Кэтрин Джинкс - Дорога

Но он читал очень быстро и уже приближался к концу. Ещё тридцать шесть страниц, и он останется без всякого занятия. Пожалуйста, подумал он, пожалуйста, господи, не оставляй меня здесь на всю ночь без книг.

— Мне нужно поговорить с папой, — объявила Линда и вышла из машины. Дети остались на своих местах, потому что они уже успели осмотреть окружающую их местность. Они видели проволочное заграждение, канаву в красной земле, пучки травы и изорванный кусок резины. Рядом росло несколько низких кустарников и лежали разные цветные камешки. Какое-то время Роуз играла с камешками, но Питер и Луиз не нашли за пределами машины ничего, что могло бы их занять.

— Это так ужасно, — с раздражением заметила Луиз. — Я умираю от голода.

— Нет, не умираешь, — ответил Питер, не отрывая взгляда от книги. — Если бы ты действительно умирала от голода, то не смогла бы сидеть и жаловаться.

— Ха-ха.

— Мне жарко, — сказала Роузи.

— Скоро похолодает, — постарался успокоить её Питер. — Когда станет темно, будет не так жарко.

— Прекрасно, — сказала Луиз. — Значит, мы всё-таки будем спать в машине.

— Сомневаюсь. Мы кого-нибудь встретим.

— А что случилось с теми пожилыми людьми, мужчиной и женщиной? Почему они не прислали нам помощь?

— Возможно, помощь уже в пути.

Питер пытался убедить в этом не только Луиз, но и самого себя. Он не понимал, почему до сих пор никто не появился, чтобы спасти их. Чем больше он размышлял об этом, тем больше он сердился; вся семья запросто поместилась бы в тот фургон. Кто бы узнал об этом? На этом шоссе не было ни одной полицейской машины.

Если бы они здесь были, то семья давно бы уже вернулась в Брокен-Хилл, потому что патрульные машины, как он хорошо знал, были оборудованы рацией.

— Смотри! — воскликнула Луиз. — Что делает папа? — Она показала на Ноэла, который махал руками чему-то, находившемуся на дороге за их спиной. Они все повернулись и внимательно посмотрели назад. С юга приближалась машина.

— Ура! — закричала Роуз.

— Надеюсь, она остановится, — сказала Луиз.

Питер хранил молчание. Он наблюдал, как автомобиль постепенно подъезжал ближе, стараясь определить его модель. Это был не четырёхколёсный привод — слишком низкая посадка. Его отец размахивал обеими руками, мать тоже. Они загораживали ему обзор. Потом он увидел, что машина едет всё медленнее… медленнее… сворачивает на обочину. Она выглядела старомодной и очень помятой. Одна фара была разбита и замотана липкой лентой серебристого цвета. На крышке капота и бампере были вмятины. Автомобиль покрывал толстый слой пыли и высохшей грязи, но, несмотря на это, Питеру удалось определить, что он был выкрашен в разные цвета. Крыша была белой, нижняя часть — чёрной, а всё остальное — розового цвета.

Странная машина подумал он, прежде чем неожиданно понял, что перед ним стоял многоместный легковой автомобиль. Многоместный! С одним-единственным человеком внутри!

Прямо над передней решёткой автомобиля серебристыми буквами было написано слово «FORD» и изображена четырёхконечная звезда.

— Смотрите, — сказала Роуз. — Собака. Можно её погладить?

— Подожди, — предупредил её Питер. Собака сидела на переднем пассажирском сиденье. Ноэл приблизился к машине с другой стороны и наклонился, чтобы обратиться к водителю, который мог быть и мужчиной, и женщиной — сказать было трудно. Линда держалась в нескольких шагах от Ноэла.

Последовал приглушённый разговор, потом несколько широких движений рукой. Собака залаяла, и хозяин наградил её неслабым пинком. Затем Ноэл повернулся к Линде и сказал ей несколько слов. Она тоже подошла к окну водителя и присоединилась к разговору. Она закивала и улыбнулась.

— Мама кажется довольной, — сказала Луиз.

— Думаю, нас берут, — сказал Питер.

Когда Линда, наконец, отошла от машины и зашагала в их сторону, выражение её лица было достаточно ободряющим.

— Дети! — воскликнула она. — Дети, мы едем дальше. Леди согласилась подвезти нас, разве это не мило?

— Куда? — спросил Питер, освобождая переднее сиденье.

— В Брокен-Хилл. — Линда открыла дверь со стороны водителя и нажала на рычаг. Крышка багажника поднялась вверх. — Берите с собой всё, что вам нужно — мы можем взять один чемодан.

— Все мы и один чемодан? — Питер был удивлён. — Там так много места?

— Это многоместный автомобиль, — ответила Линда. Затем она добавила: — Роуз придётся сидеть у меня на коленях. Поторопитесь. Нехорошо заставлять леди ждать.

Питер осторожно приблизился к «форду». Ноэл улыбнулся и сделал знак рукой. Когда Питер поравнялся с отцом, Ноэл обнял его за плечи.

— Это мой сын Питер, — сказал он. — Пит, это Дел.

— Дел Диган. Как поживаешь?

Она довольно старая, подумал Питер, и она немного похожа на мужчину. Жёсткие седые волосы были коротко острижены и торчали из-под ковбойской шляпы «акубра», покрытой пятнами от пота. Она высунула в окно локоть — полный, покрытый веснушками, загорелый локоть, который виднелся из-под закатанного рукава рубашки. Поверх рубашки на ней была чёрная футболка, а поверх футболки — вязаная жилетка, которая распускалась по швам. У неё отсутствовал один передний зуб.

Её голос напоминал крик какаду.

— Залезай на заднее сиденье, милый. Не обращай внимания на Монгрела, он тебя не укусит. Привет, как тебя зовут?

— Роуз.

— Роуз. Красивое имя. Красивое имя для красивой девочки. Отодвинь в сторону весь этот старый хлам, милая… Монгрел! Убирайся отсюда!

Сиденья «форда» были обтянуты чёрной кожей, которая уже начала рваться. Из распустившихся швов вылезала набивка. Кнопки для закрытия дверей были маленькими и высоко посаженными. Питер сказал:

— Это и, правда, очень старая машина.

— Конечно, — подтвердила Дел. — Ей больше сорока лет.

Луиз, проскользнувшая в машину вслед за Питером, очень широко открыла глаза.

— Ничего себе, — пробормотала она — Такая старая .

— Не такая старая, как я! — пронзительно каркнула Дел и рассмеялась. Питер, который бросал газеты, консервные банки с едой для собаки и банки с арахисовым маслом, гайки и пучки проводов в пространство за спинками сидений, увидел, что там уже всё было завалено одеялами, коробками, пластиковыми пакетами, другими газетами и потрёпанной корзиной для собаки. Он спросил о том, спит ли Монгрел в машине.

— Да, — ответила Дел. — Это мой сторожевой пёс.

— Но собак нельзя запирать в машине на ночь, — возразила Луиз.

— Я и не запираю. Окно остаётся открытым.

— А вдруг кто-нибудь захочет проникнуть внутрь?

Дел громко фыркнула. Монгрел, который оказался большой коричневой собакой с шелковистыми ушами, шумно дышал на детей из-за спинки переднего сиденья. Питер ещё никогда не видел переднего сиденья, которое распространялось на всю ширину машины. Это означало — как вскоре ему удалось выяснить, — что спереди могло поместиться больше двух человек.