Филлис Уитни - Жена или жертва?..

Колтон казался более растерянным, чем когда-либо. После смерти дочери он уже не производил впечатления сильного, уверенного в себе человека.

— Ты сказал своему отцу и бабушке, что пошел сюда?

Кейт отрицательно покачал головой.

— Я просто собрал свои вещи и ушел. Но они поймут, где я.

— Позволь ему остаться, Колтон, — вмешался Гленн. — Он сын Гленды, и лучше ему расти здесь, чем в другом месте. Он скорее Чандлер, чем Макинтайр.

— Ох уж эта вражда! — презрительно заметила Номи.

Решение должен был принять Колтон, но прежде чем он высказал его, раздался телефонный звонок, и Номи вышла в холл, чтобы ответить на него. Через несколько минут она вернулась.

— Это был Трент. Он хотел знать, у нас ли мальчик, и поговорить с тобой, Колтон. Я сказала, что он может прийти сюда.

Колтон отложил в сторону книгу об испанских замках.

— Конечно, мы должны увидеться с ним. Ты хочешь остаться и послушать, что скажет твой отец, Кейт?

— Нет, сэр. Я знаю, что он скажет. — При этих словах мальчик снова метнул в мою сторону враждебный взгляд.

Я была удивлена и обеспокоена его явной неприязнью, ведь мне казалось, что наши отношения начали налаживаться.

— Пойдем, — обратилась к Кейту Номи. — Возьми свой чемодан и эту ужасную картину, которую ты принес сюда. Мы поставим раскладушку и отгородим для тебя уголок в мансарде.

Воспользовавшись тем, что на меня никто не обращает внимания, я вышла из комнаты, надела пальто, неслышно закрыла за собой входную дверь и остановилась на заснеженной веранде. Ночь казалась удивительно тихой. Ветра не было, и деревья стояли неподвижно, занесенные снегом. На небе не было ни луны, ни звезд, но благодаря снегу ночь была достаточно светлой.

Я увидела фары автомобиля Трента издалека. Когда он свернул на подъездную площадку, деревья на мгновение ярко вспыхнули в свете фар и тут же снова погрузились в темноту. Когда его машина подъехала к дому, я спустилась по ступеням, покрытым мягким мокрым снегом, и пошла ему навстречу.

Увидев меня, он открыл дверцу.

— Я должна поговорить с тобой, — сказала я и скользнула на сиденье рядом с ним. — Поблагодарить за то, что ты подарил мне письма моего отца. Это самый лучший рождественский подарок в моей жизни.

Он взял мои холодные руки в свои и сжал их.

— Что случилось? Что-то очень неприятное, не так ли?

— Да! — Я так энергично кивнула, что с моих волос посыпались хлопья снега. — С Чандлерами покончено. Я должна как можно скорее уехать отсюда. Гленн не хочет, чтобы я оставалась.

Трент снова мягко сжал мои ладони.

— Мне бы следовало поговорить с ним… Но, пожалуй, я не буду этого делать. Ты можешь пожить у нас, если хочешь.

— Нет. Спасибо за приглашение, но мне необходимо уехать как можно дальше от Серых камней. Я должна кое-что понять, а здесь невозможно сосредоточиться. Но я не могу пока уехать.

— Почему?

Я мягко высвободила свои руки.

— Из-за шарфа, который я привязала к дереву в озере, а другой конец дала Гленде.

И я рассказала ему все. О том, как Колтон сказал, что там не было никакого шарфа. О голосе, который я слышала… Кто-то еще, кроме нас с Глендой, был там, на озере. Этот человек отвязал от дерева мой шарф или просто вырвал его из ослабевших рук Гленды и оставил ее тонуть. И мне жизненно необходимо было выяснить, кто это был, причем до своего отъезда. Я не сказала Тренту только о том, что Гленда собиралась сделать со мной. Это теперь было уже совершенно не важно.

Он внимательно, не перебивая, выслушал меня.

— Полагаю, ты рассказала им об этом?

— Да, конечно. Но мне никто не поверил. Разве что Номи…

— А ты не узнала голос, ответивший на крик Гленды?

— Нет. Он звучал немного искаженно, и я даже не могу определить, мужчина это был или женщина. Да и как можно запомнить крик, когда он уже перестал звучать?

— Ты оказалась в очень неприятной и опасной ситуации, — обеспокоенно заметил Трент. — Мне не нравится, чем все это пахнет. Кто бы ни ответил Гленде и ни забрал оттуда твой шарф, этот человек наверняка опасается, что ты его узнаешь.

— Да, — кивнула я. — Я тоже думала об этом. Но этот человек знает, что пока что я не имею ни малейшего понятия о том, кто он. Любой прохожий мог оказаться на скале, в то время как я металась по берегу. Местные жители ходят гораздо быстрее, чем я, да и лес там густой. Мы могли не заметить друг друга. Но я не могу уехать отсюда, пока не докажу всем свою непричастность к смерти Гленды. А если шарф кто-то забрал, то мы имеем дело с убийством.

— Ты и Кейт, — сухо сказал Трент.

— Что ты имеешь в виду? При чем тут Кейт?

— Ни при чем. Но он задавал мне вопросы, на которые трудно найти ответ. Гленда знала, что в этой части озера бьют ключи, что она первой оттаивает и последней замерзает. Она помнила, что именно в этом месте утонула ее мать, и все же почему-то решила кататься на коньках именно там. Ей было известно, что это небезопасно, особенно в теплую погоду. Даже если лед с виду кажется крепким, он не годится для катания на коньках. Кроме того, Гленда никогда не приблизилась бы к центру по своей воле. Поэтому Кейт хочет знать, почему вы отправились туда вместе и как его мать могла провалиться под лед.

Я удивленно посмотрела на него, и вдруг меня осенило.

— Ты хочешь сказать, что он тоже обвиняет меня? Что он думает…

— Он предполагает, что ты могла действовать импульсивно, и считает, что там не было никакого шарфа.

— Но это чудовищно! — закричала я. — А ты? Ты тоже веришь в это?!

Он грубо оборвал меня:

— Не будь идиоткой! Я слишком хорошо знаю Гленду, чтобы не догадаться, зачем она потащила тебя туда.

Я облегченно вздохнула. Трент все знал. Теперь можно быть с ним абсолютно откровенной.

— Да, — кивнула я. — Она хотела, чтобы под лед провалилась я, но вместо этого сама попала в ловушку. Но я не могу сказать это Чандлерам — они мне все равно не поверят.

— Ты должна уехать отсюда как можно скорее. Тебе нельзя оставаться в одном доме с человеком, чувствующим, что ты что-то подозреваешь.

В этот момент с веранды меня окликнул голос Гленна.

— Дина? Где ты, Дина?

— Я должна идти, — сказала я. — Пойдем вместе.

Трент открыл мою дверцу, помог мне выйти, и мы вместе поднялись в дом.

Гленн вежливо поздоровался с Трентом.

— Колтон ждет тебя, — сообщил он, — но хочет поговорить с тобой наедине.

Когда гость скрылся в гостиной, муж повернулся ко мне.

— Почему ты сидела в его машине? О чем вы говорили?

Я спокойно ответила:

— Ни о чем таком, что я хотела бы обсуждать с тобой. — И, пройдя мимо него, стала подниматься по лестнице.

Он пошел следом за мной.

— Дина! Не становись моим врагом. Я хочу тебе верить. Я хочу любить тебя — так же, как в Нью-Йорке.