Энн Тайлер - Катушка синих ниток

Стем широким размашистым шагом направился к дому Ри Бэском, а Ред и Денни – в противоположную сторону. Ред шагал тяжело. Раньше он всегда носился сломя голову, а теперь плелся нога за ногу. Они не прошли и трех домов, как услышали крик Стема: «Нашел!» Точнее, услышал Денни, Ред же как ни чем не бывало брел вперед. Денни тронул отца за рукав:

– Он ее нашел.

– А? – Ред обернулся.

– Стем нашел маму.

Они пошли обратно, мимо своего дома к Стему, который стоял в конце квартала и смотрел на дом Линкольнов. Денни ускорил шаг, оставив Ре да позади.

Эбби, с какой-то яркой глиняной штукой на коленях, сидела на кирпичных ступеньках подъездной дорожки соседского дома. Казалось, с ней все в порядке, но она даже и не пыталась встать.

– Ой, простите меня! – сказала она Денни и Реду, когда заметила их. – Не знаю, как это объяснить. Как-то вдруг раз – и оказалось, что я сижу здесь. Сижу и думаю: «Я пришла или ухожу?» Я правда не понимаю. Ужасно неприятное чувство.

– Но с тобой же твоя поделка, – указал Стем.

– Моя… что? – Она посмотрела себе на колени, на очаровательный глиняный домик размером не больше стопки визитных карточек. Ярко-желтый, с красной крышей, по одной стороне – зеленые глиняные плети, имитирующие древесную крону. – Моя поделка, – повторила Эбби недоуменно.

– Значит, ты пришла, правильно? Пришла домой с занятия.

– Да, правильно. – Эбби подняла и показала им домик. – Моя самая лучшая работа за все время! Видите?

– Чудесная вещь, милая, – с чувством произнес Ред.

И все трое мужчин закивали чересчур энергично и заулыбались чересчур широко, как родители, восторгающиеся творением ребенка, которое он принес из детского сада.

Дом на Боутон-роуд был спланирован так, что человек мог стоять у перил холла на втором этаже и слышать все, что происходит у входа. Дети Уитшенков – а порою и Ред – нередко после звонка в дверь затаивались наверху и не спешили выходить: а вдруг заявился кто-то из «сироток» Эбби?

Но Меррик сама здесь выросла, так что в четверг вечером, едва Эбби ее впустила, она подняла голову и крикнула:

– Кто там? Покажись! Я знаю, вы здесь.

Через пару секунд на верхней площадке лестницы возник Денни.

– Здравствуйте, тетя Меррик.

– Денни? Что ты делаешь дома? Привет, Ред-клифф, – добавила она, поскольку Ред тоже появился – с влажными волосами: после работы он принял душ.

– Приветик, – бросил он.

Эбби сказала:

– Рада тебя видеть, Меррик, – и клюнула золовку в щеку, изогнув шею, поскольку Меррик держала перед грудью картонную коробку.

– Эбби, – равнодушно произнесла Меррик. А потом: – Ой, привет, лапочка!

В холл, вывалив язык, выскочила Хайди. С собаками Меррик всегда была любезнее, чем с людьми.

– Кто эта симпатяжка? – спросила она у Эбби.

– Хайди.

– Только не говори, что бедняжка Бренда наконец умерла.

– Нет… – ответила Эбби.

– Как поживаете, мисс Хайди? – Меррик переместила коробку на бедро, чтобы погладить длинный собачий нос.

Если бы не коробка, Меррик являла бы воплощение элегантности – вся из острых углов, с резкими чертами лица, слишком черными волосами, коротко, по-мальчишечьи, подстриженными, в узких белых брючках и какой-то азиатской тунике.

– Мы уезжаем в круиз, – сообщила она Эбби. – А потом я отправляюсь во Флориду, так что вот – привезла вам все из моего холодильника.

Эбби хмыкнула: вечно Меррик навязывает свои объедки, не выносит, когда что-нибудь пропадает.

– Ну что ж, давай. – И Эбби повела Меррик на кухню; Ред и Денни, спускавшиеся по лестнице как можно медленнее, потянулись за женщинами, держась от них поодаль.

– Ты надолго? – поинтересовалась Меррик, взглянув на Денни.

– Я приехал помогать.

Ответ весьма уклончивый. Эбби вмешалась, не давая Меррик продолжить допрос:

– А ты что поделывала, Меррик? Мы тебя не видели все лето.

– Ты же знаешь, я не люблю бывать здесь в жару. Это просто варварство – жить в наши дни без кондиционера. – Она плюхнула коробку на стол. – А, Норма.

Нора едва обернулась от кастрюли, продолжая что-то в ней помешивать.

– Нора, – невозмутимо поправила она.

– Значит ли это, что и Стем здесь? – Меррик посмотрела на Эбби: – Стем и Денни, оба сразу?

– Да. Правда, замечательно? – произнесла Эбби с интонацией чирлидерши.

– Бывают же чудеса.

– Он сейчас наверху принимает душ, думаю, скоро спустится.

– А почему он принимает душ здесь?

Эбби не пришлось отвечать, потому что Ред вдруг сказал:

– Извиняюсь, не расслышал.

– Я говорю: почему здесь?

– Почему что здесь?

– Честное слово, Ред, заведи уже слуховой аппарат.

– У меня есть слуховой аппарат, даже два.

– Значит, хороший заведи, который работает.

На заднем крыльце появились трое мальчишек и прилипли к дверной сетке так, что она начала прогибаться, потом распахнули дверь и ввалились внутрь, запыхавшиеся и разгоряченные.

– Еще не ужин? – спросил Пити.

– Мальчики, помните вашу двоюродную бабушку Меррик? – Голос Эбби звучал ровно.

– Привет, – неуверенно пробормотал Пити.

– Здравствуй, – Меррик протянула ему руку.

Пити замер, но потом поднял руку и хотел дать пять, но у него толком ничего не вышло, он лишь мазнул Меррик по пальцам. Впрочем, его братья и этого сделать не попытались.

– Мы голодные, – сообщил один. – Когда ужин?

– Все готово, – успокоила их Нора. – Идите умойтесь, и можем садиться.

– Что, вот так сразу? – возмутилась Меррик. – Даже выпить не дадут?

Все посмотрели на Эбби. Та слегка растерялась:

– А ты хочешь?

– Водка у вас вряд ли есть? – радостно осведомилась Меррик.

Казалось, Эбби вот-вот скажет «нет», но тут у нее, похоже, включился инстинкт гостеприимства, и она ответила:

– Разумеется, есть.

Водку держали специально для Меррик.

Ред и Денни так и поникли.

– Займешься напитками, Денни, милый? – попросила Эбби. – А мы все давайте пройдем в гостиную.

Покидая кухню, она, Ред и Меррик слышали, как Пити говорит: «Но мы умираем с голоду!» Нора что-то пробормотала в ответ.

– Я сегодня за весь день не присела, – пожаловалась Меррик в холле. – Готовиться к поездке – это просто с ума сойти можно.

– А вы куда?

– В круиз по Дунаю.

– Какая прелесть.

– Но, представляешь, Трей жутко занудствует. Ему бы, видите ли, лучше где-нибудь поиграть в гольф. Ой, Бренда! Вот ты где. Господи, бедняжка, на вид как будто уже покойница. А что с папиными часами?

Эбби перевела взгляд с Бренды – та растянулась на остывающей плитке перед очагом – на каминную полку, где стояли часы. По циферблату змеилась трещина.

– Неудачно поиграли в бейсбол, – объяснила она. – Не хочешь присесть?

– Мальчишки в доме – настоящая казнь египетская. – Меррик, изящно сложившись, опустилась в кресло. На нее падала тень от Хайди, которая выжидающе уселась у ее коленей. – Почему их так много? Я насчитала троих.