Ярослав Коваль - Техномагия

Правда, в отличие от старшего поколения, она, как и ее молодые товарищи, всетаки сумела привыкнуть к новым условиям жизни, гармонично влилась в них. Новые требования, диктовавшие новые принципы поведения, уже воспринимались автоматически. Но время от времени странное чувство возникало у нее (и, наверное, у многих других тоже). Казалось, будто все это сон, просто ответ на какието ее глупые мечтания о другой, почти кинематографической жизни. Или, может быть, просто компьютерная игра. Ну какой, в конце концов, из нее боец спецназа? Даже если имеется в виду ОСН?

Девушка опустила пистолет и двумя пальцами вытащила изза пояса зеркальце - обычное зеркальце, отломанное от старой пудреницы. Другого, более подходящего, ей отыскать не удалось. Она притаилась за мусорным баком, очень удачно попавшимся ей на выходе из арки, и осторожно выставила изза него это зеркальце. Кайндел знала, что человеческий взгляд, тем более прямой и пристальный, большинство людей способны почувствовать. Однако с отраженным взглядом подобное едва ли возможноПо двору шел Блеск. Его она выхватила взглядом из всего обозримого пространства за долю мгновения - он все такой же смуглый, темноволосый, с небольшой бородкой, подвижный, но при этом медлительный, словно объевшийся хищник, который выбирает местечко, чтоб спокойно подремать. Он шагал неторопливо, разглядывая старую выцветшую вывеску магазина тканей. Сейчас там торговали чем попало, в том числе и домоткаными материями местного производства - из грубой шерсти и крапивного волокна - и всевозможными пуговицами, вплоть до неловко оструганных ножом. Несмотря на то, что производство (по крайней мере, артельное) постепенно налаживалось, подобные предметы до сих пор находили сбыт.

В прежние времена девушка ходила в этот магазинчик облизываться на итальянские сукна. Теперь же смотрела на одного только Блеска. Она не могла понять, что ему тут понадобилось, а заодно прикидывала, куда спрятаться, когда он пойдет обратно - двор не был проходным. Правда, слева находилась арка, ведущая в крохотный дворик, куда и прежде, и теперь загоняли небольшие грузовички с тканями, чтоб там их разгрузить. Справа когдато стояла сетка, огораживающая волейбольную площадку, но сетку давно сняли, видимо, для хозяйственных нужд, и, выломав несколько кусков бордюра для удобства подъезда, теперь владельцы автомобилей парковали там свои средства передвижения.

Спрятаться можно было и за машинами, конечно, однако молодой человек шел дальше, в глубь довольно обширного двора, и изза машин вряд ли можно было чтонибудь разглядеть. Он не оборачивался, и, когда его скрыли кусты, без единого листика, но даже в таком виде густые, Кайндел решилась выбраться изза мусорного бака и направилась за ним.

Он не обращал на нее внимания. Однако лезть ему на глаза не стоило. Всетаки они были слишком близко знакомы, и если молодой человек ее увидит, узнает немедленно. Девушка метнулась к дверям магазина, сумевшим какимто чудом сохранить обе стеклянные створки в прежнем состоянии, и, распахнув их, шагнула в магазин. Она знала, что если не прижиматься к дверям, а держаться чуть в стороне, то через два слоя толстого стекла Блеск ее не увидит.

- Что вы здесь делаете? Кто вы такая?! - ахнула испуганная покупательница, заметившая у двери вооруженного человека.

- Постоим и помолчим, - спокойно ответила Кайндел, ненавязчиво демонстрируя ей пистолет. - Я сейчас уйду.

Та испуганно замерла па месте, рефлекторно подняв руки вверх. Курсантка краем глаза следила за ее возможными действиями, однако куда важнее для нее было увидеть, для чего прежний знакомец вообще зашел в этот дворик.

Молодой человек остановился у противоположной стены буквально па пару мгновений, после чего повернулся и зашагал обратно. Кайндел выдернула ногу, которая придерживала створку двери, укрылась внутри, но на магазин Блеск не обратил никакого внимания. Он просто прошел мимо. Достаточно было простенького заклинания, чтоб узнать, не оставил ли адепт Круга там какуюнибудь магическую хитрость и не ради ли этого он вообще сюда пришел. Но даже простенькое заклятие магического зрения может обратить на нее чужое внимание. И - что самое главное - в такой близости от Ротонды становилось опасно пользоваться чарами. Ощущение «испорченной» энергии напоминало привкус плесени на хлебе, именно оно преследовало девушку даже па таком расстоянии от дома пятьдесят семь по Гороховой, где прежде хозяйничали сатанисты и, видимо, окончательно все испоганили.

«Уже попятно, что придется както убирать это место магической напряженности, - подумала Кайндел, выскакивая из магазина, как только Блеск скрылся под аркой, и кидаясь туда, где он останавливался. - Чистить тут уже, похоже, нечего. Разве что уничтожать и переделывать с нуля. Это ж надо, до чего можно испоганить магическую область.

Интересно, возможны ли вообще восстановление и переделка естественных магических областей?»

Беглого взгляда оказалось достаточно, чтоб заметить нанесенную па штукатурку магическую метку. Это было последнее изобретение техномагов, которое они охотно продали ОСЫ (и, видимо, не только ОСН). Простенькое заклинание, которое помечало конкретную точку пространства. Увидеть его чародейским зрением можно было случайно или только в первые минуты после нанесения, а потом отыскать его способен был лишь тот, кто нанес. Возможно, имелись какието способы впоследствии передавать знание о местонахождении меток или способность видеть их какомуто другому лицу - Кайндел не знала. Да ее это и не сильно интересовало. Вынув из кармана камешек на цепочке, она поднесла его к стене и «скопировала» метку. После чего кинулась к арке, ведущей на Гороховую улицу.

Пролетая мимо магазина, она заметила продавщицу и покупательницу, выглянувших наружу, видимо, чтоб убедиться, что уже можно убегать, и при виде нее испуганно спрятавшихся обратно. Соблюдая все предосторожности, девушка заглянула в арку, потом осмотрела улицу и успела заметить, в какую машину сел ее былой приятель. Она знала, что в первый момент, когда человек усаживается, устраивается, достает ключи, он не смотрит в зеркала, если в них не отражается чтонибудь интересное или настораживающее. Поэтому к собственному автомобилю она направилась без спешки, даже немного вальяжно, и, спокойно усевшись, вынула мобильный телефон.

- Алло… Он оставил метку во дворе дома номер сорок один, на стене. Я скопировала. Сейчас едет кудато. Еду за ним.

- Тебе помощь нужна? - сухо спросил Ирландец.

- Нет, пока не нужна.

- Давай, - ответил руководитель и прервал связь.

Кайндел швырнула мобильный на соседнее сиденье. Ей уже не в новинку было рулить одной рукой - хоть правой, хоть левой. Да, собственно, Шреддер потратил добрых четыре месяца, чтоб обучить ее нормальному с его точки зрения вождению. Занимаясь с каждым из курсантов по очереди, он бурчал нелестные эпитеты в адрес автошкол и тамошних инструкторов, которые считают нормально обученными людей, едва способных сдвинуть машину с места. То, что называется «навыками экстремального вождения», он полагал совершенно необходимым для курсантов ОСН и муштровал своих подопечных с суровостью классного наставника девятнадцатого века.