Орсон Скотт Кард - Тень Эндера

Какие бы там гены ни изменили, чтобы получился я, они все равно не те, которые нужны в настоящей борьбе.

Эндер чуть не погиб из-за меня. Потому что я разъярил Бонзо. Потому что я в критический момент потерял бдительность.

Потому что не остановился, не подумал, как это сделал Бонзо, не понял, что единственное место, где можно найти Эндера в одиночестве, – это душевая.

И если бы Эндер сегодня погиб, это снова была бы только моя вина».

Ах как хотелось Бобу сейчас убить кого-то!

Не Бонзо. Бонзо уже мертв.

Ахилла. Вот кого ему хотелось уничтожить. И если бы Ахилл оказался здесь сейчас, Боб обязательно прикончил бы его. И вероятно, достиг бы цели, если бешеной ненависти и бездонного стыда достаточно, чтобы противостоять силе и опыту убийств, накопленных Ахиллом. А если бы, наоборот, Ахилл убил его, то это самое малое, чего заслуживал Боб, обманувший ожидания Виггина.

Боб почувствовал, как зашаталась его койка. Это Николай одним прыжком преодолел разделявшее их расстояние.

– Все в порядке, – прошептал Николай, дотрагиваясь до плеча Боба.

Боб перевернулся на спину, чтобы видеть лицо Николая.

– Ох! – воскликнул тот. – А я думал, ты плачешь.

– Эндер победил, – ответил Боб. – Так чего ж тут слезы-то лить.

– В смерти мальчика никакой необходимости не было.

– Смерть мальчика и не планировалась.

– Но эту вероятность надо было предусмотреть.

– События, которые уже произошли, всегда кажутся легко прогнозируемыми. Не забывайте, это всего лишь дети. И мы не предполагали такого накала и стремления к насилию.

– Я вам не верю. Я верю тому, что именно на таком уровне стремления к насилию вы и строили свои расчеты. Вы рвались к этой цели. И полагаете, что эксперимент удался.

– Я не отвечаю за ваши предположения. Я могу лишь не соглашаться с ними. Эндер Виггин готов для перевода в Командную школу. Таков мой рапорт.

– А у меня есть еще отдельный рапорт капитана Дэпа – преподавателя, которому было поручено специальное наблюдение за Виггином. И в этом рапорте – за который, кстати, он не понесет никакого наказания – говорится, что Эндрю Виггин психологически не готов к выполнению своих обязанностей.

– Если это и так – в чем я сильно сомневаюсь, – то это явление временное.

– А как вы думаете, каким временем мы все располагаем? Нет, полковник Графф, в настоящую минуту нам придется рассматривать ваши действия в отношении Виггина как полный провал, а мальчика – как потерянную возможность, материал испорченный и, возможно, уже вообще ни к чему не пригодный. Итак, если вы обойдетесь без новых убийств, я считаю, что на первый план должен быть выведен тот, другой. Я хочу, чтобы он был подготовлен к поступлению в Командную школу как можно быстрее.

– Хорошо, сэр, хотя должен сказать, что не считаю Боба надежным.

– Это почему же? Не потому ли, что вам пока еще не удалось превратить его в убийцу?

– Потому что он не человек, сэр.

– Его генетические особенности вполне укладываются в масштабы естественных вариаций.

– Он создан искусственно, а его изготовитель – преступник, не говоря уже о том, что официально признан безумцем.

– Я бы мог согласиться с вами, если бы речь шла о его отце или матери. Но врач… Этот мальчик нам нужен, и мы должны получить его как можно скорее.

– Он непредсказуем.

– А разве Виггин предсказуем?

– Он менее непредсказуем, сэр.

– Вы очень осторожны в своих формулировках, особенно учитывая, что всего несколько минут назад утверждали, что убийство было сложно предсказать.

– Это не было предумышленным убийством, сэр.

– Ладно, скажем, непредумышленное человекоубийство.

– Отвага Виггина подтверждена, а Боба – под вопросом.

– У меня есть рапорт Даймака, за который он опять-таки не…

– …не будет наказан. Я с ним знаком.

– Поведение Боба в ходе последних событий выше всяких похвал.

– Тогда доклад капитана Даймака неполон. Разве там не говорится, что именно Боб был тем человеком, который подтолкнул Бонзо к насилию? Он нарушил секретность и сказал ему, что армия Эндера создана из специально отобранных людей с исключительными способностями.

– Это был поступок, предусмотреть последствия которого просто не представляется возможным.

– Боб действовал так, спасая свою жизнь. И таким образом перевел угрозу на Эндера. То, что в дальнейшем он постарался снять эту опасность, не меняет факта, что, находясь под давлением, Боб может предать.

– Вы позволяете себе излишне резкие выражения.

– И это говорит человек, который только что назвал акт самозащиты хладнокровным убийством.

– Довольно! Вы временно освобождаетесь от занимаемого поста руководителя Боевой школы и отправляетесь в отпуск вместе с Виггином на время его лечения и отдыха. Если Виггин за это время поправится и будет готов для поступления в Командную школу, вы можете вернуться с ним и сможете опять оказывать воздействие на процесс воспитания детей, которых мы направляем сюда. Если Виггин не поправится, останетесь на Земле ждать военного трибунала.

– С какого времени я считаюсь отстраненным?

– С момента отлета на челноке вместе с Виггином. Вас временно заменит майор Андерсон.

– Очень хорошо, сэр. Виггин вернется для дальнейшего обучения?

– Если мы захотим его взять.

– Когда вы справитесь с раздражением, которое обуревает всех нас в связи с печальной кончиной этого Мадрида, вы поймете, что я был прав, а Эндер – единственный надежный кандидат, причем сейчас он надежнее, чем был раньше.

– Я прощаю вам эту парфянскую стрелу. И если вы правы, желаю вам всяческого успеха в работе с Виггином. Свободны!

На Эндере по-прежнему оставалось только полотенце вокруг бедер, когда он вошел в казарму Драконов. Когда он встал на пороге, Боб увидел его лицо, похожее на маску смерти. Он подумал: Эндер знает, что Бонзо мертв, и мысль об этом убивает его.

– Привет, Эндер! – воскликнул Хана-Цып, стоявший у двери с другими взводными.

– А тренировка сегодня будет? – пискнул кто-то из самых юных солдат.

Эндер передал Хану листок бумаги.

– Значит, тренировки не будет, – тихо сказал Николай.

Хана-Цып выругался:

– Вот сучьи дети! Две сразу?

Бешеный Том заглянул через его плечо:

– Целых две армии!

– Так они там затопчут друг друга! – воскликнул Боб.

Больше всего его поразила не тупость учителей, которые объединили две никогда не контактировавшие армии – неэффективность такой стратегии была многократно доказана военной историей, – а скорее тем менталитетом типа «вставай-и-немедля-садись-на-коня», который заставляет их продолжать политику силового давления на Эндера, да еще в такое время. Неужели учителя не понимают, какой вред они этим наносят Эндеру?