Magenta - Шпеер

— Я вас подожду, мистер Поттер, — адвокат многообещающе улыбнулся.

Северус метнул на него холодный взгляд.

— Думаю, не стоит, — сквозь зубы процедил он.

— Господи, какие вы оба ревнивые, — с искренним удивлением сказал Драко.

Гарри послал ему виноватую улыбку и направился к двери.

— Не забудь объяснить Аберфорту, что ты не гей! — вдогонку крикнул Малфой.

________________________________________________________________________________________

1) Ist das wahr? — «Да ну?»

2) Хайлиге шайсе = Heilige Scheiße — «Святое дерьмо»

* * *

Охваченный смутным беспокойством и волнением, Гарри потянул на себя медную ручку тяжелой дубовой двери, сделал шаг и очутился в красноватом полумраке совершенно странной комнаты, будто провалился в темный колодец. Дверь бесшумно закрылась за его спиной — то ли с помощью механического доводчика, то ли по волшебству.

В первый момент он почти ничего не мог разглядеть — после залитых светом залов и коридоров клуба Гарри померещилось, что он попал в опочивальню восточного падишаха. Привыкнув к полумраку, он обнаружил, что недалек от истины — увешанная коврами комната пропахла сладковатыми благовониями, от которых щекотало в носу; взгляд выхватил низкую оттоманку, покрытую накидкой с восточным орнаментом и горой узорчатых подушек. Красноватый, как церковная лампада, свет лизал бок украшенного камнями кальяна, который отчего-то напомнил застывшему на пороге гостю лампу Аладдина. На мгновение Г. Дж. представилось, как Аберфорт вылетает из лампы в виде злого дымного джинна и душит его за горло.

Джинн не замедлил материализоваться в пространстве — от стены внезапно отделилась фигура, которую Гарри поначалу не заметил.

— М-мистер Д-дамблдор? — Г. Дж. вздрогнул от неожиданности и неприличным образом вытаращил глаза, разглядывая хозяина восточных апартаментов. Облик джинна совершенно не соответствовал интерьеру — господин Аберфорт, в джинсах и свитере, казалось, забрел в восточные покои так же случайно, как и гость.

— Много наслышан о вас, мистер Поттер, — негромко произнес Аберфорт и приветственно протянул руку. Гарри вежливо сжал сухую тонкую ладонь и смутился еще сильнее, охваченный странным дежавю — будто однажды уже касался этих длинных аристократических пальцев. Возможно, виной тому был перстень на мизинце, как у псевдо-покойного Альбуса Дамблдора.

— Давно хотелось пообщаться с вами, — ровным тихим голосом сказал хозяин «Ars vitae». — На похоронах нам не удалось познакомиться. Могу я называть вас Гарри? Я старый человек, мне простительно.

— Конечно, — взволнованно сказал Гарри, всматриваясь в его лицо. — Вы вовсе не старый, сэр, — нервно улыбнулся он, силясь быть вежливым.

Аберфорт усмехнулся тонкими губами.

— Присаживайтесь, прошу, — он приглашающе махнул на расшитый узорами пуфик и опустился на оттоманку. — Чай, кофе?

— Чай, если можно, — пробормотал Гарри, подумав, что чаепитие могло бы занять руки и помочь скрыть нервозность.

Больше всего хотелось попросить включить свет и разглядеть Дамблдора-младшего как следует. Пожирать старика глазами было неловко, и все же Г. Дж. не мог отвести от него взгляда: Аберфорт, будучи с виду моложе Альбуса, походил на брата гораздо сильнее, чем это было заметно на видеозаписи.

И вновь как по волшебству, в комнату бесшумно вплыл молодой человек с чайным подносом, поставил угощенье на низкий столик и исчез так быстро, что Гарри ничего не разглядел, кроме темных одежд, изящных, почти женских рук и угодливо склоненной белокурой головы.

— Возможно, вас удивляет мое желание познакомиться с вами поближе, Гарри, — Аберфорт наполнил пиалу гостя приятно пахнущим напитком и придвинул поближе. — Но я смею надеяться, что вы, заступив на место моего брата, наконец поняли, что стали членом большой семьи, а также осознали, какую взяли на себя ответственность.

— Как ни странно, никто не счел нужным предупредить меня, КАКУЮ ответственность, — не удержался от ядовитого выстрела Гарри.

Аберфорт спокойно помешал ложечкой чай.

— Всему свое время, Гарри, — мягко сказал он.

«Дьявол! — вихрем пронеслось в голове Г. Дж. — У него та же манера разговаривать, как и у Альбуса!»

Он уставился в поблескивающий красным отсветом чай в пиале, стараясь не выдать себя: догадка, внезапно пришедшая в голову, обожгла мозг огнем.

Голос хозяина «Ars vitae» не походил на тот, что он слышал в кабинете Амбридж и в «Куане Паркере».

«Можно изменить всё, что угодно... контактные линзы, прическа, очки, пластическая операция, — лихорадочно думал он, глядя на вертящиеся в пиале чаинки и усилием воли сдерживая дрожь в руках. — Но голос!.. Это НЕ Аберфорт!»

Даже голоса близнецов Уизли слегка отличались. Правда, это не помогало установить истину, кто есть кто — при каждом удобном случае Фред и Джордж нагло менялись местами, доводя директора Поттера до белого каления.

— В тот момент вы были не готовы воспринять то, что знаете сейчас, — продолжил Дамблдор. — Вы не понимали, с какими структурами вступаете в контакт, не отдавали себе отчета в том, что от ваших действий зависят судьбы других людей, — тихо сказал он.

«На себя намекает!» — Гарри отпил глоток чая, обжег язык и разозлился еще сильней.

Старик задумчиво погладил скулу. Странный жест не ускользнул от внимания гостя: наверняка на месте гладко выбритого подбородка не так давно красовалась окладистая борода — сейчас Г. Дж. был в этом почти уверен.

— Если бы я знал это изначально, возможно, не наделал бы глупостей, и судьбы других людей сложились бы иначе, — с вызовом сказал Гарри. — Я полагал, что отвечаю разве что за рабочий процесс, прибыль и развитие дела!

Дамблдор уставился на него тяжелым внимательным взглядом. Г. Дж. стало почти так же нехорошо, как на допросе у Риддла: кто бы ни был сидящий перед ним человек, казалось, он так же, как мэр, пробирается в голову и ворошит невидимыми щупальцами мозг.

— Любой из нас в ответе за каждый свой шаг. За все свои действия, а не только за формально вверенные дела, — буравя умным острым взглядом собеседника, сказал старик.

Он осушил свою пиалу и подлил еще. Гарри помнил эти жесты сухих рук — когда-то Альбус Дамблдор опаивал директора чаями в кабинете «Хога».

— Я позвал вас не для того, чтобы предъявить какие-то обвинения, Гарри, — продолжил старик. — И не для того, чтобы дать пищу для размышлений, являюсь ли я Аберфортом Дамблдором, Альбусом Дамблдором, Райнером Шпеером или Эдрианом Макферсоном, — жестко прибавил он.

Чайная ложка вылетела у Гарри из рук и не звякнула лишь потому, что погрузилась в ворс персидского ковра.

Белый как полотно гость уставился на хозяина с мистическим ужасом: проклятый старик читал мысли.