Теренс Стронг - Смерч над Багдадом

Они принялись допрашивать Эвери обо всем, что он успел поведать о себе Маргарет О’Мелли. Эта информация должна была лечь в основу его новой легенды.

Поинтересовались зарождающимся бизнесом с экспортом-импортом машин и планами по его расширению.

— Это может стать идеальным прикрытием, — говорила женщина, о которой ему было известно только то, что ее зовут Клэрри. — Транспортировка автомобилей из Европы в Ирландию и обратно. Знакомство с кучей людей. Найдем какой-нибудь старенький особнячок в Южном Лондоне среди представителей среднего класса.

— Бросьте, — сказал Эвери. — На это у меня денег не хватит. И вряд ли мой банковский менеджер захочет помочь.

Клэрри мягко улыбнулась, ее строгое Лицо стало почти привлекательным.

— Захочет, когда мы с ним потолкуем. Кредиты переоформим, чтобы у вас не возникало проблем с наличными. Как вам известно, именно это чаще всего приводит компании к краху. Наши эксперты по маркетингу разработают бизнес-план, вам останется только ему следовать. — Она запалила очередную сигарету. — Знаете, Макс, вы по праву станете весьма состоятельным человеком.

Эвери не переставал удивляться.

— Легенда, расходы, прикрытие… Не слишком ли для простого осведомителя?

Женщина выпустила великолепное кольцо дыма.

— Мне не нужен простой осведомитель, Макс. Да и что вы, англичанин, узнаете от наших ирландских дружков? Нет-нет, мне нужно, чтобы вы работали на ИРА.

Он уставился на нее.

— Вы с ума сошли?

— Возможно, — поджала она губы в очаровательной гримаске, совершенно неуместной на этом лице, обрамленном, как того требовало ее служебное положение, прямыми, коротко стриженными под пажа волосами. — Но у нас уже есть такой опыт. Смотрите — вы из Ливерпуля, мы снабдим вас фиктивной семьей с крепкими связями среди ирландских республиканцев. Это оправдает ваше сближение с ИРА, внушит доверие. По политическим убеждениям вы, скажем, левый социалист, большую часть своей жизни жили на пособие по безработице. Не надо сведений о работе, которые можно проверить. Часто разъезжали, в том числе по стране. Возможно, сидели в тюрьме. Это оправдает вашу жесткость и даже некоторую жестокость. — Она изящно взмахнула сигаретой, и он отметил, как не вяжется розовый маникюр с желтыми от никотина пальцами. — Вы скоро войдете в круг знакомых Мегги. Ирландские госпитали, клубы, погребки. Ходите туда, разговаривайте с людьми. Налаживайте контакты. Оказывайте любезность. Любые услуги. Машины — это хорошо. Каждый хочет что-нибудь выторговать, дайте им такую возможность. И ремонт… — Похоже, она размышляла вслух, слова лились плавным потоком. — Неплохие побочные доходы. Это я уже заметила. Знаете, меня на прошлой неделе чуть не ободрали в гараже как липку. Заявили, что мне нужны новые сальники — какой вздор!

«Должно быть, какой-то бравый механик решил поживиться за счет Клэрри», — сообразил он.

— Завоевывайте доверие. Всучите им что-нибудь горяченькое. Пиратское видео. Дайте понять, что вместе с машинами провозите еще кое-что. Если столкнетесь с нужными нам людьми, они вас быстро приметят. Что скажете, Макс?

Что сказать? Он подумал, что Клэрри — одна из самых замечательных и интересных женщин, которых он когда-либо встречал. Ум у нее гениальный, необычное сочетание чисто творческой фантазии с абсолютно точным представлением о мельчайших деталях. Эвери еще раз убедился в этом на следующей неделе, когда они на четыре дня засели за разработку его личной достоверной легенды.

— Создать вам легенду чрезвычайно сложно, — говорила Клэрри, — поскольку Мегги уже знает, как вас зовут. Это главная трудность, ибо надо поместить вас в реальную семью, историю которой можно проверить. За много лет мы накопили кучу досье, связанных, главным образом, с умершими детьми. Выбрали вам большое семейство. О’Рейли из Ливерпуля.

— А как же фамилия? — спросил он.

— Вы будете сыном, который на самом деле умер. У нас же, наоборот, он, вернее вы, станете сиротой. Вот и причина для перемены фамилии — вас в приюте дразнили другие дети. «Бедной старушкой» [20] «Бедная старушка» — иносказательное название Ирландии, родившееся в XVIII в., в пору национального угнетения. Рейли или что-нибудь в этом роде. Достигнув совершеннолетия, вы взяли новое имя и перерегистрировались в списках избирателей. Подростки часто так делают. Нэш вернется в Англию и переберет официальные списки, внесет поправки в документы.

И еще. Я хочу, чтобы вы честно признались Мегги, что служили в армии. Вы не знакомы с другим образом жизни и можете допустить промах. Опыт показывает, что лучшая ложь та, что больше похожа на правду. В сущности, вам даже будут больше доверять, узнав, что вы были парашютистом. Я потом объясню. — Тень улыбки мелькнула на ее губах. — Но об элитном полке, пожалуй, разумней помалкивать.

Когда череда бесед подошла к концу, он получил все необходимые документы, составленные с изощренным искусством. Никаких подделок, только подлинные государственные бумаги.

За время пребывания в специальном полку он сталкивался со многими работниками Интеллидженс сервис и несколькими сотрудниками МИ-5. Но никто из них не обладал таким магическим обаянием, как Клэрри.

Несмотря на внушительное прикрытие, Нэш предостерег:

— Помните, Макс, мы не можем гарантировать полной надежности легенды. Никогда нельзя утверждать, что предусмотрено абсолютно все.

Если у Эвери и оставались какие-то запоздалые оговорки по поводу опасного погружения в тайную и тревожную жизнь двойного агента, Клэрри развеяла их в последний вечер перед его возвращением в Англию.

— Как вы теперь относитесь к Мегги? — спросила она, когда они выпивали после обеда у камина.

— Не знаю, — честно признался он.

— Раньше вы думали, что это любовь на всю жизнь, что-то особенное… Возможно, впервые? — Она горько рассмеялась. — Может быть, я ошибаюсь. Конечно, я ее совсем не знаю.

Клэрри помолчала, глядя в свой стакан с разбавленным содовой шотландским виски.

— Не будьте жестоки к ней, Макс. Она молода и впечатлительна. Я видела многих девушек, которые вляпывались то в одно, то в другое, начиная с ИРА и защиты животных и кончая национальной безопасностью… Как бы общество ни относилось к экстремистам, люди часто становятся ими из лучших побуждений.

— Как убийца Скряги Мастона?

— Мегги не имеет к этому ни малейшего отношения.

— Какая разница? Скряга или другой несчастный…

Клэрри подняла бровь.

— Она стала медсестрой, Макс, это кое-что значит. — На мгновение глаза ее затуманились. — Я одобряю ваше решение и понимаю, как вам нелегко. Не думайте, что вы ее предали. Считайте, что вы ее защищаете, заботитесь, чтобы она никогда больше не впуталась в грязное дело. Постарайтесь, чтобы это не отразилось на ваших чувствах, если вы ее действительно любите. Любовь — самая хрупкая в мире вещь, которую легче всего потерять. Я знаю… — Лицо ее чуть опечалилось, потом она попыталась улыбнуться. — Помните об этом. Я присмотрю за вами. За вами обоими. Когда захотите уйти, почувствуете, что с вас довольно, дайте мне знать. Перед вами… перед вами обоими откроется новая жизнь.