Джон Харви - Ты плоть, ты кровь моя

– Ты по-прежнему считаешь, что это может быть Шейн Доналд? – спросила Морин.

– Я вот о чем думаю, – сказал Элдер. – Все эти броски туда-сюда через поля, все эти вещи – сначала кардиган, потом сандалия… Кто бы за этим ни стоял, создается впечатление, что он специально их оставляет, чтобы направить нас по ложному следу.

– Он хочет, чтобы его поймали?

– Да нет, не обязательно. Совершенно не обязательно.

На вечерней пресс-конференции Бернард Янг придерживался одних голых фактов. Да, мы полагаем, что указанное строение и есть место, где держали Эмму Харрисон. Нет, у нас нет прямых указаний на то, где она может находиться в настоящее время, но мы продолжаем разработку нескольких версий.

– Какие конкретные заключения мы должны сделать, – задал вопрос корреспондент одной из крупных газет, – из того факта, что к расследованию привлечен бывший инспектор уголовного отдела Элдер?

– Никаких, – ответил суперинтендант. – Кроме того, что это опытный профессионал, имеющий значительный опыт в расследовании аналогичных дел. И как вам хорошо известно, в делах, подобных этому, мы довольно часто привлекаем к сотрудничеству общественные организации.

– Но Фрэнк Элдер, – вклинился местный репортер криминального отдела, – руководил охотой за Маккернаном и Доналдом, не так ли?

– Да, он входил в состав той оперативной группы. – Не слишком радуясь такому направлению расспросов, суперинтендант встал из-за стола.

– А Шейн Доналд, насколько мне известно, был досрочно выпущен из тюрьмы и теперь незаконно находится на свободе и в бегах, это так?

– Больше никаких вопросов, – сказал суперинтендант, выходя из-за стола.

– Мы собираем следующую пресс-конференцию, – объявил в микрофон офицер по связям с общественностью, – завтра, в одиннадцать утра. В случае если появится важная информация, вас, безусловно, поставят в известность.

– Как вы считаете, – спросил Роналд Харрисон, – есть надежда, что наша дочь еще жива?

Женщина-полицейский, приставленная к ним для связи, медленно покачала головой:

– Я не знаю, мистер Харрисон. Боюсь, этого никто не знает. Но надо надеяться на лучшее.

Надежда умирает последней, но иногда это происходит очень быстро. Сгоревшие остатки разбитой четырехлетней «хонды-цивик», угнанной с привокзальной стоянки в Ретфорде за день до исчезновения Эммы Харрисон, были обнаружены в старом кемпинге для автопутешественников между Трентом и шоссе А1, к северу от Ньюарка. В ее багажнике была найдена обгоревшая сандалия, похожая на ту, что принадлежала Эмме. Вторая сандалия.

После тщательного осмотра дороги, ведущей к сараю, где держали Эмму, криминалисты пришли к выводу, что следы шин принадлежат среднего размера мини-вэну, который приехал туда, а потом уехал; следы соответствовали, насколько это можно было определить, следам шин белого микроавтобуса, угнанного от одного дома в Ньюарке. Автомобиль был похищен, когда его хозяин находился в доме, демонтируя устройство для раскладывания огромного дивана-кровати, и до сих пор не был найден.

Около десяти утра в субботу двое мальчишек, двенадцати и четырнадцати лет, остановившиеся вместе с родителями в кемпинге возле Мейблторпа на побережье Линкольншира, поехали кататься на велосипедах по окрестным песчаным пляжам. Возвращаясь через дюны назад в кемпинг, старший из мальчиков, желая продемонстрировать свою ловкость, заложил крутой поворот с заносом, и заднее колесо его велосипеда, глубоко завязнув в песке, провалилось в неглубокую могилу, в которой была закопана Эмма Харрисон.

– Мейблторп, – сказала Морин Прайор, услышав это сообщение. – Это же там…

– …где нашли тело Люси Пэдмор, – закончил за нее Элдер. – Четырнадцать лет назад.

– Закопанное в дюнах.

– В дюнах, – эхом откликнулся Элдер с закаменевшим лицом.

Для воскресных выпусков газет это стало настоящим праздником: все они, начиная от общенациональных крупнотиражных и кончая последними таблоидами, заполнили свои полосы фактами и предположениями; репортеры состязались в своих статьях, щедро выдавая чересчур богатые подробности и похотливые предположения. Публиковались интервью с мальчишками, которые нашли могилу, карты с указанием места, где было обнаружено тело, и нанесенными на них предполагаемыми передвижениями Эммы в последние шесть дней. Фото Эммы, собранные из самых разных источников, фото ее родителей, закрывающих лица от фотоаппаратов на пути в больницу, куда они приехали на опознание тела дочери. Бесконечные газетные колонки, посвященные воспоминаниям об Эмме, собранным среди ее друзей. Она всегда была такая энергичная, полная жизни; все ее любили, все-все. «Мы будем поминать ее в своих молитвах», – уверял местный викарий любого, кого это интересовало.

«Следует задуматься, – заявил архиепископ, – а не собираем ли мы теперь урожай с поля, засеянного нашим обществом, в котором секс и коммерция ныне связаны столь тесно, в котором сексуализация наших детей и молодых людей все в большей мере воспринимается как нечто само собой разумеющееся, без каких-либо сомнений или замечаний».

В полной мере разгорелись спекуляции и споры о том, кто же ее убил. Обычная тактика выявления и шельмования педофилов триумфально торжествовала во всей своей кричащей убогости. Наличие Элдера в оперативной группе дополняло интерес, возникший в результате совпадения места захоронения двух юных девушек на одном и том же участке побережья. Самые ужасающие подробности похищения и убийства Люси Пэдмор вновь появились в газетах, освежая эту историю в памяти. Те газеты, что начали складывать из разрозненных частей историю Шейна Доналда, когда он бежал из-под надзора полиции, ушли теперь в хороший отрыв от конкурентов. «НЕ ЭТО ЛИ ЛИЦО УБИЙЦЫ ЭММЫ?» – вопила одна из них огромным заголовком, набранным трехсантиметровым шрифтом. Отец Люси Пэдмор предложил награду тому, кто поможет поймать убийцу, причем одна из национальных ежедневных газет тут же последовала его примеру, еще более увеличив сумму.

Элдер стоял у края дюн, уставившись в серое и холодное пространство моря.

– Ты думаешь, это он? – спросила Морин.

– Не знаю. – Голос его звучал резко, резче, чем ему хотелось. – Извини…

– Ладно, ничего.

Некоторое время ни один из них не произносил ни слова. Оба знали, что действуют сейчас на основании одних догадок и предположений, не более: заключение патологоанатома еще не было готово, точная причина смерти не установлена. Кропотливое исследование судмедэкспертами тела и места его захоронения, сарая и сожженной машины могло принести данные о ДНК преступника, неопровержимо связывая Доналда с этим убийством. Были и другие версии, другие улики. Точно так же полиция могла обнаружить схожие моменты в почерке других известных ей преступников, которых все еще методически проверяли – это оставалось частью продолжающегося расследования. Компьютеры будут проверять и сравнивать поступающую информацию с помощью системы КЭТЧИМ, [33] КЭТЧИМ (от англ. catch him – поймай его) – компьютерная система, помогающая вычислить преступника на основании анализа имеющейся информации о прежних преступлениях аналогичного характера. в которой собраны данные обо всех преступлениях против детей за последние сорок лет. Но все это требовало времени, и ожидание создавало некий вакуум, в который все время просачивались всякие мысли.