Ханна Хауэлл - Волшебство любви

Когда дверь за служанкой закрылась, Тейт со вздохом облегчения плюхнулась на огромную кровать. Она – в стенах Нокандуина! И судя по тому, что сказал лэрд, она могла оставаться здесь сколько угодно! Сэр Дэвид предложил ей безопасное убежище. Клятва матери, лежавшей на смертном одре, – такой обет он побоится нарушить.

Ей вдруг стало стыдно. Он спросил, замужем ли она, и она правдиво ответила, что нет. Но ведь это не совсем правда. Отец продал ее, обещал ее руку сэру Раналду, и большинство людей посчитали бы это таким же обетом, как и брачный. Трудновато будет найти человека, который скажет, что не мешало бы спросить согласия девушки.

Вспомнив вдруг, что она ужасно грязная и пыльная с дороги, что одежда ее пропахла конским потом, Тейт вскочила с постели и принялась раздеваться. Оставшись в одной сорочке, она стала разбирать свои сумки, но в этот момент пришла Дженнетт с теплой водой и лоханью. Другие служанки наполнили лохань водой, и Тейт, едва дождавшись, когда все уйдут, сбросила с себя сорочку, забралась в лохань и, блаженствуя, вздохнула. Чуть помедлив, она погрузилась в воду, втянула носом запах лавандового мыла и принялась отмываться от пыли и грязи.

Когда же она надела чистую сорочку и стала расчесывать волосы, чтобы просушить, угрызения совести вернулись. Она приняла гостеприимство сэра Дэвида – и при этом солгала! Девушка пыталась успокоить свою совесть, обещала себе, что расскажет Дэвиду всю правду, но это почти не помогало. Наконец, Тейт поклялась: если из-за ее побега начнутся неприятности, она немедленно оставит Нокандуин.

Это вернуло ей уверенность в себе, и она, приободрившись, принялась одеваться к ужину в большом зале. Правда, самообладание ненадолго покинуло ее, когда она вошла в зал – до нее вдруг дошло, что она не знала никого из тех, кто сейчас глазел на нее, только имя лэрда.

К ее облегчению, сэр Дэвид встал и указал ей на место слева от себя. Тейт с благодарностью улыбнулась и села на скамью, пообещав себе, что на следующий же день постарается познакомиться с обитателями Нокандуина. И ослепительно улыбнулась, когда Дэвид представил ее своему кузену Ли, сидевшему справа от него; Тейт очень надеялась, что сдержанное приветствие молодого человека вовсе не означало, что его уже утомило собственное гостеприимство. Да, ей следовало познакомиться с людьми лэрда. Не с ним же одним ей общаться…

«Хотя, – подумала она, когда он положил ей на хлеб кусок нежного ростбифа, – я бы не отказалась проводить с ним сколько угодно времени».

Тейт немного удивилась собственным мыслям, поскольку до этого момента находила в мужчинах мало интересного. Да, красота сэра Дэвида была бесспорной, – но она ведь совсем его не знала… Пока что он не очень-то ею интересовался, но ей хотелось, чтобы он попытался. И она даже боялась, что никогда и ничем не сможет его привлечь.

– Нахожу любопытным то обстоятельство, что ты, миледи, в одиночку путешествуешь по такой опасной местности, – заметил Дэвид, оглядев гостью и решив, что Ли был прав и что Тейт Престон – действительно очень красивая девушка.

– Находите?.. Но почему? – Тейт решила не опровергать ошибку сэра Дэвида. Да, ее отец был лэрдом, но вряд ли можно его шестую дочь именовать «миледи».

– Ты ведь хорошего происхождения, верно?

– Да, сэр.

– И все же твои родичи позволяют тебе разъезжать без охраны? – Дэвид нахмурился. Ему снова стало не по себе – как в минуту ее приезда. И это чувство становилось все сильнее. – Ты от чего-то сбежала, так?

Тейт вздохнула и сделала большой глоток вина из кубка, чтобы немного успокоиться.

– Я не убийца и не воровка. Так что какое это имеет значение?

– Имеет. Потому что те, от кого ты сбежала, вполне могут явиться сюда и постучать в мои ворота.

– Вряд ли кто-то явится меня искать. Но если кто-то явится, я тотчас уйду. Это справедливо?

– Достаточно справедливо. Но почему ты не говоришь, от кого сбежала?

Тейт вздохнула.

– У моего отца сэра Малкома, лэрда Престонмура, пятнадцать детей, – начала она с явной неохотой.

– Бог благословил его. А твоя мать?

– Умерла. Она была его второй женой. Он недавно женился в четвертый раз, но его жена, слава богу, бесплодна. – Тейт поморщилась и добавила: – Наверное, так нехорошо говорить. Она, возможно, тоже хочет детей. И не ее вина, что родичи выдали ее за человека, который больше в них не нуждается.

– Почему так много? – спросил Дэвид. – Твой отец намерен собрать собственное войско?

– Если и так, ему следовало бы усерднее трудиться. Потому что, к его великой досаде, тринадцать детей из пятнадцати – девочки. – Тейт невольно улыбнулась, заметив ужас в глазах мужчины, когда они обменивались взглядами. – Двух старших сестер легко удалось пристроить, хотя выдавали их замуж с детьми во чреве. Однако все деньги и земли, предназначенные для приданого, ушли на них. Увы, не так много найдется мужчин, готовых взять невесту без приданого. Поэтому отец придумал вот что: теперь он нас продает.

– Продает?.. – переспросил сэр Дэвид.

– Да. Если мужчине нужна жена, он может купить ее у моего отца. И меня продали сэру Раналду Маклину.

Тейт обрадовалась, увидев гримасы отвращения на лицах Дэвида и Ли. Но мужчины быстро пришли в себя, и стало ясно, что их сочувствие не столь уж велико.

– Я предупредила сестер, – продолжала девушка, – но те две, что старше меня, очень боятся остаться старыми девами. Поэтому им все равно, каким образом найдут для них мужей – главное, что мужья будут. Они-то и сбили с толку остальных, хотя только Элспет, которой восемнадцать, и Джинни, которой шестнадцать, находятся в непосредственной опасности.

– А ты, не одобрив отцовского выбора, сбежала, – констатировал Дэвид, пытаясь выразить неодобрение. Но он прекрасно понимал, почему женщина способна бежать от сэра Раналда.

– Вот именно, – кивнула девушка. – И пока отец не передумает, я не вернусь в Престонмур.

Тейт видела, что сэр Дэвид недоволен, но он об этом ничего больше не сказал. И вероятно, только из вежливости предложил ей прогуляться во внутреннем дворе. Но она все равно согласилась, решив, что если он узнает ее получше, то, возможно, не станет скрывать своего сочувствия. С некоторой тревогой она поняла, что ей нравится проводить с ним время, хотя такое влечение было крайне опасным, вернее – просто глупым. Ведь даже если бы она не тащила за собой шлейф неприятностей, – все равно сэр Дэвид Рутвен не тот мужчина, который благосклонно посмотрит на тощую рыжую левшу.

Но минуту спустя все мысли о сэре Дэвиде вылетели у нее из головы, когда она увидела колодец, откуда брали воду. Колодец находился в ужасном состоянии, и было ясно: если его не привести в порядок, он скоро обвалится. Но сквозь грязь и мусор Тейт видела в этом колодце какую-то странную красоту… Она попыталась подойти к нему поближе, но сэр Дэвид тут же повел ее дальше – словно спешил покинуть это место. Однако она поклялась, что вернется к колодцу на рассвете. Она вдруг поняла, что так сильно тянуло в этот замок. Не надежда найти убежище. Не высокий темноглазый мужчина, взгляд которого согревал ее кровь. Оказалось, что заброшенный колодец взывал к ней, и Тейт твердо решила узнать, что же это за зов.