Хизер Сноу - Сладкая иллюзия

Все его существо противилось этой мысли, и Дерик не понимал, почему так происходит. Уж точно не потому, что она женщина. Будучи шпионом, Дерик не раз подвергался нападению со стороны агентов женского пола и вынужден был сражаться с ними. Уж он-то знал, какой обманчивой бывает женская внешность. Зачастую нежные и, казалось бы, невинные создания на деле оказывались смертельно опасными врагами.

Дерик не сомневался в том, что Эмма могла бы расшифровать донесения пропавших агентов и передать их тем, кто попал в руки Фарнзуэрта во Франции и в конечном итоге привел их сюда, в Дербишир. Кроме того, она постоянно жила с братом и вполне могла узнавать от него секретную информацию, если, конечно, он был как-то причастен к утечке.

Дерик поравнялся с объектом своих раздумий лишь за несколько шагов до кучки скорбящих, окруживших родителей Молли. Все это время Эмма старалась идти чуть впереди, пытаясь показать, что главная здесь все же она.

С губ Дерика невольно сорвался тихий смех.

Когда они подошли чуть ближе, он шепотом спросил:

– Кто из них был помолвлен с Молли?

Эмма указала на невысокого крепкого парня, пятью годами младше Дерика, с квадратным подбородком и огромными, похожими на каменные глыбы кулаками. «С помощью таких рук легко можно забрать чью-то жизнь», – отметил про себя Дерик. Окажутся ли пальцы этого парня такими же длинными, как и синяки, что он обнаружил на шее Молли Симмз?

– Джеймс Марвелл, – еле слышно сообщила Эмма. – Он работает подмастерьем у мясника. Они с Молли…

– Ни слова больше. Подробности мне хотелось бы услышать от него самого.

Эмма схватила Дерика за руку, вынуждая его остановиться.

– Я вижу, вы собираетесь учинить допрос вопреки моей просьбе. Прекрасно. Я не могу вас остановить. – В глазах Эммы возникло выражение, которое, как уже понял Дерик, предваряло череду ее недовольных тирад, произнесенных себе под нос.

Он ждал.

– Не важно, что я много лет занимала пост судьи, в то время как вы занимались… один Бог ведает чем, – раздалось едва различимое бормотание.

Желание улыбнуться застало Дерика врасплох. Для него, привыкшего к тому, что окружающие тщательно скрывают свои мысли и эмоции, эта привычка Эммы говорить без обиняков была словно глоток свежего воздуха.

– Сибаритствовал и предавался разврату, – солгал Дерик, любуясь очаровательным румянцем, залившим щеки и грудь Эммы.

Именно поэтому он не верил, что она предатель. Эмма выпаливала все, что приходило в голову, зачастую не задумываясь о последствиях. А потом чувствовала себя униженной. Такое не подделаешь.

Нужно просто время от времени подшучивать над ней, чтобы понять, свойственно ли ей краснеть постоянно.

А Эмма, вместо того чтобы замолчать, храбро продолжала:

– Вы говорите, что можете добыть информацию, которой мне не заполучить никогда. А я скажу, что это пустая трата времени. Предлагаю подкрепить слова действиями.

«Действиями?»

– Вы хотели сказать делами. Подкрепить слова делами.

– Делами. – Эмма коротко кивнула и на мгновение задумалась, как если бы запоминала это слово на будущее.

– Странно. Вы утверждаете, что способны дословно передать беседу, которая состоялась много лет назад, но в то же время не можете запомнить ни одной пословицы.

Эмма пожала плечами.

– Так уж устроен мой мозг. Знаете, в большинстве своем пословицы так нелепы, что не стоят запоминания.

– Хм… Так что вы задумали? – спросил Дерик.

– Поскольку я уверена, что с помощью своих вопросов вы не узнаете ничего нового, вам придется отойти в сторону и позволить мне вести расследование самостоятельно.

– Самостоятельно. Хм… – Дерик будет глупцом, если согласится на это пари. Если Эмма выиграет, его расследование окажется на том же самом месте, где оно было несколько дней – а может, даже недель – назад. И все же он был уверен, что сможет узнать больше, чем Эмма. В качестве платы можно потребовать от нее ту информацию, которой она ему еще не сообщила, и эти сведения сделают игру стоящей свеч.

– А что получу я от этой сделки, если обнаружу новую ниточку?

– Извинения, конечно, – произнесла Эмма таким тоном, словно слоги этого слова были отлиты из золота.

– Извинения? – усмехнулся Дерик. – Поскольку вы такая компетентная женщина, полагаю, извинения в ваших устах звучат нечасто и посему действительно ценны. – Дюжина чувственных образов, включающих в себя губы Эммы и различные части тела Дерика, промелькнула у него перед глазами, и он, не подумав, выпалил: – Вообще-то я хотел бы получить из ваших уст нечто иное. Думаю, поцелуй подойдет.

– Поцелуй? – Эмма приподняла брови.

Что, черт возьми, он только что сказал? Он же хотел поторговаться, и чувственное влечение тут ни при чем. Но теперь, когда предложение высказано вслух, пути назад нет.

– Поцелуй. Мне он доставит удовольствие, да и вашему достоинству ущерба не нанесет.

– Но почему, скажите на милость, вы хотите… – Эмма осеклась, сомкнула губы и отвела глаза. Одной рукой она смущенно откинула со лба выбившийся из прически локон, в то время как другую крепко прижала к животу.

Эти два, казалось бы, незначительных жеста заставили Дерика судорожно втянуть носом воздух. Так как свидетельствовали они о двух вещах.

Во-первых, Эмма понятия не имела, как она красива. И не просто красива, а настолько желанна, что захватывало дух. А во-вторых, при мысли о поцелуе все в ней затрепетало.

По телу Дерика разлилось тепло. Он даже не хотел подыскивать имени тем эмоциям, что захватили его при виде этих двух признаков состояния Эммы.

– Так что вы мне ответите, Эмма? Вы готовы подарить мне поцелуй? Только учтите, я жду, что вы поцелуете меня по-настоящему, в губы. Я хочу, чтобы в случае выигрыша каждый получил то, что ему действительно ценно. Более того, – добавил Дерик, воодушевившись собственной идеей, – я бы предпочел полную свободу действий в том, что касается длительности поцелуя и его… глубины.

Эмма судорожно сглотнула.

– А существует какая-то градация поцелуев? – спросила она, еле заметно вскинув голову. Судя по всему, Эмма совершенно не понимала значения его слов. Однако ее заметно потемневшие янтарные глаза говорили об искреннем желании понять.

О господи! Дерику не терпелось приступить к обучению. В конце концов, это всего лишь поцелуй. Он ничего не испортит. Кроме того, Дерик не собирался использовать его в корыстных целях и, стало быть, не нарушит своей клятвы.

Он ждал ответа. Эмма облизнула губы, а потом закусила нижнюю. Наконец она коротко кивнула, и по телу Дерика разлилась горячая волна.

Но уже в следующее мгновение он переключил внимание на Марвелла, намереваясь расспросить мясника первым.