Мартин Винклер - Женский хор

Вторая пластиковая коробка была прямоугольной. В ней хранились: одноразовое зеркало, металлический гистероскоп, зажим Поцци, заостренные крючковидные кончики которого были воткнуты в пробку, прозрачная штуковина, по форме напоминающая матку, зонды для всасывания, полдюжины спиралей, вогнутый шприц внушительного диаметра и полуцилиндр из пенопласта, покрытый пластиковой мембраной с отверстиями.

Я открыла ящик с шариковыми ручками, вытащила оттуда синий ластик и засунула его в шприц. Он вошел идеально. Это искусственный имплантат. А полуцилиндр – это макет руки: на нем учатся вводить имплантаты под кожу, минуя мышцы.

Наведя порядок и закрыв прямоугольную коробку, я стала рассматривать книги. Национальный формуляр, вышедший много лет назад. Пролистала его. В нем лекарства были упорядочены по типам болезни и по терапевтическому классу, а не в алфавитном порядке, как в книгах, которые лаборатории раздают бесплатно студентам и врачам. И рекламы в нем не было. Объявление на первой странице гласило: «Все сведения, содержащиеся на этих страницах, достоверны и соответствуют уровню современных знаний. Редакторская группа FNP не пользовалась частной поддержкой, данная книга создана независимым обществом вне всяких конфликтов интересов».

Я пробежала глазами список тех, кто работал над книгой, и узнала всего три имени. Доктор Ив Ланс, уролог (УГЦ Турман-Север). Доктор Бруно Сакс, врач общего профиля (Play). Доктор Франц Карма, врач общего профиля (УГЦ Турман-Север). Я не удивлена: вчера он напомнил мне, что он не гинеколог, – но кто доверил ему руководство акушерской клиникой? Я посмотрела на оглавление. Сакс и Карма написали статью «Методы контрацепции» и «Нерегулярные месячные». Эти двое или неудовлетворенные, или чертовски одержимы женщинами. Я посмотрела на дату. Книга была издана шесть лет назад. Все, изложенное ими тогда, давным-давно устарело.

Следующую книгу я знала наизусть. Это был «Очерк по акушерству и гинекологии» Лериш, 13-е издание, 2008 год. Я выучила его от корки до корки, когда готовилась к экзаменам на пятом курсе. Я знала, что делала: преподаватели по акушерству в Турмане почитали Лериша, как Бога, и в конце 80-х все издания после его смерти составлялись его учениками. Я открыла книгу. Текст был испещрен красными пометками и исправлениями настолько, что напоминал граффити. Как будто тот, кто его читал – а это, несомненно, был Карма, – хотел переписать его заново. Я прочла: «Черт знает что!», «Авторитарно!», «Незаконно!», «Уже двадцать лет назад доказано, что это неправда!!!», «А почему бы тебе их сразу не убить?»

Взволнованная, я закрыла очерк. Остальные книги по большей части представляли собой монографии, опубликованные лабораториями. Листая их, я обнаружила, что они тоже испещрены комментариями. Чаще всего встречалось слово «Ложь!».

Так я и думала, этот тип одержимый.

Последней книгой оказалась та, что Карма показал мне вчера: «Женское тело» Оливье Мансо. Не знаю такого. Странная книга. Если я правильно поняла, это было описание женского тела и его… работы на протяжении всей жизни, от зачатия и внутриматочного развития до смерти. Он описал все: физиологию, психологию, сексуальную активность, беременность, старение… Но это не была книга о патологии. Речь здесь шла не о болезнях, а главным образом о том, о чем никогда не говорят на лекциях по гинекологии. Я прочитала оглавление, и названия глав показались мне более чем странными.

Глава 2: «Выбирает ли эмбрион свой пол?» Глава 17: «Так для чего же нужны месячные?» Глава 33: «Что я нашла в этом мужчине?» (Да уж, хороший вопрос…) А еще – и это поразило меня настолько, что я снова громко рассмеялась.

Глава 39: «Я больше не выношу свои таблетки».

Отлично, теперь я, по крайней мере, знаю, откуда он берет свои ответы.

На обложке издания, где перечислялись все «исключительные» свойства книги, редактор упомянул о другом произведении такого же масштаба: «Мужское тело».

Я не шучу.

Я сложила книги в кучу в угол ящика и стала разбирать бумаги.

На них были напечатаны афоризмы, в стиле тех, что я уже видела на экране Кармы.

Ха! Вот так совет! Кто бы говорил!

Я собрала листки в кучу, но мое внимание привлекла еще одна фраза:

После полудня консультации тянулись бесконечно, навевая на меня жуткую скуку. Это моя консультация по психотерапии, подумала я, собираясь пойти за первой пациенткой. Я не боялась, пожимала плечами, держалась как могла, но к концу третьей консультации осознала весь масштаб своего несчастья. Он принял дюжину пациенток, но ни одну из них не осмотрел. Он их только слушал. У них не было симптомов гинекологических заболеваний, они не были больны, у них не было… ничего. Им просто нужно было выговориться. Рассказать о своих месячных, депрессии, детях, родителях, о своей работе, либидо, желании или страхе забеременеть, обо всем без исключения, о мужиках , которые случались в их ненормальной жизни, об их отсутствии или вездесущности, об их странном поведении или об их молчании. Казалось, они говорят только о мужиках. Нет, это не так, была одна женщина лет сорока, которая, объяснив, что с тех пор, как это было в последний раз и они сказали (взгляд в мою сторону, чтобы убедиться, что я не подпрыгну на месте) о ее все растущей страсти к женщинам , она стала выходить в свет и сближаться с двумя женщинами, которые ей очень нравились. Она рассказала о том, как трудно ей выбрать, с какой из этих женщин сделать решительный шаг и переспать. Единственная проблема (и она была вовсе не маленькая) заключается в том, что одна женщина, которую я люблю действительно очень сильно и которая очень чувствительно отнеслась к моей… трансформации, всегда говорила мне, что любит женщин. Так что я чувствую себя с ней более уверенно, потому что у нее есть опыт, в то время как другая, в которую я влюбляюсь все больше… я думаю, что она предпочитает мужчин, поэтому я вообще не знаю, как она отнесется к тому что я начну… за ней ухаживать… ведь прежде я никогда этим не занималась… я даже не знаю, как… Мне захотелось ей сказать: «Обними ее, поцелуй взасос и посмотри, как она отреагирует. Скорее всего, она отреагирует так же, как мужики!» Но Карма только мычал: Мммм… Мммм, – и каждый раз, когда она спрашивала: Что вы об этом думаете, доктор? – он задавал ей обратный вопрос: А вы сами что об этом думаете? и мне хотелось его ударить, потому что при таком темпе я была уверена, что мы застрянем тут до вечера, и потом, когда он закрыл дверь за последней пациенткой, было уже без двадцати семь, и Алина уже давно ушла.