Саймон Тойн - Ключ

Одежды у нее хватало, но совсем не было наличных, а кредитные карточки она полностью исчерпала, купив авиабилеты до Руна. Была еще небольшая загвоздка: караулившие ее священник и полицейский, которые сейчас находились в коридоре. Если она сумеет их чем-нибудь отвлечь, то, возможно, ей удастся выскользнуть из палаты незаметно. Лив подумала о медсестрах, которые время от времени заходили в палату. Может быть, кто-то из них ей поможет? Однако вместе с ними в палату неизменно входил и священник — как в этих условиях хотя бы слегка намекнуть на то, что ей нужно, не говоря уж о том, чтобы изложить практический план действий? Да нет, персонал наверняка проверен на благонадежность, всем даны указания докладывать о том, что кажется подозрительным.

Девушка осторожно выскользнула из постели, стараясь не уронить на пол ничего из своих вещей, и пробралась к окну. Яркий свет, сиявший за старенькими жалюзи, заставил ее сощуриться, но ничего утешительного за окном она не увидела. Палата находилась на четвертом этаже, под окнами шла мощенная булыжником улица, а на противоположном здании манила взгляд пожарная лестница. Над крышами вздымалась похожая на бдительного стража зловещая и мрачная громада Цитадели, заслонявшая горизонт. Лив снова обвела взглядом свою палату, всматриваясь в каждый предмет и прикидывая, насколько та или иная вещь может послужить ее цели — побегу.

Кроме койки и телевизора, здесь почти ничего не было: прикроватный столик, на нем — пластиковый стаканчик и графин с водой; над койкой — несколько выключателей, прикрепленный к стене пластиковый кармашек с ее медицинской карточкой и назначениями врачей. С потолка свешивалась на шнуре красная ручка срочного вызова — большая, можно схватиться, едва взмахнув рукой. Лив прикинула, что произойдет, если она потянет за эту ручку. Ей уже не раз приходилось наблюдать, как реагируют медики на срочные вызовы; она слышала громкие голоса, торопливые шаги и сопутствующие шумы. Конечно, шум и суматоха могут отвлечь на минутку священника, но ведь и все внимание в этом случае сосредоточится на Лив. Не будет никакой возможности с кем-то переговорить или незаметно передать записку. Нет, нужно придумать что-нибудь другое.

По лестнице, ведущей в следственный изолятор, грохотали сапогами поднятые по тревоге полицейские. Габриель встретил их, поднимаясь наверх. Присматриваться к нему никто не стал: им сообщили, что одному конвоиру плеснули в лицо перечной смесью, они и столкнулись с ним — рот отчаянно ловит воздух, распухшие веки не открываются, даже ноги передвигает еле-еле. Ему помогал подниматься по лестнице другой полицейский. И караул, поднятый по тревоге, не задерживаясь, помчался ловить негодяев, которые осмелились поднять руку на их коллегу.

Габриель вел дежурного, обняв его за талию так, чтобы пальцев руки посторонние не могли видеть: они сжимали пистолет, направленный мужчине в пах. В другой руке Габриель держал портативную рацию, делая вид, что кому-то докладывает. Это мешало другим заговорить с ним, а заодно позволяло закрывать добрую половину лица.

Они уже достигли верхней площадки, когда еще одна пара полицейских пробежала через железные двери и устремилась вниз по лестнице. Габриель проскользнул в дверь, как только они исчезли, и оказался в коротком коридоре. Впереди он увидел сквозь квадратное окошко приемную для посетителей и вестибюль. Дежурного он заставлял идти дальше, вжимая ствол пистолета ему в область почек, — чтобы тот не забывал про угрозу.

Не доходя нескольких метров до дверей, он прижал рацию подбородком, сорвал с пояса баллончик и брызнул в лицо дежурному новую порцию перечной смеси. Пистолет сунул под рубашку, за пояс брюк, распахнул дверь и ворвался в помещение, забитое блюстителями порядка.

Когда они вдвоем появились в вестибюле, все присутствующие повернули к ним головы, привлеченные неистовым кашлем. Два ближайших полицейских бросились к вошедшим и поддержали согнувшегося пополам дежурного. Габриель передал им своего подопечного, а сам метнулся к выходу.

— Я доставил его в вестибюль! — рявкнул он в рацию. — Где же «скорая», черт возьми? — С этими словами он шагнул за порог и оказался на свободе.

Он не представлял себе, сколько будет длиться приступ кашля у дежурного, но понимал, что времени у него мало. А полицейские, спустившиеся в подвал, сейчас уже должны были разобраться, что к чему. На улице, куда он выскочил, прохожих было немного, но чуть дальше ее пересекала другая, более оживленная. Если удастся добраться до угла и смешаться с толпой, у него появится шанс скрыться. До угла было метров шесть. Прижимая рацию к лицу, Габриель шагал, сосредоточенно глядя перед собой и борясь с желанием броситься бегом.

Он петлял между немногочисленными прохожими, стараясь, чтобы как можно больше людей оказалось между ним и теми, кто очень скоро бросится в погоню. На улице было мокро от недавнего ливня, хотя сам дождь уже прекратился. Не слишком хорошее подспорье, но придется пользоваться тем, что есть. Благодаря дождю его промокшая под струями огнетушителей форма привлекала чуть меньше внимания.

Он как раз свернул за угол, когда за спиной взвыла сирена. Прищурившись от яркого солнечного света, Габриель приноровился к темпу движения вечерней толпы. Рацию он выбросил в ближайшую урну. А с улицы надо сворачивать как можно скорее: мокрая полицейская форма — не самый удачный камуфляж для беглеца.

Уже много дней Катрина не испытывала такого прилива надежды и ощущения целеустремленности, как теперь, когда искала пути к тому, чтобы прочитать тайное письмо Оскара при тех ограниченных средствах, какие имелись в ее распоряжении.

Благодаря приобретенному в полевых исследованиях опыту, она давно знала: чтобы развести огонь, нужны три основных компонента — топливо, что-нибудь легко воспламеняющееся и искра. В качестве топлива сойдет пара страничек из медицинской карточки — вырывать страницы из дневника она не рискнула. Эти странички она смяла и сложила маленькой кучкой на подоконнике.

А вот катализатор процесса ей надо еще отыскать. Грубо говоря, годилось все, что способствует возгоранию. То, что нужно, она нашла у двери: флакон с дезинфицирующим гелем для рук — такие есть в любой современной больнице. На этикетке было написано, что этот тип геля содержит сорокаградусный спирт. Спирт быстро испаряется, и руки остаются сухими, а действует антисептик исправно. Спирт как раз и есть эффективный катализатор горения.

Она выдавила на ладонь порцию геля, стряхнула на подоконник, потом аккуратно сложила смятые странички поверх него: пусть сразу впитывают легковоспламеняющиеся пары. Она подождет, пока бумага сильнее пропитается этими парами, потому что тогда поджечь ее будет легче. Но оставалась еще искра, а для этого нужно, чтобы появилось солнце.