх - Смертельно опасно

Вся остальная площадь квартиры представляла своего рода рабочий кабинет. В прихожей стоял компьютер, висела карта. Крытая лоджия использовалась как лаборатория. В спальне находились всякие картотеки, записи и каталоги.

Душевное состояние Драма заметно улучшилось с момента нашего последнего телефонного разговора. Он поприветствовал нас, потом живейшим образом обо всем расспросил.

Я выставила на стол пластиковые контейнеры. Джейк открыл и рассмотрел содержимое первого.

— О Боже!

Потом снял крышку со второго контейнера.

— О Боже!!!

Райан посмотрел на меня.

Джейк потянулся к одному из контейнеров с тканью.

— О Боже, — тихо произнес Райан.

Я отвела взгляд. Драм молча уставился на большой кусок ткани.

— Господи. Боже. Мой, — произнес Джейк именно так — с неуместной расстановкой.

Он быстро юркнул в спальню, принес увеличительное стекло и тщательно изучил материю.

— Я сегодня же отнесу это Эсфири Гетц, — сказал он.

Джейк рассматривал ткань целую вечность, затем выпрямился.

— Гетц — эксперт по текстилю в Музее Рокфеллера. Ты изучила кости?

Я отрицательно покачала головой.

— От них мало что осталось.

Джейк снял очки, отошел от стола и сделал приглашающий жест — мол, теперь давай ты.

Я осторожно вынула содержимое банок.

— У тебя есть перчатки?

Драм снова пошел в спальню.

— И захвати пинцет! — крикнула я ему вслед. — А еще — зубочистки.

Он все принес. Затем они с Райаном наблюдали, как я разбирала кости, подписывая каждый фрагмент.

— Сустав пальца. Пяточная кость.

Это я разобрала легко. Все остальные кусочки были размером с мочку уха.

— Локтевая кость, бедро, таз, череп.

— Итак, что ты думаешь? — спросил Джейк, когда я закончила.

— Думаю, не много осталось.

— Мужчина или женщина?

— Да, — ответила я.

— Черт, Темпе! Это серьезно.

Я осмотрела осколок затылочной кости. Задняя часть выступала вперед, но не очень сильно. То же самое можно сказать и о бедренной кости. Единственной частью, оставшейся от таза, был толстый выступ, сросшийся с крестцом. Больше никаких костей, определяющих пол, не сохранилось.

— Я бы сказала, что это мужчина. Но материала для уверенной идентификации недостаточно.

Я подняла и покрутила в руках пяточную кость. В глаза бросилось маленькое круглое отверстие. Джейк заметил мой интерес.

— Что?

Я указала на крошечный туннель на внешней стороне кости.

— Это не естественное отверстие.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Джейк.

— Здесь его не должно быть.

— То есть?

— Это не канал для сосуда или нерва. Кость проткнули. Видишь, края отверстия острые, а не гладкие.

Я положила кусочек на место и протянула Джейку очки. Он нагнулся и принялся рассматривать кость.

— Как ты думаешь, что это? — спросил Райан.

Не успела я ответить, как Драм буквально ринулся в комнату с картой. Захлопали дверцы ящиков и полок. Он вернулся с пачкой скрепленных страниц.

Шлепнув бумаги на стол, Джейк ткнул пальцем в одну из них.

Я посмотрела.

Статья « Антропологические результаты исследований скелетных останков, найденных в Гиватха-Митвар». Джейк показывал на страницу со снимками. Фотографии не отображали некоторых деталей, но смысл был ясен.

На четырех снимках были изображены фрагменты пяточной и других костей стопы до и после сортировки и восстановления. Можно было различить покрытый толстым известковым налетом металлический гвоздь, протыкающий пяточную кость. Из-под шляпки гвоздя торчала деревянная щепка.

На пятой фотографии древнюю пяточную кость сравнивали с современной, где имелось повреждение, аналогичное тому, что и на нашей кости из гробницы.

Я вопросительно посмотрела на Джейка.

— В шестьдесят восьмом в трех погребальных пещерах нашли пятнадцать оссуариев. Тринадцать из них содержали человеческие останки. Захоронены они были по высшему классу. Цветы, венки и все такое. Поврежденные кости говорили о том, что несколько человек умерли насильственной смертью. Раны были в форме таких вот круглых отверстий. — Джейк постучал по фото. — Несчастных распяли.

Драм положил на стол рисунок, изображающий тело на кресте. Руки жертвы привязывали, а не прибивали к поперечной балке. Ноги расставляли и прибивали к сторонам столба, а не к передней его части.

— Иосиф Флавий отмечает, что дерево в Израиле являлось дефицитом, поэтому римляне оставляли столб на месте, а снимали только поперечную перекладину. И обе части креста использовались неоднократно.

— Итак, руки привязывались, а не прибивались, — уточнил Райан.

— Да. Распятие на кресте придумали египтяне. Они привязывали жертву. Ведь смерть не являлась следствием ранений. У висящего на кресте человека ослабевают дыхательные мышцы. Смерть наступала от удушья. Жертва обхватывала ногами столб с двух сторон. Пяточная кость — самая большая в стопе. Вот почему гвоздь вбивали именно в нее.

Семейная гробница Иисуса. Распятый человек, завернутый в ткань.

Я поняла, куда клонит Джейк, и, положив руку на пяточную кость, произнесла:

— Нет доказательств, что отверстие появилось в результате травмы. Проход мог образоваться из-за болезненных процессов в организме. А может, и вообще этот канал прогрызли черви или улитки уже после смерти несчастного.

— Но это может быть дырка и от гвоздя?

Глаза Джейка горели.

— Не спорю, — была вынуждена согласиться я.

Распятие? Но кто это? Мы уже исключили одного кандидата. Он не проходил по возрасту — слишком стар, если придерживаться классической концепции. Или слишком молод, исходя из теории Джойса. Джейк что, предполагает, что это кости Иисуса из Назарета?..

Как и в случае со скелетом из Масады, в подобное верилось с трудом.

— Ты говорил, будто вы обнаружили другие кости в гробнице долины Кедрон? — спросила я.

— Да. Мародеры не знали о ценности останков, они только разбросали их по полу и забрали оссуарии.

— Надеюсь, они были в лучшем состоянии, чем эти, — проговорила я, показывая на стол.

Драм отрицательно покачал головой:

— Нет, в основном осколки. Хорошо лишь, что грабители высыпали кости из оссуариев отдельными кучками. Это помогло их рассортировать.

— Кто-нибудь проводил анализ останков?

— Антрополог Израильского университета. Он идентифицировал трех взрослых женщин и четырех взрослых мужчин. Сказал, что это вся информация, которую он может выдать исходя из представленных образцов. Дескать, недостаточно материала, чтобы определить рост и расу. Он не обнаружил ничего уникального и необычного.

— И не нашел ни одного отверстия, похожего на наше?

— Он упомянул размягчение костей и артрит. Вот и думай, травма это или болезнь.