Lily Elizabeth Snape - Фанфик Eight

Приготовившись ко сну, я приоткрыл немного створку окна, надеясь, что тихие ночные звуки убаюкают мою дрожь. Я ворочался, раздумывая над тем, что так беспокоило моего крестного. Мог ли он злиться на меня? Что профессор МакГонагалл ему сказала? Или он пытался придумать, куда меня девать, когда осенью начнется учебный год?

Дурсли! О, нет, о, нет, о, нет! Не мог же он отправить меня назад к ним. «Он этого не сделает, не сделает, не сделает!» Я выскочил из кровати и взобрался на подоконник. Я пытался отвлечься от мыслей о жизни в доме номер 4, с силой раскачиваясь взад и вперед, зная, что моя спина, должно быть, покрылась синяками. Сражаясь со своим прошлым, я услышал вдалеке плач. Это я плакал?

Я свернулся клубочком, поглощенный этим новым вопросом. Последней мыслью перед тем, как я погрузился в пространство между сном и явью было: «Если это я плачу, то почему мой рот закрыт?»

Я проснулся несколько часов спустя. Было холодно, а мышцы во всем теле затекли. Небо еще только-только начинало светлеть, и серость постепенно сменялась утренними красками. Это самое безопасное время: достаточно светло, чтобы не бояться, но все остальные еще спали.

Я знал, что ленился слишком долго. Прошлым вечером от меня не укрылось, что маленький дом был настолько грязным, насколько это вообще было возможно. Я снова начал с протирки поверхностей, а потом занялся полами. Я решил, что коврики и камин могли подождать. Я только принялся чистить ванну, когда мой Снейп, явно еще толком не проснувшийся, почти запнулся о меня, направляясь в туалет по нужде. Я мгновенно подскочил на ноги, рассыпаясь в извинениях. «Нужно было сначала заняться камином и дать ему время спокойно проснуться и привести себя в порядок!»

Я ждал, сжимая свои чистящие средства, стоя в тени рядом с лестницей. Я заметил, что стены здесь тоже нуждались в помывке. И это тоже нужно было сделать раньше.

Он вышел из ванны и остановился передо мной. Я не мог ничего с собой поделать и весьма заметно вздрогнул, забившись в угол.

— Гарри… — он вздохнул, проведя рукой по лицу и запустив ее в волосы.

Что он сделает? Скажет мне уйти? Я задержал дыхание, ожидая, пока он снова заговорит.

— Ребенок, убери эти средства, умойся и спускайся в гостиную, я хочу с тобой поговорить.

Он проскользнул мимо меня к лестнице. Я подождал чуть-чуть, прежде чем тоже спуститься вниз, в чулан. Так не будет казаться, что я преследую его.

Умывшись, я почти впал в оцепенение: я не знал, что одеть! Он сказал, что мы сожжем мою старую одежду, но мы еще не сделали этого…и если он собирался избавиться от меня…

Нет, я не буду думать об этом. Что будет, то будет. Он, возможно, все равно позволит мне оставить новую одежду, так ведь? Что еще ему делать со шкафом, полным маленьких поношенных детских вещей?

Я оделся в чудесную, идеально подходящую одежду и сразу же споткнулся и, как сказали бы взрослые, кубарем покатился вниз по лестнице.

* * *

С.С.

И вот опять. Ему было больно, а он не издал ни звука. Складывалось впечатление, что ребенок больше беспокоился о том, что испачкал одежду, чем о разбитом в кровь подбородке. Мы быстро позаботились об этом и устроились в гостиной, чтобы поговорить о том, о чем должны были поговорить еще в самой первое утро.

— Гарри, послушай меня внимательно. Тебе больше не надо убираться.

Любой ребенок на его месте, особенно мальчик, радостно захлопал бы в свои пухлые ладоши, услышав подобные новости. Однако у Гарри определенно не было пухлых ладошек, и новость эта его, кажется, совсем не обрадовала. И снова он отказывался смотреть на меня, что неизменно в крайней степени меня раздражало!

— Смотри на меня, ма…

Ах! Я поймал себя на слове. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что он все равно услышал то, что я собирался сказать. Да что ж такое.

— Гарри… — никакой реакции, только пальцы нервно дернулись, сдирая заусенец. — Гарри, посмотри на меня.

Он посмотрел. Вроде того. Его взгляд был устремлен куда-то в мою сторону, а сам он напрягся и отклонился от меня как можно дальше. Поборов очередную волну раздражения, я постарался сохранять спокойствие. Но с чего начать?

— Ты хочешь убираться в доме, ребенок?

Будет ли он честен со мной или попытается задобрить меня? Я приготовился к очередному поводу для расстройства, ведь если я знал его хотя бы наполовину так же хорошо, как боялся…

— Я сделаю все, о чем вы меня попросите, сэр, — ответил он тихо, без какого-либо энтузиазма. Это еще куда ни шло.

— Я не просил тебя убираться в доме, ребенок, и прежде чем ты начнешь извиняться, я бы хотел, чтобы ты знал, что тут не за что извиняться. Ты проделал прекрасную работу с этой старой развалиной, но с помощью магии это было гораздо быстрее и проще. Ты хочешь помочь мне, когда я буду накладывать заклинания?

Как я и ожидал, уловка с магией отвлекла его от его страхов!

Потребовалось несколько секунд, чтобы он осознал, что я ему предложил. И внезапно он радостно воскликнул:

— Да! Да, пожалуйста, сэр!

Посмею ли поправить его? Кажется, да.

— Да, пожалуйста, крестный, Гарри. — По его лицу мелькнула тревога, но я опередил его, заявив: — И эти ваши «простите» тоже запрещены, Мистер Поттер!

Мерлин меня подери, если я не ухмыльнулся, как какой-то школьник, которому было далеко до Слизерина и сальноволосого мерзавца.

Выражение лица ребенка могло бы осветить Большой Зал в безлунную ночь.

— Да, пожалуйста, сэр… эм… крестный! Да, пожалуйста, крестный!

* * *

Г.П.

Он не рассердился, что я не сумел сказать правильно с первого раза! Конечно, нет. Сколько еще доброты он выкажет мне? Нужно держать это в голове, чтобы, когда меня будут посещать плохие мысли, вспоминать об этом.

Он был абсолютно прав на счет магии! Уборка заняла всего несколько минут! Он начал с того места, где я остановился — с ванной. Я отодвинул замыленную и оборванную занавеску, чтобы он мог правильно нацелить палочку. Если я что-то и понимал, то это чистящее заклинание было просто чудом! Интересно, смогу ли я когда-нибудь наложить его. Будет ли у меня такая же палка, волшебная палочка, как у него? И мог ли я воспользоваться его?

Пока он убирался, он накладывал и другое заклинание на сломанные вещи, и они сразу же сами собой чинились! Прежде чем почистить камин, он заставил меня принести старую одежду Дадли. Он помог мне развести огонь обычным или, как он его назвал, маггловским способом. Хотя мы использовали заколдованные бревна. Затем я взял эти вонючие обноски и бросил их в огонь, подтолкнув кочергой.

Я почувствовал себя странно обновленным, наблюдая, как моя бывшая униформа превращается в пепел. Мне отчаянно нужно было задать сжигающий меня вопрос. «Сейчас самый подходящий момент». Я с трудом проглотил желание попросить разрешения задать вопрос, я помнил, как это расстроило моего Снейпа в прошлый раз.