Lily Elizabeth Snape - Фанфик Eight

— Я имею в виду, что я ничего не скажу, если вы снова меня ударите, сэр.

* * *

С. С.

Снова. Ах, да. Я заслужил эти подозрения. Проклятая вспыльчивость!

— Я больше тебя не ударю, Гарри. Даю тебе слово, — я замолчал, надеясь, что это заявление пробьется в его спутанное сознание. Посмотрев мне в глаза, он выдохнул, кажется, даже не осознавая, что вообще задерживал дыхание, и улыбнулся. — Что касается вопросов, — продолжил я, — думаю, их у тебя великое множество. Ты можешь задавать их всегда, когда захочешь, не боясь наказания. Это ясно?

— Да, сэр. Спасибо, сэр.

Я ждал продолжения, но он все молчал. «Терпение, Северус».

— Ну? — саркастичный тон. Был ли он лучше грубого? Он подпрыгнул. «Похоже, нет». Над этим мне тоже придется поработать. Пора заводить список!

— Эм, ну… — так тихо, что я едва расслышал. «Жди и не забывай дышать, идиот!» Наконец он сумел справиться с собой: — Все плохие вещи, что я делал, случались из-за того, что я волшебник?

Что ж, это был довольно важный вопрос. Это простое утверждение выдавало его искреннее заблуждение. «Возможно, кто-нибудь в замке присмотрит за ним, пока я навещу этих мерзких магглов».

— Ребенок, короткий ответ — да. Плохие вещи, которые ты подразумеваешь, вроде, апппарации, исчезающих стен, захлопывающихся дверей… это все спонтанная магия. Но я надеюсь, что когда-нибудь ты поймешь, что это не плохо. Это просто случайность. Случайности не являются чьей-либо виной.

Это его не убедило.

* * *

Г.П.

Внезапно камин засветился зеленым пламенем, и в нем появилось лицо леди Поппи. Это было немного страшно, вроде тех вещей, что показывали по телевизору в Хэллоуин, но ей, кажется, было совсем не больно. «Должно быть, это магия».

— Северус, — прошептала она.

— Он ушел, Поппи, — он язвил и смеялся одновременно.

Она вышла из камина, вся покрытая золой. В носу защекотало, но я не посмел чихнуть. Это была моя вина, что камин был таким грязным. Я быстро огляделся по сторонам. Все снова надо было подмести и помыть. Мои руки заболели от одной лишь мысли о той работе, которую придется проделать. «Плохой Гарри! Нельзя так думать!»

Мой Снейп и леди Поппи разговаривали, просматривая что-то, написанное на плотном куске бумаги, с виду напоминавшем одних из тех пакетов из бакалеи. Я воспользовался возможностью выскользнуть из комнаты и принести тряпку и мыльную воду, чтобы вытереть с пола весь этот пепел.

Заметив это, леди Поппи вдруг замолчала.

— Гарри, милый, что ты делаешь? — она наградила моего крестного укоризненным взглядом. «О, нет. Я должен был подождать, пока она уйдет? Я повел себя неучтиво?»

Крестный приподнял брови, посмотрев на меня, и я забормотал:

— Я, эм, ну…

— Ему нравится играть в трубочиста, так ведь, Гарри? — наклон его головы подсказывал, что я должен был согласиться.

Нервничая, я прохрипел:

— Да, сэр.

— Гарри, беги наверх и умойся, — отослал он меня.

— Да, сэр, — я уже был на полпути к моей комнате. Я знал, что он имел в виду.

* * *

С.С.

Информация, которую принесла мне Поппи, не была неожиданной, но мне стало дурно оттого, что все это было вот так изложено на куске пергамента. Задыхаясь, я опустился в ближайшее разваливающееся кресло. Она же тем временем перечислила меры, необходимые для его лечения, и протянула мне список зелий.

— Я принесла необходимые бальзамы и тоники, Северус. И пока ты не начал возмущаться — да, я знаю, что ты и сам мог бы их изготовить. Я лишь хотела сберечь твое время. Я знаю, юный Гарри будет очень расстроен и… Ты хоть слово слышал из того, что я сказала?

Она застала меня врасплох. С каких это пор выражение моего лица выдает мои эмоции?

— Да, спасибо, Поппи. Я ценю, что ты принесла эти зелья. — Она была достаточно тактична, чтобы не упоминать о том, что большинство из них были непомерно дороги. — Я бы предложил тебе чашку чая, но в данный момент мои шкафы пусты.

— Неважно, Северус.

Ей было, что еще сказать. Повышенная интонация последнего слова предложения, дыхание, то, как она закусила нижнюю губу — все это говорило об этом. Продолжит ли она?

Конечно, продолжит.

— Если тебе когда-нибудь понадобится няня, на пару ли часов или подольше, не стесняйся. Просто приходи ко мне. Юный Гарри — это драгоценный дар. Ты же понимаешь это, да?

Я понимал.

Но, будучи ворчливым ублюдком, в ответ я пробормотал лишь нечто неопределенное, а потом протянул ей горшок с лежалым летучим порошком.

* * *

Г.П.

Я умылся, как он и сказал, поспешно воспользовался туалетом и попил воды из протекающего крана. Мне показалось, что Мистер Профессор Снейп всегда сердился, когда находил меня в углу. Так что, хоть я и знал, что там мне и полагалось быть, я нашел себе другое место в комнате, чтобы подождать его.

Я решил сесть на широкий подоконник, где я мог занять свой разум, воображая, что летаю над верхушками деревьев, как Питер Пэн. Как и всегда, когда я чувствовал себя потерянным, я представил, что Динь-Динь найдет меня и посыплет волшебной пылью. «Постойте! Я же волшебник!» Могут волшебники улететь в Нетландию? Но тогда мне всегда будет восемь, а я ничего так не хотел, как вырасти и ни от кого не зависеть. «Все равно другие потерянные мальчики бы наверняка подумали, что я странный и глупый».

Когда небо за окном из сине-стального стало розоватым с красными прожилками, я на секунду забылся, засмотревшись на эту красоту. Будет ли мой мир всегда белоснежно-белым и металлически-серым? Будет ли мой вид всегда ограничен чернильно-грязной потрепанной фланелью и красновато-коричневой радугой сходящих синяков?

Я услышал шум камина внизу и поскрипывание старых ступенек, и мой мир съежился до черноты опущенных век.

— Ты готов, Гарри? — я открыл глаза и моргнул. Кажется, он не был зол, скорее, мрачен и опечален.

Я сполз с подоконника, едва устояв на ногах. «Слава небесам! Он ненавидит, когда я падаю!»

— Да, сэр, — признался я неуверенно. Я ждал. Сомневаясь.

Он достал палочку, и мне пришлось постараться, чтобы не вздрогнуть. Я должен контролировать себя. Я ждал приказа. Но он лишь сменил свою мантию волшебника на обычную одежду.

— Сними мантию, ребенок.

«А вот и оно». Я, естественно, послушался и спустил штаны.

— Что ты делаешь?— закричал он.

«Время признаваться».

— Я не должен был мыть полы, пока Мадам Помфри была здесь, сэр. Простите, я готов к наказанию за, эм….

Что именно было не так с этим? Я не знал.

— … за то, что сделал это.

Он сжал челюсть и кашлянул. Так мы и стояли некоторое время: я — полуодетый и он — в одежде, что выглядела чужой на нем.

— Ладно, — наконец сказал он. — И что, по твоему мнению, я должен сделать?