Миодраг Кайтез - Выставка

Сохраняя бдительность практически до самого конца жизни, Евица, как опытная медвежатница, держала в брачной постели медведя размерами побольше тасманийского дьявола с внешностью Владицы, по статусу мужа и родителя, и держала его на винкулуме [4] Соединительная ткань, связывающая сухожилие сгибателя с костью сустава. (который ей одиннадцать с половиной лет тому назад обеспечила дочка, вы еще услышите об этом), пока он сучил ножками на переднем или заднем дворе (одним окриком она напоминала ему, что важнее всего – семейные узы: Вла-а-а-до-о-о!), даже если таковой винкулум мог служить отличной основой для различных поперечных нитей и завязывания чего-то иного. Знала, как надо, ничего не скажешь, снизу отдавал ей должное Раджа. Каждый знает, что та, которая в кровати добивается такого эффекта, уж никак не прикована к постели килограммами и болезнью, а, по крайней мере, прекрасно усвоила пять из восьми ступеней йоги.

У Раджи в горле пересохло. Не хватает чего-то, легенды, что ли, крючок нужен, чтобы человека на него поймать, встал со скамейки, еще раз обозрев ромбы и круги, и отправился к крану с тыльной стороны дома, выведенному к паркингу из ближайшего подвального окошка, чтобы налакаться воды.

И тут по двору пропылил Боби на своей золотой и причесанной «диане» (укрепленной за счет двух задних сидений так называемой «клеткой» из дуг безопасности с цифрами «сорок девять» на бортах). Тормознул и припарковался на ручнике у самого канала. Во все стороны без разбора полетела мелкая и крупная галька. Один солидный экземпляр, эдакий желвак (с точки зрения пиритологии [5] Пиритология – описание колчеданов. – колчедан, пронизанный серебристыми жилками), завершил полет под носярой Раджи. Струя воды окрасилась кровью. Нашел попутно камушек мастера детали, стоило только ему испытать жажду. Потом он долго будет рассказывать где ни попадя, что в первый и последний раз напился воды из долбаного крана общего пользования, и вы еще услышите о нем. Кому-то жизнь подает знак вытирание тыльной стороной ладони капелек воды с губ падающей звездой или какой другой романтической сенсацией вытирание тыльной стороной ладони крови с морды лица дает знать, как она будет развиваться, а меня эта самая жизнь наградила Раджа поднял с земли желвак и внимательно, истекая кровью, разглядел его как никого другого, отметила этим обычным отходом фрайерской деятельности этого прилизы. То ли из-за очевидной жизненной несправедливости, или же поддавшись инстинкту врачевания раны в полном одиночестве, Раджа скрылся и полтора дня нигде не появлялся. Возвращение к светской жизни и стремление заставить Боби устыдиться, с тем, чтобы возможно, когда-нибудь окончательно простить ему этот желвак, Раджа отметил демонстрацией невероятной иммобилизации родного носа тампонами и пластырями. С шишаком посреди лица он важно уселся на скамейку. Потягивал через коленчатую трубочку молочный коктейль с корицей. Не нарочно, не нарочно, гундосил Раджа в защиту Боби, которому так никогда и не пришло в голову, что случайность – результат невежества.

И вот теперь чертов дом (а с ним и козырек, исключительно выдающийся экземпляр, предположим, космический призыв, в своем непонятном сращении с базовым, не очень эндемичным, но прочным любовным обетом в основе) в соответствии с урбанистическим решением должен уступить место современному армейскому комплексу, исчезнуть с лица земли, словно его никогда и не было, ни его, ни его обитателей. А то, что дело катится к этому, вообще-то всем обитателям дома стало ясно еще чуть больше трех месяцев тому назад после визита мужчины с водянистыми глазами и серыми волосами, одетого в серое, черное и полосатое, и женщинки с распущенными локонами в блейзере искрометной расцветки. Оба они желали лично, с полным пониманием со своей стороны, но с учетом высших интересов сообщить заинтересованным лицам посредством официального документа, в каком направлении и насколько срочно продвигаются дела. Они пытались объяснить (хотя в этом и не было особой нужды) Радже, поскольку сначала нарвались на него, в чем тут, собственно, дело. В итоге официальный документ они вручили господину Перцу, поскольку Раджа, со все еще отекшим носом, жестом мизинца дал им понять, что его отвлекли от важного дела, и тем самым отодвинул их от себя, а надломленный силуэт (под которым маршировала колонна муравьев, ведущих дружную и развитую общественную жизнь в неизменном сообществе) они вряд ли могли рассмотреть с той стороны канала, не говоря уж о том, чтобы связать его с чем-либо, даже если далекий силуэт, растворившийся в незавершенном пространстве, и попался им на глаза.

Важное дело Раджи состояло в пережевывании ириски и неотложном выстраивании отношения – возникшего из нежелания попасть в капкан высокомерного пренебрежения, в который, скажем, обычно попадают академические художники перед первобытным видением мира глазами наивных живописцев – к чертежам под скамеечкой, к выстроенным фалангой ромбам. Неудержимое стремление наземных чертежей завоевать статус уличной достопримечательности и актуального обстоятельства заставляли Раджу углубить это отношение.

В это мгновение Владица Перц на парковке, как назло, подключал сигнализацию. Предварительно он как следует растолкал микролитражку и добротно встряхнул автомобиль сзади. Когда огненно-водянистая парочка подошла к нему, он встретил ее, выкатив грудь колесом, однако коленки его тут же подогнулись, словно от усилившегося впечатления, будто несколько его голов окончательно и бесповоротно разругались, и каждая из них тащит в свою сторону, сначала стиснул губы, но тут же втянул их и, прежде чем завершить церемонию встречи, слегка пощелкал вставной челюстью в сторону пришельцев с тем, чтобы с врожденным чувством вкуса придать происходящему определенную форму и содержание. Щелканье челюстью синхронно совпало с жалобным плачем куклы. Вслед за этим Владица Перц как-то легко и быстро, учитывая характер встречи, принял конверт (так, наверное, принимают ноту с объявлением войны), который женщинка с максимально возможного расстояния с трудом сунула меж двух его когтей.

Сделав дело, ради которого заявилась сюда, парочка немедленно повернулась налево кругом. Они уже отказались от мысли потребовать расписку в получении официального документа. Женщинка внезапно ощутила жажду, а поскольку проглядела краник, который, по правде говоря – подчеркнем в свое время – был совершенно неприметен с тыльной стороны здания, упустила возможность принести себя в жертву и напиться водищи именно из этого крана, показав тем самым кому надо, что и у нее есть душа. Вместо этого она принялась топтать высокими каблуками гальку, подорожник и одуванчики в полном соответствии с внезапно возникшим планом добраться до служебного автомобиля, оставленного на оборудованной парковке, находящейся в ведении Городского ритуального учреждения, неподалеку от мини-рынка, рядом с контейнерами. (На рынке женщинка по инерции упустит возможность приобрести особо популярную в тот день гусиную печенку и ментоловый сироп. В автомобиле ее ждала бутылочка деминерализованной воды). Мужчина с водянистыми глазами, серая материя, ковылял за ней, ежеминутно оглядываясь на вытянутую, словно с пистолетом, руку Владицы с конвертом меж двух когтей. Он ни в жизнь бы не поверил, что целившийся в него конвертом человек никогда не служил в армии. Этот же, с водянистыми глазами, был готов к схватке, и уже разработал отличный стратегический план, мобилизовал силы, просчитал возможные потери, сформировал штаб. Отныне сюда будешь являться сама, это для моих нервов чересчур, так что я тебе передаю руководство рабочим органом.