Том Клэнси - Долг чести

Впрочем, это была всего лишь часть работы. В распечатках указывался только пеленг на источник шумов, однако на дне океана размещалось множество гидроакустических устройств, относящихся к линии раннего обнаружения, и с помощью триангуляции уже удалось определить районы нахождения подводных лодок с точностью до десяти-пятнадцати морских миль. Таким образом, даже со всеми усовершенствованиями, внесенными доктором Джоунзом в систему обнаружения подводных лодок, приходилось вести поиск на большой площади океана.

Зазвонил телефон. Это был главнокомандующий Тихоокеанским флотом. Манкузо выслушал его рекомендации по изменению курса субмарин «Шарлотт» и «Эшвилл», что позволяло им направиться к предполагаемым контактам. Джоунз одобрительно кивнул.

– Видите, шкипер? Я всегда говорил, что вы умеете прислушиваться к советам экспертов.

Мюррей находился в кабинете заместителя специального агента, возглавляющего отдел Вашингтона в ФБР, обсуждая с ним проблемы финансирования, и потому не смог поговорить по телефону с Райаном. Совершенно секретная депеша из Белого дома оказалась погребенной в папке секретных документов, а затем секретарше Мюррея пришлось уехать, чтобы привезти из школы домой своего заболевшего ребенка. В результате записка, сделанная рукой Райана, попала на стол Мюррея с большим опозданием.

– У меня новости об этой девушке Нортон, – произнес Мюррей, войдя в кабинет директора ФБР.

– Плохие?

– Она мертва. – Мюррей передал Шоу записку Райана. Директор быстро прочитал ее.

– Проклятье! – прошептал он. – У нас есть сведения о том, что она раньше пользовалась наркотиками?

– Насколько помню, нет.

– Поступило сообщение из Токио?

– Я еще не связывался с советником по юридическим вопросам. Неудачное время для этого, Билл.

Шоу кивнул, понимая смысл происшедшего. Стоит спросить любого агента ФБР о наиболее запомнившемся случае в его карьере, и он обязательно упомянет киднэппинг. По сути дела-именно такое преступление сделало ФБР знаменитым в тридцатые годы. Закон Линдберга уполномочивал Федеральное бюро расследований оказывать помощь местной полиции, как только возникала вероятность того, что похищенная жертва перевезена за пределы штата, где было совершено преступление. При малейшей вероятности этого – жертв похищения редко увозили далеко от места похищения, – вся мощь ведомства, отвечающего за соблюдение закона и порядка на территории США, вступала в действие, и агенты ФБР принимались за поиски преступников подобно стае голодных волков. Их главная задача всегда оставалась одной и той же: вернуть жертву живой, и результаты такой деятельности были превосходными. Второй целью было задержание, арест и передача в судебные инстанции виновников, совершивших это преступление, и в этом отношении деятельность ФБР статистически была еще более успешной. Руководство ФБР еще не имело сведений, действительно ли Кимберли Нортон стала жертвой похищения, но им уже было известно, что домой ее доставят мертвой. Одно лишь это обстоятельство для любого агента бюро означало, что он не справился с основной задачей.

– Ее отец – полицейский.

– Я помню, Дэн.

– Думаю, мне нужно отправиться в Сиэтл и обсудить происшедшее с О'Кифом. – Отчасти это было необходимо, потому что капитан Нортон своей деятельностью заслужил, чтобы ему сообщили о случившемся другие полицейские, вместо того чтобы узнать о смерти дочери из газет, а отчасти потому, что полицейские, ведущие расследования, обязаны так поступить, обязаны лично сообщить родственникам о том, что потерпели неудачу. Кроме того, Мюррею хотелось самому ознакомиться с делом и убедиться в том, что было предпринято все возможное для спасения девушки.

– Пожалуй, я сумею обойтись без тебя пару дней, – ответил Шоу. – Дело Линдерс отложено до возвращения президента. Хорошо, можешь отправляться.

– Но здесь даже лучше, чем на «Конкорде»! – восторженно произнесла Кэти, когда капрал ВВС принесла ужин. Ее муж с трудом удержался от смеха. Ему редко приходилось видеть, чтобы глаза Кэролайн Райан были такими изумленными. Правда, сам Джек уже давно привык к подобному обслуживанию, а пища здесь была несомненно вкуснее той, что подавали ей в кафетерии для врачей больницы Хопкинса. Кроме того, тут тарелки были без золотых ободков, и по этой причине с «ВВС-1» пропадало так много посуды.

– Мадам не желает немного вина? – Райан поднял бутылку сухого белого вина и разлил в бокалы, пока перед ним ставили тарелку.

– Видите ли, на своей куриной ферме мы не пьем вино, – заметила она, делая вид, что смущена обстановкой.

– В первый раз у всех такое впечатление, доктор Райан. Если что-нибудь понадобится, вызывайте меня. – Капрал пошла обратно в камбуз.

– Я ведь говорил тебе, Кэти, держись за меня.

– Теперь мне понятно, почему ты предпочитаешь летать, – заметила она, поднося ко рту вилку с капустой брокколи. – Свежая.

– Да и пилоты отличные. – Джек показал на бокал с вином. Вино в нем даже не шелохнулось.

– Жалованье не такое уж хорошее, – донесся с другой стороны прохода голос Арни ван Дамма, – зато масса сопутствующих благ.

– Жареный морской окунь тоже очень неплох.

– Наш шеф-повар украл рецепт в «Жокей-клаб». Кроме ресторанов Нового Орлеана, нигде не умеют готовить рыбу так хорошо, – объяснил ван Дамм. – По-моему, ему пришлось отдать взамен свой рецепт картофельного супа. Пожалуй, одно стоит другого, – глубокомысленно заметил Арни.

– Ведь правда, корочка у него прямо-таки идеальная, а? «Жокей-клаб», один из немногих действительно превосходных ресторанов Вашингтона, находится на первом этаже отеля «Ритц Карлтон» на Массачусетс-авеню. Тихий и тускло освещенный, он в течение многих лет являлся местом «деловых» ужинов.

Здесь все блюда превосходные, подумала Либби Хольцман, особенно если тебе не приходится за них платить. В течение часа они говорили о пустяках – обычный обмен информацией и сплетнями, что в Вашингтоне было еще более важным, чем в большинстве других американских городов. Эта часть ужина подошла к концу. Подали вино, убрали тарелки из-под салата, теперь на столе стояло главное блюдо.

– Итак, Рой, о чем ты хотел поговорить со мной?

– Об Эде Келти. – Ньютон поднял голову, чтобы увидеть выражение ее глаз.

– Уж не хочешь ли ты мне сказать, что жена решила наконец уйти от этого подонка?

– Скорее всего, думаю, уходить придется не ей.

– Так кто же эта несчастная, к которой он уходит? – На лице миссис Хольцман появилась кривая улыбка.

– Все не так, как ты думаешь, Либби. Эд уходит совсем. – Всегда нужно заставить слушателей ждать сенсационных новостей – от этого их интерес только обостряется.