Марина Зосимкина - Ты проснешься

Светлана Николаевна воровато уточнила: «Девочки, дверь закрыли?» и нырнула в тумбочку. Вынырнула с шампанским, полусладким советским.

— Светлана Николаевна, шампанское пить в такую погоду — извращение. Перцовочки там у вас нет случайно? — это Надежда Михайловна расшалилась.

Пока разливали шампанское, поговорили про перцовку фужерами, про холодный ноябрь и про то, что скоро новый год, а выпив первый тост за виновника, перешли к основной части, любованию Пузиком на фотографиях.

Фотографий была солидная стопка миллиметров пятнадцать толщиной и еще небольшой альбомчик избранного. Электронные картинки Светлана Николаевна не признавала и по старинке ходила в Кодак на проявку и печать.

Пузик, как всякий любимец семьи, был толст и вальяжен, имел на морде выражение высокомерное, местами наглое, чем приводил хозяйку в восторг и умиление.

Вот Пузик с Сашей, тут он с Нелличкой, а это он на кухне ворует лапой сладкую кукурузу из банки, а тут вот забрался на шкаф и жрет хлорофитум, а вот он на унитазе, и вот он же, но уже с краю мойки, высунув длинный ярко-розовый язык, утоляет жажду струйкой воды из-под крана.

Девочки рассматривали, изумлялись, умилялись, хохотали, комментировали, а потом налили еще и выпили, и заели сырком.

Разговор с кота Пузика как-то незаметно перешел на природу вообще, а потом, минуя общечеловеческую, на природу мужскую.

Солировала в основном громогласная Киреева, остальные были так, подтанцовкой, но слушали с удовольствием, потому как Надежда Михайловна была хорошим рассказчиком, да и было чему поучиться.

— Не обольщайтесь, девочки, насчет ваших половин, все мужики коты, но ведут себя по-разному. Вот мой, например, я знаю точно, даже если мне фотки пришлют, даже если я сама его в койке с бабой застану, будет все отрицать и, стоя на коленях, горячо умолять ему поверить! Потому что ничего не было, а только неудачное стечение обстоятельств, или подставили его враги, или мне привиделось, или еще что-то, но только не то, что я подумала! Ни за что не признается. Молодец.

— А откуда вам все это известно? — с аккуратным ехидством спросила Лера, — Заставали?

— Нет, — немного холодно ответила Надежда Михайловна, — но я умею интерполировать

— Технический вуз кончали? — поинтересовалась Катя.

— Бауманку. А как вы догадались?

— Да так. Случайно вышло, — ответила она и улыбнулась.

— Нет, не заставала, — продолжила Надежда Михайловна. — Но и голову в песок не прятала. Чем меньше иллюзий, тем меньше драм. Но однажды он прокололся. И знаете, что я сделала?

Оглядев аудиторию и убедившись, что интерес подогрет до нормы, позволила небольшой экскурс.

— До того, как я сюда устроилась, работали мы с моим Кириком на одном предприятии вместе. Я в конструкторском бюро, а он в отделе технадзора, начальником. А поскольку работала я там давно, и характер у меня общительный, сами видите, то многих я знала и из других отделов и подразделений. Разговариваю как-то с одной, так просто, в коридоре встретились, а она мне: «Смотри, Надюш, вон ту стерву видишь?» «Ну, вижу, — говорю. — А что в ней такого?» Баба та, надо сказать, с претензиями была, но куда ей… И возраст мой, не моложе. Я с ней не здоровалась. А оказалось, что мой с ней крутит, давно, а эта стервозина на каждом углу орет, что, мол, ну и пусть он ей — мне то есть, — дарит бриллианты, а зато мне — ей то есть, — свою любовь дарит. Кирик, он из командировок без подарков никогда не возвращался и камешки начал мне дарить очень давно, почти сразу как поженились. Не спрашивайте, где деньги брал, не скажу. Специфика отдела. Так вот. Пришла я домой чуть пораньше, вытащила из всех шкатулочек свои украшения, выложила кучкой на его носовой платок, жду, глаза платочком тру. Он входит и сразу: «Что случилось, Наденька, кто обидел тебя?» А я платочек к глазам приложила и говорю так с надрывом, но тихим голосом: «Вот, возьми, Кирюша, все это и отдай своей шалаве. Если ты мне любовь свою не даришь, а только лишь бриллиантами откупаешься, то и бриллиантов мне твоих не надо». И пошла плакать в спальню. Ну и что вы думаете, девочки, что он сделал? — с торжеством риторически вопросила Киреева. — Он тут же снял трубку, набрал номер и так ее отчихвостил, такими словами воспользовался, что мне даже полегчало. Смысл такой был: все, говорит, у нас теперь кончено, и не смей языком молоть, ну и эпитеты разные в конце. Она что-то там пищала, но испугалась, это я заметила. У нас в спальне второй аппарат стоял.

— То есть, простили ему? Не развелись? — спросила Валерия. — Я бы так не смогла.

— Вы, Лерочка, глупенькая еще, потому что молоденькая, — усмехнулась Надежда Михайловна. — Что я вначале вам, бестолочам, говорила? Что все мужики коты. Поэтому, лапа, либо не надо замуж выходить либо, уж если вышла, шило на мыло менять не надо. А так я при муже осталась и при бриллиантах. И не просто при муже, а при провинившемся и прощенном, ощущаете? Тогда запоминайте и учитесь.

И они налили себе еще по чуть-чуть.

— Так вы, Надежда Михайловна, думаете, что прекратил ваш муж котовать? — это идиотка Валерия в разнос пошла. Забыла, что в гостях, а не у себя в отделе.

— Лерочка, главное, что он не делает это на работе, меня не позорит и себя бережет от неприятностей. Мы хоть и работаем теперь на разных фирмах, но общие знакомые всегда найдутся, корпоративы, то, се, Москва город маленький. Вы же знаете в лицо моего Кирилла? Знаете. И у меня есть знакомые на его новой работе, даже хорошие знакомые, перезваниваемся. Уборщица у них совершенно душевный человечек и все про всех знает. А мне не втягость с ней поболтать и шоколадку к празднику в кармашек сунуть. Понятно, о чем я?

Девочки решили быстренько сменить тему, зачем нагнетать, не нужно. Но кардинально тему поменять не получилось, стали обсуждать прочие, кроме котов, подвиды биологического вида «мужик».

Пришли к выводу, что бывают козлы, кобели, хорьки и гориллы, еще боровы и свины. Заспорили насчет свинов. Свинья — не подходит, слово женского рода, а свин — как-то почти ласково, кабан — имеет немного другой смысл… Хряк, пожалуй, отразит вполне. Еще есть жеребцы, но в отдельный подвид решили не выделять, оставить как разновидность кобеля. А кабан тогда пусть будет разновидностью гориллы. Опять заспорили.

Тут пугливая Светлана Николаевна взглянула на настенные часы и пропищала, что времени как раз на последнюю капелюшечку, после чего бутылка была опустошена и со стола убрана. Прочий пищевой мусор тоже по-быстрому смели. На столе остались фужеры, коробка конфет «Комильфо» и банан, разрезанный толстыми колесиками.

— А вот я не вполне понимаю, кто такое есть «хорек», — возникла опять Бурова. — Тот, кто грязный и не моется?