Аллан Фолсом - Изгнанник

— Значит, ты твердо решил покончить жизнь самоубийством?

— Дэн, Джимми Хэллидей был моим другом и коллегой. А если я сумею заметить, найти что-нибудь особенное? Может, у меня это получится лучше, чем у французской полиции? По крайней мере попробую. — Мартен помолчал и добавил: — Джимми сделал бы для меня то же самое.

Войдя в номер, они застали там Ленара с еще одним инспектором. Криминалисты уже обследовали ванную комнату и спальню и ушли. Полицейский фотограф продолжал снимать. На кровати лежал Хэллидей в белой футболке и трусах. Верхняя часть футболки пропиталась кровью, голова была вывернута под неестественным углом. Горло несчастного было перерезано почти до позвоночника.

— Qui est-ce? [18] Кто это? (фр.) — озадаченно уставился Ленар на Мартена.

— Николас Мартен, un ami américain, [19] Американский друг (фр.). — пояснил Дэн. — D'accord? [20] Не возражаете? (фр.)

Ленар внимательно посмотрел на Мартена и сказал по-английски:

— Если только он не будет крутиться под ногами и ничего не станет трогать.

Форд поблагодарил инспектора и тут же спросил:

— Есть какие-нибудь соображения относительно того, кто мог это сделать и как это произошло?

— На ковре возле двери мы обнаружили кровь. Возможно, он отдыхал или находился в туалете, когда в номер кто-то постучал. Он подошел к двери, открыл ее, и в тот же миг ему перерезали горло, а затем оттащили на кровать. Все это произошло в считанные секунды. Оружие было очень острым — возможно, бритва или какой-нибудь нож.

— Ограбление?

— На первый взгляд — нет. Бумажник убитого остался нетронутым, его багаж даже еще не распакован.

Мартен осторожно шагнул к кровати, чтобы лучше рассмотреть Хэллидея, в это мгновение из ванной комнаты вышел грузный бородатый мужчина. Ему было около сорока лет, а большие карие собачьи глаза придавали ему сонный вид.

— Это инспектор Коваленко из российского министерства внутренних дел, — представил вошедшего Ленар. — Он помогает нам расследовать убийство Альфреда Нойса. Ведь Нойс был выходцем из России.

— Я знаю, что вскоре после инцидента с Реймондом Торном в Лос-Анджелес приезжали российские следователи. — Дэн бросил быстрый взгляд на Мартена. Вот и ответ на вопрос о том, сотрудничает ли местная полиция с русскими. — Я не знал, что Нойс был вашим соотечественником, — добавил он, посмотрев на Коваленко. — Я Дэн Форд, корреспондент «Лос-Анджелес таймс».

— Мне известно, кто вы, мистер Форд, — с сильным акцентом произнес Коваленко. — Я также знаю, что детектив Хэллидей был вашим другом. Примите мои искренние соболезнования.

— Спасибо.

Взгляд русского переместился на Мартена.

— Значит, вы — друг мистера Форда?

— Да, Николас Мартен.

— Рад с вами познакомиться, мистер Мартен, — кивнул Коваленко, а про себя отметил: — «Это тот самый мужчина из парка, который поспешно ретировался, увидев полицейских. А здесь он ведет себя достаточно уверенно».

— Кто его обнаружил? — спросил Форд у Ленара.

— Горничная. Она пришла, чтобы поменять постельное белье, и открыла дверь универсальным ключом. Увидела труп и немедленно позвонила менеджеру. Это случилось примерно в половине восьмого.

Полицейский фотограф переместился, чтобы сфотографировать кровать под другим углом, и Мартену пришлось отступить назад. Это позволило ему рассмотреть Хэллидея более тщательно. Он был чрезвычайно худ и выглядел старше своих тридцати с небольшим.

Сердце разрывалось от боли. Перед ним, полуголый, в крови, с перерезанным от уха до уха горлом, лежал человек, который привел его в бригаду и был рядом с ним во время погони за Донланом, а также в течение тех дней, когда продолжался кровавый ужас, посеянный Реймондом. И наконец, в решающий момент, перешедший на его сторону.

Старясь не выдать овладевших им чувств — горечи утраты и ненависти к убийце, — он взглянул на Ленара и спросил:

— Горничная позвонила менеджеру или пошла за ним?

Дэн Форд осуждающе покачал головой, но было поздно — инспектор уже отреагировал на вопрос.

— Вы имеете в виду, позвонила ли она отсюда или откуда-то еще?

— Да.

— Как вы можете догадаться, женщина была до смерти напугана. Она выскочила из номера и позвонила из коридора — телефон находится у лифтов. — Ленар перевел взгляд на Форда. — Судя по всему, ваш друг предполагает, что убийца, возможно, еще находился в номере, спрятавшись в ванной или в стенном шкафу, и ушел, когда горничная побежала за помощью. — Он посмотрел на Мартена. — Я прав?

— Я просто спросил, как было дело.

Форд яростно выругался про себя. Зачем Мартен привлекает к себе внимание! Он счел, что обязан вмешаться.

— Я знаю жену Хэллидея, — сообщил он и, сделав шаг вперед, оказался между Мартеном и Ленаром. — Если хотите, я могу позвонить ей и известить о случившемся.

— Делайте, как считаете нужным.

Николас украдкой осматривал комнату. Чемодан Хэллидея лежал на подставке для багажа, был открыт и доверху наполнен одеждой. Все выглядело так, будто он только начал распаковывать чемодан, как в дверь постучал убийца.

— Ник, пошли, не будем мешать работать, — позвал его Форд.

Что ж, приятель хочет как можно скорее увести его отсюда.

— Не знаете ли вы причины, по которой кто-нибудь мог желать его смерти? — спросил инспектор Ленар у Форда.

Репортер пожал плечами.

— Не сможете ли вы заглянуть ко мне утром?

— Обязательно, — пообещал Форд, и они с Мартеном направились к двери. Однако путь им преградила массивная фигура Коваленко.

— Мистер Форд, вы ведь были знакомы с детективом Хэллидеем, когда работали в Лос-Анджелесе, верно?

— Да.

— Насколько мне известно, он входил в легендарную бригаду пять-два, я не ошибаюсь?

— Да, так и есть. — Дэн отвечал спокойным и деловым тоном.

— Репутация этой бригады хорошо известна полицейским всего мира, и Россия не исключение. В моем рабочем кабинете даже висит фотография ее последнего начальника, Арнольда Макклэтчи. Он был настоящим героем, не правда ли? Прямо как шериф Уилл Кейн из фильма «Ровно в полдень», его еще играл Гари Купер.

— Вы много знаете об Америке, — заметил Форд.

— Нет, совсем чуть-чуть, — улыбнулся Коваленко, а затем перевел взгляд на Николаса. — А вы тоже были знакомы с детективом Хэллидеем, мистер Мартен?

Мартен колебался. Он понимал, что, оказавшись вовлеченным в расследование убийства Альфреда Нойса, которое вела французская полиция, решив встретиться с Хэллидеем и в итоге оказавшись на месте преступления, он, как и предсказывал его друг, подвергает себя все большему риску. Столь безрассудное поведение привело к тому, что ему начали задавать вопросы — сначала Ленар, а теперь еще и русский детектив. Бородач казался сонно-благодушным, но это явно была маска. На самом деле он обладал острым и цепким умом, наблюдательностью и, кроме того, судя по его вопросам, отлично подготовился. Он знал про бригаду 5–2, хотя вряд ли фотография Макклэтчи висела у него в кабинете. Впрочем, какая разница! Сейчас бородач прощупывал его и Форда, подозревая, что они знают больше, чем говорят. В любом случае необходимо проявлять крайнюю осторожность. Если он хотя бы одним взглядом даст понять, что ему что-то известно, русский начнет давить на него еще сильнее, а этого ему меньше всего хотелось.