Джек Лэнс - Страх огня

Джейсон встал и потянулся. Наконец-то он начал действовать, а не пассивно ожидать дальнейшего развития событий, и от этого его настроение улучшилось. Позвонив Кайле, он сказал ей: вернется домой поздно — у него важная встреча. И еще: он должен бежать. Джейсон оборвал разговор до того, как Кайла успела спросить, что это за важная встреча. Солгал ли он ей? Формально — нет, но на душе у него стало скверно. Джейсон вспомнил ее слова, сказанные ему совсем недавно: «Не смей больше ничего от меня утаивать». Он уже нарушил свое обещание.

Чуть больше чем через час Джейсон сидел напротив Ноама Морейна. Он помнил Ноама суперменом или кем-то вроде него — сплошные мускулы и спокойная сила. Но в то время сам он едва доставал ему до плеча. Человек, сидевший за шатким столиком, единственным предметом мебели в комнате, не считая пары стульев и простой кровати, казалось, стал меньше ростом на добрых три фута. Копна его некогда густых черных волос выцвела и поредела. Неумело подстриженные жидкие седые пряди падали на уши. Кожа выглядела нездоровой и сморщенной. Он обрюзг и расплылся, набрав по крайней мере пятьдесят фунтов лишнего веса.

Неужели черный всадник, живущий в воображении Ноама, заставил его так сильно измениться?

— Ноам Морейн? — спросил Джейсон, словно в первый раз встречаясь с незнакомым человеком.

Мужчина улыбнулся. Уголки губ его дрогнули и поползли вверх, и перед Джейсоном на мгновение промелькнул образ прежнего Ноама. Это была его улыбка. Тело его теперь напоминало плохо скроенное пальто слишком большого размера, но это определенно был он.

— Да, — невыразительным голосом ответил Ноам.

Джейсон придвинул к себе стул и сел.

— Привет, Ноам. Я — Джейсон Эванс. Помнишь меня?

Ноам поднял подбородок и кивнул.

— Как поживаешь?

Человек пожал плечами.

— Неплохо, неплохо.

— Рад слышать, Ноам. — Джейсон огляделся по сторонам. — Робин сказал мне, что у тебя все хорошо.

— Да, — согласился Ноам. — Очень, очень хорошо.

Джейсон попытался вызвать в памяти образ этого человека, который в приступе безумия много лет назад выкрикнул ему: «Тебя здесь нет!» И его глаза. «Он смотрел сквозь меня. Это было самое страшное».

Сейчас глаза Ноама казались совершенно безжизненными. Его можно было только пожалеть, и ничего больше. Джейсон решил не ходить вокруг да около. Сиделка сказала ему: у него есть всего полчаса, чтобы поговорить с Ноамом.

— Ноам, ты помнишь, что я раньше навещал тебя, когда был еще маленьким?

Он приложил ладонь ребром к груди, показывая, что в те дни был намного ниже ростом. Джейсон ни на что не рассчитывал, подозревая: память у Ноама окажется дырявой. Быть может, ему не стоило приезжать сюда, но раз уж он оказался здесь, то намеревался выяснить все, что только можно.

— Когда ты был маленьким, — сказал Ноам.

— Когда я был маленьким, — повторил Джейсон.

— Когда ты был маленьким…

Джейсон ждал. Ему показалось, что в глазах Ноама вспыхнули проблески сознания.

Ноам захихикал.

— Помню. У меня хорошая память на лица. Твое лицо изменилось, но я помню тебя.

— Это хорошо, Ноам. Я иногда приходил навестить тебя, не так ли? Вместе с Робином и твоей мамой.

— Да, приходил.

— И мне нравилось навещать тебя, нравилось разговаривать с тобой…

Ноам кивнул.

— Но видишь ли, — продолжал Джейсон, — есть кое-что очень меня интересующее.

Джейсон чувствовал себя так, словно разговаривает с ребенком. Он сделал глубокий вдох.

— Однажды, когда я пришел к тебе, ты сказал нечто очень странное.

Джейсон попытался поймать взгляд Ноама, но тот упорно смотрел в стол.

— Ты сказал… что меня здесь нет, — проговорил Джейсон. — И спросил меня, где я. Но в тот день я был с тобой, мы сидели друг напротив друга, вот как сейчас, но ты все равно сказал, что меня там нет. Словно я стал невидимым. Помнишь?

Джейсон ожидал услышать от Ноама «нет». И что тогда? Он понятия не имел, что будет делать дальше.

— Да, ты играл в прятки, — к невероятному удивлению Джейсона ответил Ноам. — Ты всегда так делаешь. Почему?

Джейсон растерянно заморгал.

— Я играл в прятки? — Он подался вперед, наклоняясь к лысеющему мужчине. — Что ты имеешь в виду, говоря, что я играл в прятки, Ноам?

— Мне нравилась эта игра. И сейчас у меня все в порядке.

— Ноам! — настойчиво воскликнул Джейсон. — Ты меня слышишь?

— Мне здесь нравится. А ты знаешь, что у меня есть кошка? Ее зовут Джози. Она должна быть где-то здесь.

— Ноам…

— Она черная с белыми пятнышками. Хочешь посмотреть на нее? Давай я позову ее, и…

— Что ты имел в виду , когда сказал, что я играл в прятки?

— …Она очень славная кошечка и такая красивая, — радостно продолжал Ноам.

— Слушай меня, черт тебя побери! — заорал Джейсон.

Его слова произвели мгновенный эффект. Глаза Ноама затуманились. Искорки сознания в них погасли. На лице его появилось обиженное выражение. То есть случилось именно то, о чем его предупреждал Робин.

«Ты играл в прятки, — сказал ему Ноам. — Ты всегда так делаешь. Почему?»

— Ноам, прости меня за то, что я накричал на тебя. Что ты имел в виду?

Ноам отвернулся и уставился в стену.

— Ноам, пожалуйста, прости меня.

Никакого ответа. Джейсон встал и положил руку на плечо Ноама.

— Мне действительно очень жаль, что я огорчил тебя, приятель.

Ноам съежился, но промолчал.

— Ты больше не хочешь разговаривать со мной, да?

Ноам продолжал упорно смотреть в стену перед собой.

— Это все мой длинный язык, — пробормотал Джейсон. — Я получил то, чего заслуживал.

Ноам по-прежнему безмятежно разглядывал стену.

— Ну хорошо. — Джейсон вздохнул. — Если ты больше не желаешь со мной разговаривать, пожалуй, мне пора. Еще раз прими мои извинения, Ноам.

Он подошел к двери, открыл ее и остановился на пороге. Перед тем как уйти, он обернулся и в последний раз взглянул на мужчину, сидящего на стуле.

— Я еще вернусь, Ноам, и на сей раз я не стану ждать пятнадцать лет.

Джейсон повернулся и шагнул через порог, чтобы закрыть за собой дверь.

И вдруг за спиной он услышал шум. Ему показалось, будто кто-то с силой стал скрести ногтями по стене. Он застыл на месте. Звук раздался снова, и он почувствовал, как по его спине пробежали мурашки.

В голове Джейсона мелькнула мысль, от которой кровь застыла у него в жилах: это черный всадник, призрак со стены.

Ноам сидел на стуле позади него и никак не мог издавать этот скребущий звук.

Джейсону пришла в голову новая мысль, еще более мрачная:

«Наказание — смерть. Моя смерть».

Медленно, очень медленно он обернулся и обнаружил, что смотрит прямо в лицо Ноаму, который тоже развернулся к нему.

Ноам выглядел абсолютно нормальным и не казался встревоженным или смущенным. Это читалось в его глазах; взгляд был ясным и цепким — на мгновение из-под недуга шизофрении проглянул прежний Ноам.