Теренс Стронг - Смерч над Багдадом

Вергеер оставил Эвери наедине лицом к лицу с тремя людьми — двумя мужчинами и женщиной, сидевшими, греясь, у мраморного камина.

Первым поднялся, протягивая руку, Джон Нэш. Одетый в черный костюм, он был совсем не похож на вербовавшего Эвери шесть лет назад парня в джинсах и кожаной куртке.

— Рад видеть вас, Макс. Я вел вас последние четыре года. — Он повернулся, чтобы представить женщину. — Вы помните Клэрри? За ней никому не угнаться. Теперь она возглавляет отдел по борьбе с терроризмом.

— Макс, — просто сказала она, взяв его за руки и внимательно оглядывая, словно тетушка, удивленная выросшим за время ее отсутствия племянником.

Ей совсем не понравилось то, что она увидела. Хорошо помнившееся милое лицо выглядело изможденным, черты заострились, в глазах появилось затравленное выражение, некогда пленившие ее в Арденнах озорные искорки угасли. Неужто это ее рук дело? Неизбежная цена за проделанную работу?

Нэш с изумлением смотрел, как она шагнула вперед и поцеловала Эвери в щеку.

— Спасибо за все, что вы сделали, Макс. У меня даже слов нет сказать, сколько вы для нас сделали.

Из-за ее спины послышался легкий, но красноречивый кашель. Губы Клариссы решительно и сердито сжались.

— Вы не знакомы с Ральфом Лавендером из Интеллидженс сервис.

Последовало холодное равнодушное рукопожатие.

— Я много слышал о вас, Эвери. Хорошо работаете.

Эвери вытаращил глаза.

— А при чем тут Интеллидженс сервис? Я думал, что работаю только на службу безопасности.

— Это связано с деятельностью ИРА в Европе, — сухо пояснил Лавендер. — Наши люди с Воксхолл-Бридж-роуд кое-что знают о вас.

Но удивление не рассеялось. «Кое-что знают» вовсе не объясняет личное присутствие представителя Интеллидженс сервис на встрече, где будет решаться вопрос о его отставке.

— Прошу прощения за инцидент с машиной по дороге сюда, — сказал Нэш. — Поскольку есть вероятность, что Временный совет все еще беспокоится на ваш счет, я принял меры. Человек в «фиате» ждал вас в аэропорту Скипхол. Голландские спецслужбы узнали от полиции, расследовавшей дорожное происшествие, что машину вел ирландский студент сельскохозяйственного колледжа в Гааге. Должно быть, один из сочувствующих ИРА. Так что теперь мы сможем держать его под присмотром.

— Еще один плюс, Макс, — сказала Кларисса.

— Я думал, что убедил Мойлана в своей благонадежности, — заметил Эвери. — Лишнее подтверждение, что пора уходить. Должен заметить, арест О’Флаэрти сильно подпортил дело.

Нэш выглядел виноватым.

— Я вынужден просить прощения, Макс. Это полное недоразумение. Всё совершенно запуталось между нами, отделом по борьбе с терроризмом, спецотделом Скотленд-Ярда… Я сам только позавчера узнал, что они задержали его в Пэддингтон-Грин. — Он нервно улыбнулся. — Как вы вышли на Кона Мойлана? Это удача. Вы знаете, он не зарегистрирован в наших компьютерах. Если бы он не нарушил все правила и не пошел на личный контакт с вами, нам бы еще долго пришлось искать преемника О’Флаэрти.

Эвери пожал плечами.

— Теперь это не имеет значения, но даже если бы Мойлан решил доверять мне, мы вряд ли когда-нибудь установили бы такие отношения, как с О’Флаэрти. У нас с ним взаимная неприязнь. Я не уверен, что мы бы поладили.

— Поладите еще несколько месяцев, — сказал Лавендер, и в его словах звучал не вопрос, а приказ.

— Несколько месяцев? Да вы смеетесь! Две недели назад в Ирландии я чуть не получил пулю в лоб. В любой момент все может раскрыться и рухнуть. А мне надо думать о Мегги и ребенке. — Эвери повернулся к Нэшу. — Я вообще думал привезти их с собой сюда. Обычно так делается.

Нэш переминался с ноги на ногу, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Обстоятельства изменились, Макс. Нужно время.

Возникшие у Эвери подозрения начали крепнуть.

— Несколько дней, пусть недель, куда ни шло, — Макс повернулся и ткнул пальцем в Лавендера, — но он говорит о нескольких месяцах!

Неслышно возник Хенк Вергеер, поставил поднос с кофе и сандвичами и тут же исчез.

Кларисса воспользовалась минутной паузой, чтобы решительно склонить Эвери на свою сторону.

— Макс, мы все тут валяем дурака. Никто не хочет взять на себя смелость сказать, но дело в том, что мы надеемся на продолжение вашей миссии. Вы должны понимать, что в Персидском заливе начинается война и у вас есть уникальная возможность помочь…

Он уставился на нее.

— Какое, черт возьми, это имеет ко мне отношение?

— Давайте перекусим, и я все объясню.

— Меня не интересуют никакие объяснения, — стараясь сдержать пульсирующую в висках злую боль, отрезал Эвери.

Кларисса коснулась его руки.

— Макс, пожалуйста, просто послушайте. От вас зависит жизнь многих людей. Вы выслушаете меня? Вы должны меня выслушать.

Нехотя он согласился и замолчал, пока все четверо ели и пили кофе. Но аппетит у него пропал напрочь, когда Лавендер с энтузиазмом, которого Эвери ни в коей мере не разделял, принялся излагать план новой операции.

Наконец он сказал:

— Вы что, серьезно просите меня пойти к Кону Мойлану и предложить ему провести для Саддама Хусейна террористическую акцию?

— За деньги, — добавил Лавендер. — И не просто акцию. Насколько я понимаю, намечается заговор с целью убийства премьер-министра и членов правительственного кабинета?

Эвери неопределенно помотал головой.

— Возможно, но детали мне не известны.

— У нас есть контакт с ливийцами, — напомнила Кларисса. — С их помощью можно выйти на Саддама. Устроить встречу с иракцами в Афинах. — Она колебалась, пытаясь преодолеть интуитивное недоверие ко всей этой затее. — Можете продать это Мойлану?

— Не знаю, — угрюмо ответил Эвери, принимая предложенную ею сигарету. — Конечно, план смелый, и теоретически я понимаю, как его осуществить, если допустить, что Мойлан купится и поверит мне настолько, что разрешит самому участвовать в операции. Но я ведь совсем один и все держать в руках никак не смогу.

— А если у вас будет помощник? — настаивал Лавендер. — Если с вами будет работать еще кто-то?

— Что вы хотите сказать?

— Я случайно обнаружила такую возможность, — вставила Кларисса. — У американцев и нашей разведки есть один человек с надежной легендой, который работает на ИРА в Эйре. Его задача — выявлять связи террористов с членами поддерживающих ИРА общественных организаций в Соединенных Штатах и другими американскими гражданами. Финансирование, отмывка денег, переправка через Дублин героина и кокаина и все такое. Для американцев это вопрос весьма щекотливый, но мне кажется, их сотрудник успешно справляется. Его внедряли с нашего ведома, только я никогда не знала, кто он. Видите ли, он тот, кого ЦРУ называет неофициальным агентом. «Голый» на нашем жаргоне. Уверяю вас, Макс, его положение гораздо опаснее вашего. Он работает почти без связи и без охраны. Наша разведка пытается его прикрывать и помогать по возможности. Предполагаемая операция будет совместной с американцами в рамках наших «особых отношений», так что самое время свести вас вместе к взаимной выгоде. Его псевдоним фигурировал в ваших последних отчетах — Лу Корриган.