Блейк Пирс - Когда она ушла

Наконец, Эприл спросила:

— Ты расскажешь папе?

— Ты думаешь, мне стоит это сделать? — спросила Райли.

Вопрос казался логичным, учитывая все обстоятельства.

Эприл озабоченно повесила голову.

Потом Эприл попросила:

— Пожалуйста, только не рассказывай Габриэлле.

Эти слова ударили Райли прямо в сердце. Эприл больше беспокоилась, что о её проступке узнает горничная, нежели о том, что о нём думают отец или мать.

«Когда всё стало так плохо?» — несчастно подумала Райли.

То немногое и очень ценное, что осталось от её семейной жизни, рассыпалось прямо на её глазах. Она почувствовала, что её едва ли вообще можно назвать матерью. Интересно, навещают ли Райана подобные мысли об его отцовстве? Вероятно, нет. Чувствовать себя виноватым — не в стиле Райана. Иногда она завидовала его эмоциональному безразличию.

После завтрака, пока Эприл собиралась в школу, дом погрузился в тишину и Райли стала преследовать другая мысль: мысль о том, что произошло сегодня утром — если произошло. Кто или что вызвало эту возню у дверей? Была ли вообще там возня? Откуда могли появиться камешки?

Она вспомнила панику Мари по поводу странных телефонных звонков, и внутри неё стал расти навязчивый страх, выходя из-под её контроля. Она достала мобильник и набрала знакомый номер.

— Бетти Рихтер, криминалистическая экспертиза, ФБР, — раздался в трубке холодный голос.

— Бетти, это Райли Пейдж, — Райли с трудом сглотнула. — Думаю, ты знаешь, зачем я звоню.

Как-никак, Райли звонила по одному и тому же делу каждые два или три дня за последние шесть недель. Агент Рихтер отвечала за исследование деталей дела Петерсона, и Райли отчаянно хотела услышать заключение.

— Ты хочешь, чтобы я тебе сказала, что Петерсон правда мёртв, — сочувственно сказала Бетти. Бетти была само терпение, понимание и хорошее чувство юмора, так что Райли всегда была рада, что с ней можно поговорить об этом.

— Я знаю, это смешно.

— После всего, через что ты прошла? — сказала Бетти. — Нет, я так не считаю. Но у меня нет для тебя новостей. Всё по-старому. Мы нашли тело Петерсона. Конечно, оно обгорело, но труп в точности такого же роста и строения, как он. Он не может принадлежать кому-то другому.

— Насколько вы уверены? Скажи в процентах.

— Я бы дала девяносто девять процентов, — сказала девушка.

Райли медленно и глубоко вдохнула.

— Но не сто? — спросила она.

Бетти вздохнула.

— Райли, я не могу дать сто процентов ни о чём в этой жизни. Как и никто другой. Никто не уверен на сто процентов, что завтра солнце снова встанет. В Землю может врезаться огромный астероид, и мы все умрём.

Райли горько усмехнулась.

— Спасибо за новый повод для беспокойства, — сказала она.

Бетти тоже рассмеялась.

— Обращайся, — сказала она. — Всегда рада помочь.

— Мам? — позвала Эприл, готовая ехать в школу.

Райли закончила звонок, чувствуя себя немного лучше, теперь она была готова ехать. Они договорились с Биллом, что она подберёт его после того, как отвезёт Эприл. Им надо опросить подозреваемого, который подходит под все характеристики.

И у Райли было ощущение, что он может оказаться тем беспощадным убийцей, которого они и ищут.

Райли выключила зажигание, сидя в машине перед домом Билла и любуясь его приятным двухэтажным коттеджем. Её всегда поражало, что он умудрялся держать газон перед домом таким зелёным, а кустарник безупречно ровно подстриженным. В семейной жизни у Билла мог быть хаос, но его двор всегда был в идеальном состоянии, превосходно вписываясь в живописный квартал. Интересно, как выглядят остальные дворы в этом милом райончике неподалёку от Квантико?

Вышел Билл, а сзади него появилась его жена, Мэгги, и кинула на Райли свирепый взгляд. Райли отвернулась.

Билл рухнул на пассажирское кресло и захлопнул за собой дверь.

— Поехали поскорей отсюда, — простонал он.

Райли завела машину и тронулась с места.

— Мне кажется, дома у тебя не всё в порядке, — сказала она.

Билл покачал головой.

— Мы крупно поссорились, когда я вчера поздно вернулся домой. А утром всё началось сначала.

Он помолчал с минуту, а затем мрачно добавил:

— Она снова заговорила о разводе. И она хочет полную опеку над мальчишками.

Райли посомневалась, но затем всё-таки задала ему вопрос, который крутился у неё в голове:

— Дело ведь и во мне?

Билл помолчал.

— Да, — признал он наконец. — Она не обрадовалась, когда узнала, что мы снова работаем вместе. Она считает, что ты плохо на меня влияешь.

Райли не знала, что ответить.

Билл добавил:

— Она говорит, что со мной невозможно иметь дело, когда я работаю с тобой. Что я становлюсь ещё более отчуждённым и зацикливаюсь на работе.

«Это справедливо», — подумала Райли: они с Биллом оба зациклены на работе.

В машине снова повисло молчание. Через несколько минут Билл открыл ноутбук.

— Я узнал кое-какие подробности о том типе, с которым мы будем разговаривать, Россе Блэквелле.

Он посмотрел на экран.

— Он зарегистрированный насильник, — добавил он.

У Райли от отвращения дрогнула губа.

— За что?

— Хранение детской порнографии. Он подозревался и в большем, но ничего не было доказано. Он есть в базах данных, но его действия никак не ограничены. Это было десять лет назад, так что эта фотография уже устарела.

«Пронырливый, — подумала Райли. — Его может быть трудно поймать».

Билл продолжал читать:

— Был уволен с нескольких должностей по неясным причинам. Последний раз он работал в сети магазинов в большом торговом центре в Белтвее, целевой аудиторией которого в основном являются семьи с детьми. Когда Блэквелла поймали на том, что он придаёт куклам извращённые позы, его уволили и сообщили в полицию.

— Человек с пунктиком на куклах и коллекцией детской порнографии, — пробормотала Райли.

Пока что Росс Блэквелл вписывался в образ, который начинал у неё складываться.

— А сейчас он чем занимается? — спросила она.

— Работает в магазине товаров для хобби и сборных моделей, — ответил Билл. — Ещё один сетевой магазин в ещё одном торговом центре.

Райли была удивлена.

— Разве менеджеры не знали о судимости Блэквелла, когда принимали его на работу?

Билл пожал плечами.

— Может быть, им было неважно. Его интересы сугубо гетеросексуальны. Может быть, они решили, что он не принесёт вреда в месте, где продаются лишь модели машинок, самолётов и поездов.

Она почувствовала, что её прошиб холодный пот. Как вообще такой человек может получить работу? Он скорей всего злобный убийца. Как он может расхаживать целыми днями среди беззащитных людей?

Наконец они проехали через нескончаемые пробки Санфилда. Пригород столицы был для Райли типичным примером «города-спутника», сделанного большей частью из торговых и бизнес-центров. Ей он казался бездушным, пластиковым и вгонял в депрессию.