Джон Гришем - Пора убивать

Как обычно, Люсьен сидел, раскачиваясь, на переднем крыльце, прихлебывая что-то из стакана и листая подшивку дел, в которых обвиняемые пытались доказать, что действовали, находясь в невменяемом состоянии. Закрыв папку, Люсьен заметил банку с пивом и улыбнулся своему бывшему сотруднику. Ухмыльнулся в ответ и Джейк.

– По какому это случаю, Джейк?

– Ничего особенного. Просто хотелось пить.

– Понятно. А как же жена?

– Она мне не указчик. Я сам себе голова. Сам себе хозяин. Если я хочу пива, то буду пить его, и она ничего мне не скажет. – Он сделал большой глоток.

– Должно быть, ее нет в городе?

– Отправилась в Северную Каролину.

– Когда?

– Сегодня, в шесть утра. Вылетела из Мемфиса вместе с Ханной. Поживет с ней у своих родителей в Уилмингтоне до конца процесса. У них там на пляже есть неплохой домик, в котором они обычно проводят лето.

– Утром она улетела, а после полудня ты уже пьян.

– Я не пьян, – ответил с достоинством Джейк. – Пока еще.

– И давно ты пьешь?

– Пару часов. Купил шесть банок, когда выехал от Нуза, это примерно в полвторого. А ты?

– Как правило, я пью начиная с завтрака. Что ты делал у него в доме?

– Он пригласил меня на обед, чтобы поговорить о суде. Отказался переменить место проведения процесса.

– Что?

– Ты же слышал. Суд будет в Клэнтоне.

Люсьен сделал глоток из стакана и зазвенел льдом.

– Салли! – зычно позвал он.

Салли не спешила.

– Он как-нибудь объяснил свой отказ?

– Да. Сказал, что найти присяжных, которые были бы совершенно неосведомлены о деле, невозможно ни в одном округе штата.

– Я говорил тебе про это. С точки зрения здравого смысла это абсолютно верно, но с точки зрения юридической предлог этот весьма слаб. Нуз не прав.

Вышла Салли с напитками. Взяв у Джейка его пиво, она поставила его в холодильник. Отхлебнув, Люсьен облизал губы. Вытерев их тыльной стороной ладони, вновь поднес стакан ко рту.

– Тебе понятно, что это будет значить?

– Конечно. Полностью белое жюри.

– Плюс еще канитель с апелляциями, которые посыплются, если Хейли признают виновным.

– Не будь столь категоричен. По этому вопросу Нуз уже проконсультировался со своим дружком из Верховного суда штата. Он считает, что Верховный суд поддержит его. Он очень уверен в себе.

– Он просто идиот. Я могу показать ему штук двадцать дел, в каждом из которых утверждается, что суд может и должен быть перенесен в другое место. Думаю, он просто боится пойти на это.

– Чего ему бояться?

– Кое-кто на него давит.

– Кто?

Люсьен восхищенно любовался цветом золотистой жидкости в своем объемистом стакане. Опустив в него палец, легонько помешал им кубики льда. Он усмехался с таким видом, будто давал понять, что знает нечто, но поделится своими знаниями, если только его начнут молить об этом.

– Кто? – повторил Джейк, глядя на друга уже покрасневшими блестящими глазами.

– Бакли, – с самодовольным видом выдал секрет Люсьен.

– Бакли, – эхом отозвался Джейк. – Не понимаю.

– Я знал, что ты этого не поймешь.

– Не мог бы ты объяснить?

– Думаю, что это мне по силам. Но дальше тебя это не пойдет. Информация в высшей степени конфиденциальная. Пришла ко мне из хорошего источника.

– От кого?

– Не скажу, не могу.

– Кто у тебя источники? – настаивал Джейк.

– Я ведь ответил тебе, что не скажу. Не скажу. Ну?

– Как это Бакли смог надавить на Нуза?

– Если ты в состоянии меня слушать, я объясню тебе.

– Бакли никак не в состоянии влиять на Нуза. Нуз презирает его. Он сам сказал мне об этом. Сегодня, за обедом.

– Я понял тебя.

– Тогда как же ты можешь говорить о том, что Бакли давит на Нуза?

– Если ты заткнешься, я поделюсь с тобой информацией.

Осушив стакан с пивом, Джейк позвал Салли.

– Тебе известно, насколько жесток Бакли, знаешь ты и о том, какую политическую проститутку он собой представляет.

Джейк согласно кивнул.

– Ты прекрасно понимаешь, с какой жадностью он ждет победы в этом суде. Если он выиграет, то это, как он считает, поможет ему перебраться в кресло Генерального прокурора.

– Губернатора, – поправил Люсьена Джейк.

– Какая разница. Словом, у него амбиции, так?

– Так.

– Сейчас он занят тем, что подговаривает своих политических сторонников на территории всего округа звонить Нузу и требовать от него, чтобы суд состоялся здесь, в Клэнтоне. Что-нибудь вроде: если перенесешь суд, прокатим тебя на следующих выборах. Оставишь его в Клэнтоне – поможем при переизбрании.

– Я не могу в это поверить.

– Ну и прекрасно. Только это правда.

– Откуда ты знаешь?

– У меня есть источники.

– Кто ему звонил?

– Один пример. Помнишь того громилу, что был шерифом в округе Ван-Бюрен? Мотли? ФБР добралось до него, но сейчас он уже вышел. У себя в округе очень известная фигура.

– Я помню его.

– Мне доподлинно известно, что он заходил в дом Вуза с двумя своими головорезами и очень настоятельно потребовал от Нуза, чтобы тот не вздумал переносить куда-нибудь суд. И это с подачи Бакли.

– Что ответил им Нуз?

– Они долго поливали друг друга грязью. Мотли пригрозил, что в следующие выборы судья не наберет в их округе и пятидесяти голосов. Он пообещал ему напихать в урны для голосования всякого мусора, спровоцировать черных, навыписывать кучу бюллетеней для тех, кто якобы уезжает и будет голосовать в другом месте, ну и прочие предвыборные штучки, которые в ходу у них в округе. И Нузу хорошо известно, что так они и сделают.

– А чего ему об этом беспокоиться?

– Не будь таким тупицей, Джейк! Он уже старик, а что он умеет делать, кроме того что быть судьей? Ты в состоянии представить себе, что он вдруг начинает заниматься юридической практикой? Да сейчас он получает шестьдесят тысяч в год. Он умрет с голоду, если его не переизберут. И так большинство наших судей. Так что ему ой как нужно держаться за свою должность. Бакли прекрасно знает об этом, поэтому-то он и науськивает своих дружков, говоря им, что грязного ниггера почти наверняка оправдают, если суд перенести в другое место. Вот они и давят легонько на судью. А Нуз что ж – Нуз ощущает на себе это давление.

Некоторое время оба сидели в тишине, прихлебывая из стаканов и мерно раскачиваясь в креслах. Пиво в стакане Джейка было превосходным.

– Даже больше того, – произнес после паузы Люсьен.

– В каком смысле?

– В смысле Нуза.

– И что же это?

– Он получил несколько угроз. Причем не политических. Он напуган до предела. Окружил свой дом полицейскими, не расстается с оружием.

– Это ощущение мне знакомо, – негромко сказал Джейк.

– Да, я слышал об этом.

– О чем ты слышал?

– О динамите. И кто же это был?

Джейк был ошеломлен. Изумленными глазами он уставился на Люсьена, не в силах выговорить ни слова.