Иван Фаатович - Левый Шиба

- Да. Я сказал ему остерегаться вас. Наверное... мог и не успеть... не помню, - лысый зевнул.

- Тебе же лучше, если не говорил. Отдыхай, - мужчина развернулся и покинул палату быстрым шагом. Прежде, чем умереть, этот "Ичиго" ответит на несколько вопросов...

Ночь опустилась на Сейритей. Первая ночь после вторжения неизвестных. На скальном выступе, у входа в маленькое тайное убежище сидела черная кошка и задумчиво глядела на звезды. Она потеряла их. Ичиго и Гандзю пропали среди бесконечных улиц города Синигами. Их не найти до тех пор, пока они не ввяжутся в какую-нибудь передрягу. "Хоть бы остались живы", - так думала Йоруичи.

Сам рыжий синигами, опершись спиной о грязную кирпичную стену, глядел на трубы и вдыхал ужасную вонь местной канализации. Он успел к ней немного привыкнуть, но дышать приходилось все еще через рукав косоде. Рядом журчали сточные воды, Гандзю присматривал за пленником, который уже отрубился от усталости. Хилый паренек из четвертого отряда был настолько слаб, что Гандзю боялся его ударить. Вдруг убьет ненароком.

- И как он только может спать в этом адском месте?! - спросил здоровяк, морщась от вони. Ичиго не ответил. Он пытался сосредоточиться на своих мыслях. Канализация этому изрядно мешала.

"Зачем он сделал это?!" - подумал Куросаки, - "Теперь, как последний трус боюсь каждого шороха! Проклятый Изаму!" - Ичиго ударил кулаком о камень, припоминая разговор с дядей за неделю до отправки.

О, в тот день Изаму постарался на славу. В то время, как Урахара отмалчивался и увиливал, когда рыжий спрашивал о Сейритей и Обществе Душ, дядя просто взял и в один день вывалил на него всю информацию. О капитанах и лейтенантах, о их силах, о цели самой опирации и роли Ичиго и его друзей в ней. О том, что он слабак и любой капитан не утруждаясь пришибет его одним чихом и еще многое другое. И с каждым словом юный Ичиго понимал, в какую задницу его затянуло. Первая же ночь в городе синигами заставила Куросаки дрожать от страха. Не за себя, нет. Он-то был готов к смерти. Ну, он так, по крайней мере, думал. Юный синигами корил себя за друзей. Они-то не были так готовы. И их жизни полностью на совести Ичиго. Если кто-то из них умрет... нет, он даже не хотел думать об этом.

В капитанских покоях десятого отряда ворочалась на кровати Мацумото. Её пугала неизвестность. Общество душ, как огромный гнойник, постепенно росло и копило проблемы, пока не пришло время лопнуть. Что будет после? Кто знает...

Далеко-далеко за границей города Синигами, в подвале очередного особняка Шиба смотрел в потолок Изаму. В соседней комнате сладко посапывала Куукакку. Бывшего капитана сводило с ума ожидание. "Какого хрена так долго?!" - хотелось крикнуть во все горло и ударить стену. План готов уже очень давно, вот только к исполнению можно будет приступить лишь после ключевого события - смерти Соске. Когда это случится, у него уже не будет пути назад. И он сделает это. Да, обязательно сделает. Изаму поглядел на свою руку, под действием кидо она покрылась древесной корой, затем снова вернулась в норму.

- Надеюсь, все пройдет хорошо...

Второй день после вторжения неизвестных в город Синигами прошел как-то тихо. Слишком тихо. Не происходило практически ничего, переполох потихоньку устаканивался, но многие задавались вопросом: "Куда подевались Риока?"

Они словно залегли на дно, растворились в городе без следа. Нигде никого не было видно. Один только Абарай Ренджи догадывался, куда пойдет рыжий синигами. Ведь в том, что это именно он, сомнений не было. С самого утра лейтенант покинул общее собрание и отправился в путь. К Башне Раскаянья вела всего одна очень длинная лстница. У входа на неё он и остановился. И ждал. Ждал и думал.

"Проклятый рыжий ублюдок!" - думал Ренджи, расхаживая из стороны в сторону. Если бы не Куросаки, его драгоценная Рукия была бы цела и невредима. Ей не грозила бы ни казнь, ни тюремное заключение. Вообще ничего! Если бы, если бы она только не встретила этого гада там, в Каракуре! Еще и капитан! Вместо того, чтобы как-то попытаться смягчить наказание, он не сделал ничего. Бездействовал!

Ренджи был зол. Очень зол и накручивал себя. Накручивал до тех пор, пока площадь не заволок туман, а вдалеке не послышался знакомый голос. Голос, от которого хотелось рвать волосы на голове. На чужой голове. Чужой, рыжей, ублюдочной голове!

Никаких разговоров. Ренджи хорошо помнил, что случилось в тот раз, когда он попытался заговорить во время боя. Рыжий без колебаний всадил ему меч в грудь! На этот раз такого не будет. На этот раз он ответит за все... поплатится.

- Реви, Забимару! - от тихого шепота лейтенанта клинок трансформировался. Красноволосый спрятался за стеной и сощурил глаза, всматриваясь в туман. Показалась фигура в форме синигами. За ней еще две. Первый держал в руках длинный нодати и напряженно осматривался по сторонам. Как только Ренджи заметил рыжую шевелюру, то тут же пошел в атаку.

Словно гигантский стальной хлыст, Забимару летел прямо в Ичиго. Лязгнула сталь, клинок Ренджи втянулся обратно для нового удара. Взвизгнул Ханатару, не на шутку испугался Гандзю.

- Кыш отсюда! - крикнул Ичиго, наблюдая за приближающимся клинком лейтенанта. Вновь противно лязгнула сталь.

- Я сказал, пошли вон! - заорал Куросаки, готовясь ловить третий удар. Ренджи орал во все горло, широко замахнулся и обрушил всю мощь своего клинка сверху на Ичиго.

Куросаки хмыкнул, шагнул вправо, уходя от чудовищного удара. Он был настолько сильным, что Забимару буквально вгрызся в каменную плитку. Впрочем, его все еще можно было легко вытащить. Ударом ноги, Ичиго пригвоздил стальной хлыст к земле.

- Кромсай, Зангетсу! - клинок трансформировался, лезвие засияло, напитанное духовной силой Ичиго. Гецуга Теншоу.

- Вот дерьмо! - сквозь стиснутые зубы прошипел Ренджи и отпрыгнул в сторону, оставив клинок на земле.

- Хадо номер тридцать один, Шаккахо! - красный шар энергии не слишком больших размеров устремился к Ичиго. Новая волна реяцу встретила его на середине пути. Громко бабахнуло. Куросаки развернулся. Краем глаза он заметил фигуру лейтенанта, сквозь облако дыма обходящего парня слева. Гецуга заставила его притормозить.

- Хадо номер тридцать один, Шаккахо! - отчаянно выкрикнул лейтенант. Совсем хилый шар красного пламени был размазан режущей волной реяцу. И пока Ичиго поднимал меч для нового удара, Ренджи сотворил новое кидо.

- Хадо номер четыре, Бьякурай! - белая молния прочертила воздух. В другом конце площади взорвалась часть стены. Перекатом Ичиго ушел в сторону, оставив Забимару лежать. Он бросился прямо, к рукояти зампакто. Туда же, куда и Ренджи.

Ичиго рубанул широко, с плеча. Рукоять лейтенантского зампакто осталась не тронутой. Ренджи сверлил врага взглядом, но сделать ничего не мог. Без своего Забимару он казался совсем беспомощным. Однако это было далеко не так.