Марк Олден - Демон

— Вы нас отпускаете?

Пенни мягко забрал у него чемодан и атташе-кейс и сказал: не совсем. Грек может идти. А Софи и чемоданы останутся. Пенни предлагает обмен: копии записей по Фрэн Маклис за Софи и собственность Грека — и не надо отрицать, что копии существуют. Это к тому, что глупости лучше вообще не говорить никогда. Грек возьмет ленты и привезет сюда. Чем скорее он уедет, тем скорее сможет вернуться. Ну а если не хочет — как хочет.

Грек протянул руку.

— Мой кейс.

Пенни помотал головой.

Грек пожевал у себя рот изнутри и долго смотрел на кейс. Потом заговорил с дочерью на греческом. В одном месте схватил ее за плечи, встряхнул и закричал, чтобы лучше поняла — она чуть не расплакалась. Софи согласно кивнула.

Аристотель Беллас посмотрел на Пенни.

— Я должен съездить в «Асторию». Потребуется не меньше трех часов.

— Пока, Грек.

Атташе-кейс.

Эдвард Пенни дождался, когда останется один, прежде чем открыть его. Избавиться от Софи было нетрудно. Нервная и взволнованная, она попросилась в туалет, он отвел ее в тот, что рядом с кухней, потом бегом вернулся в вестибюль и открыл атташе-кейс.

Содержимое.

«Сникерсы», пачка салфеток, две пачки турецких сигарет, крошечная отверточка, кусачки для проволоки, клочки бумаги, покрытые закорючками — схемы электронных изобретений Грека и Софи. Сегодняшний номер «Уолл Стрит Джорнэл». Сегодняшний курс акций на странице из «Нью-Йорк Таймс». Журнал «Форбс» за прошлый месяц. Слухач в роли капитана индустрии.

Игнорируя эти предметы, Пенни вытащил все остальное и спрятал в стенном шкафу.

Он видел это, когда Грек посмотрел на атташе-кейс, потом разозлился на свою дочь и вел себя грубо и несдержанно. А видел Пенни испуганного человека, готового его обмануть. И все это из-за атташе-кейса. Так говорил инстинкт Пенни. Инстинкт с самых древних времен уберегает воина от предательского убийства.

Пенни до сих пор оставался по эту сторону могилы благодаря тому, что умел читать людей. Читать их до, а не после действия. В Бейруте его не обманули прекрасные глаза француженки двойной агентессы, он увидел в них предательство и оказался прав. В Анголе правильно рассмотрел африканского боевика, который заявлял о своей дружбе, когда сам уже приказал убить Пенни и скормить крокодилам. В Макао не поверил старомодному шарму португальца, владельца казино, тот собирался пристрелить его и богатого китайца, которого Пенни охранял. Белласы на убийство не пойдут, но перехитрить постараются.

Эдварду Пенни четырнадцать лет.

Он начал изучать таэквондо, корейское каратэ, на армейской базе в Аризоне, где его отец служил мастер-сержантом в квартирмейстерах. Инструктором Пенни был Сун Пайк, бывший телохранитель д-ра Сингмана Ри, первого президента Республики Корея. Однажды во время занятий Пайк увидел, что Пенни вытирает пот со лба — было зверски жарко — и ударил его по губам. Не в полную силу, но кровь пошла. Напоминание, объяснил он, что отвлекаться нельзя ни на какие мелочи. С тех пор Пенни ловил каждое слово Пайка.

Наблюдай за глазами и плечами противника, учил Пайк, именно там он себя выдает перед нападением. Глаза моргают. Они реагируют. Показывают страх, храбрость, ненависть, смятение, сильный дух, слабый дух. А плечи — они обязательно изменят положение перед движениями рук и ног. Плечи напрягаются, поднимаются, отходят назад. Глаза и плечи выдают намерения атакующего. Читай противника правильно, и он сам заранее тебя обо всем предупредит. Опыт научает даже читать мысли.

Появилась Софи, вид у нее стал немного спокойнее и собраннее. Они сидели в гостиной, но разговор у Пенни с ней получался все же не очень хорошо. Она сидела в мягком кресле у антикварного китайского столика, обкусывала ногти и односложно отвечала на вопросы Пенни. Не имело смысла волновать ее заново, так что он начал с простых вопросов, и она постепенно раскрылась. Да, она по-прежнему ездит в Атлантик-сити раз в месяц — смотрит шоу, играет немного. Там она видела Диану Росс два раза, но любимый у нее Барри Манилов.

Идея нового сканера принадлежит ей, сказала Софи. Она работала над ним больше года и вот закончила на прошлой неделе. Давно копит деньги на собственную квартиру в Манхэттене, но цены высокие и она не знает, когда у нее будет достаточная сумма. Ей ведь с террасой хочется. И чтобы отдельная комната для мастерской. Весной она начала посещать вечернюю школу при университете Нью-Йорка, изучает французский и восприятие искусства.

Когда разговор перешел на ее отца, лицо Софи осветилось. Он гений, самый лучший в своей области. Благодаря ему она зарабатывает хорошие деньги, больше, чем если бы работала зубным техником, с чего и начинала. Осторожно выбирая слова, Пенни спросил, чего боятся она и ее отец. У Софи на глазах выступили слезы. Она долго молчала, потом ответила, что кто-то хочет их погубить. Ужасный человек. Пенни сказал — Карлайнер, и Софи помотала головой. Не он, другой человек, которому платят, чтобы он убивал людей. Человек, связанный с Карлайнером и Уорреном Ганисом.

Пенни умело притворился безразличным. Он кивнул, стараясь казаться сочувствующим но не любопытствующим, и уже собирался нажать на нее чуточку, вдруг выскочит имя, когда зазвонил телефон.

Грек. Он желает говорить с Софи. Сейчас он в «Астории», но все ленты найти не может. Необходимо поговорить с Софи, спросить, куда она их положила. Пенни передал трубку ей и наблюдал, как Софи разговаривает с отцом. На греческом. И она опять напряженная. Потом она передала трубку Пенни. Отец опять хочет с ним говорить.

— Да, Грек.

— Я вот подумал. Мы бы могли очистить для вас городской особняк, если хотите. Пропашем сверху донизу. Так же лучше, чем кого-то приводить.

Уголком глаза Пенни наблюдал, как Софи потихонечку удаляется от него. Он проговорил в телефон.

— Мне эта идея нравится. Не беспокойтесь о Вашингтоне. Я сам сделаю.

Он оглянулся через плечо.

Софи не было.

На другом конце линии Грек продолжал говорить. Что угодно, лишь бы отвлечь Пенни.

— Сделайте мне одолжение, — болтал слухач, — скажите сенатору, что был строго бизнес. Ничего личного. Черт возьми, я собираюсь голосовать за нее в следующем году.

Когда Грек начал распространяться о своих новых идеях, включая новый сканер, Пенни положил трубку так, что связь не разорвалась. Потом на цыпочках пересек гостиную и выглянул в вестибюль — Софи как раз выбиралась через переднюю дверь, ей приходилось не легко, с чемоданом в каждой руке. И атташе-кейсом подмышкой.

У обочины ждал бежевый с черным фургончик.

С работающим двигателем.

Без огней.

Задние дверцы широко раскрыты.

А кто, интересно, водитель-то. Передняя часть фургончика была ему не видна, но Пенни знал, кто за рулем. Аристотель Беллас. Говорит в радиотелефон.