Джон Гришем - Фирма

Митч направился к бару под уже знакомые ему звуки регги и смеха. Похоже на «Румхедс», подумал он, но нет той толпы. Через пару минут Генри, бармен, поставил перед Митчем «Ред Страйп».

— Где сейчас Бэрри Эбанкс? — спросил Митч. Генри кивнул головой в сторону моря и отправился к себе за стойку. На расстоянии примерно полумили в море был виден катер, неторопливо скользящий по волнам, направляющийся сюда, к Большому дому. Поедая бутерброд с сыром, Митч смотрел на играющих в домино.

Катер ткнулся носом в пирс, воткнутый в море между баром и хижиной побольше, над окном которой от руки было намалевано: «СНАРЯЖЕНИЕ». Держа в руках свои сумки, из катера посыпались ныряльщики, и все как один направились в бар. Невысокого роста, заросший волосами человек стоял рядом с катером и орал какие-то команды палубным, выгружавшим отработавшие ресурс акваланги на пирс. Одежды на нем было весьма немного: белая бейсбольная шапочка и черные плавки, узкие спереди и пошире сзади. Судя по дубленой коричневой коже, последние полстолетия не очень-то потрепали его. Заглянув в хижину со снаряжением, прокричав что-то инструкторам и палубным, коренастый человек двинулся к берегу. Не обратив никакого внимания на толпу, он подошел к холодильнику, достал банку «Хейникена», сорвал крышку и сделал большой глоток.

Бармен наклонился к его уху, что-то проговорил, кивая в сторону Митча. Человек открыл вторую банку пива и подошел к столику, где сидел Митч.

— Это вы меня искали? — без намека на улыбку спросил он; в голосе — едва ли не насмешка.

— Вы мистер Эбанкс?

— Я. Что вам угодно?

— Мне нужно несколько минут вашего внимания.

Эбанкс отпил из банки, глядя на океан.

— Я занят. Катер отойдет через сорок минут.

— Меня зовут Митч Макдир. Я юрист из Мемфиса.

Эбанкс смерил его быстрым взглядом маленьких карих глаз. Митч заинтересовал его.

— Ну и что?

— А то, что те двое, что погибли вместе с вашим сыном, были моими друзьями. Наш разговор не займет много времени.

Эбанкс уселся на табурет, упершись локтями в стол.

— Для меня это не самая лучшая тема.

— Да, я знаю. Мне очень жаль.

— В полиции меня предупредили, чтобы я ни с кем не говорил об этом.

— О нашей беседе никто не узнает, даю вам слово.

Эбанкс прищурился, повернув голову в сторону сверкавшей солнечными бликами голубизны. Лицо и руки его несли на себе те отметины, что может оставить долгое пребывание на шестидесятифутовой глубине, где любопытным новичкам показывают коралловые рифы и затонувшие посудины.

— Что вы хотите узнать? — спросил он уже гораздо мягче.

— Можем мы поговорить в другом месте?

— Конечно. Может, пройдемся?

Он махнул рукой бармену и уже на ходу сказал что-то сидевшим за столиком ныряльщикам. Они направились к пляжу.

— Я хочу поговорить о несчастном случае, — сказал Митч.

— Можете спрашивать. Но в ответ я могу промолчать.

— Что было причиной взрыва?

— Не знаю. Возможно, воздушный компрессор. А может, топливо. Точно мы не знаем. Катер был очень сильно поврежден, ответы на многие вопросы остались в огне.

— Катер принадлежал вам?

— Да, это был один из моих небольших катеров, футов тридцати. В то утро его наняли ваши друзья.

— Где были обнаружены тела?

— На глубине восьмидесяти футов. Вроде бы ничего подозрительного, за исключением того, что на телах не было ни ожогов, ни ран, ничего такого, что могло бы указывать на то, что был взрыв. По-моему, это как раз очень подозрительно.

— По данным экспертизы, смерть наступила от попадания воды в легкие. Другими словами, они утонули.

— Да, утонули. Но ваши друзья были в полном снаряжении, а его позже обследовал один из моих инструкторов. Все было в полном порядке, а парни были хорошими ныряльщиками.

— А ваш сын?

— Акваланга на нем не было, но плавал он как рыба.

— Где произошел взрыв?

— Предполагалось, что они будут нырять вдоль рифовой гряды Роджер Рэк. Вы знакомы с островом?

— Нет.

— Это вдоль побережья Восточного залива, ближе к северо-востоку. Ваши друзья до этого там еще не были, и мой сын предложил им попробовать понырять в том месте. Мы хорошо знали ваших друзей. Это были опытные ныряльщики, и к воде они относились серьезно. Всегда нанимали катер и не скупились на плату. И всегда требовали Филипа в качестве инструктора. Мы до сих пор так и не знаем, было ли у них там хоть одно погружение. Катер был обнаружен в открытом море, в двух милях от того места, уже весь в пламени, на значительном расстоянии от обычных наших районов деятельности.

— Может, катер снесло течением?

— Это невозможно. Если бы что-то случилось с двигателем, Филип связался бы с нами по радио — оборудование мы используем самое современное, и все инструкторы поддерживают постоянную связь с берегом. Не могу себе представить, чтобы взрыв случился у Роджер Рэк. Его никто не видел, никто не слышал, а ведь там всегда есть народ. К тому же неуправляемый катер не смог бы сам продрейфовать две мили в том направлении. И самое главное, ведь тел на борту его не было, не забывайте. Предположим, катер действительно отнесло, а как же тогда тела? Их нашли на глубине в восемьдесят футов, в радиусе двадцати метров от катера.

— Кто их нашел?

— Мои люди. Мы услышали сообщение по радио, и я тут же послал людей. Нам было ясно, что это наш катер, мои парни тут же начали нырять. И обнаружили их через несколько минут.

— Я понимаю, об этом трудно говорить.

Эбанкс допил пиво и швырнул пустую банку в деревянный ящик для мусора.

— Вы правы. Но время излечивает боль. А вы почему так в этом заинтересованы?

— У их семей множество вопросов.

— Мне жаль их. Я видел их жен в прошлом году. Они провели здесь неделю. Такие приятные люди.

— Не могло ли случиться так, что они просто исследовали новый район, когда все это произошло?

— Могло, но вряд ли. С катера докладывают о перемещениях из одного района в другой, это обычная практика. Исключений не бывает. Я уволил инструктора, который не предупредил о перемене места стоянки. Мой сын был лучшим инструктором на острове. Он вырос в этих водах. Уж он-то ни разу не позабыл доложить о перемещении катера. Это же так просто. Полиция верит тому, что все произошло именно так, но ведь и полиция должна во что-то верить. Это единственная версия, которую они имеют.

— Но как они объясняют состояние тел?

— Никак. По их разумению, это просто еще один несчастный случай, и все.

— Несчастный случай?

— Мне кажется, нет.

К этому времени сандалии уже натерли ему ноги, и Митч сбросил их. Вслед за Эбанксом он развернулся, и оба зашагали назад, в секцию.

— А если это не несчастный случай, то что же это?

Эбанкс шел и смотрел, как волны лениво лижут берег. Впервые за время разговора улыбнулся.