Екатерина Рыбас - Лошадь на даче

На четвертом месяце Плаша получала молочную смесь так же, как на третьем, но после каждого кормления еще ела по полкило овса или каши. Она по-прежнему весь день паслась на солнышке, бегала вдоволь.

К концу четвертого месяца жеребенок пролинял и стал ярко-светло-рыжим с пушистой гривой и светлым хвостом. Молочной смесью удалось докормить до пяти с половиной месяцев — дальше деревенские козы практически перестали доиться. Последний месяц вскармливания Плаша получала три раза в день по четыре л смеси и три раза поилась из ведра, по одному кг овса, каши и моркови. С шести месяцев Плаша перешла на взрослый рацион.

В семь месяцев Пеларгонии сделали операцию по закрытию паховой грыжи. Грыжа образовалась из-за того, что при рождении Плаша резко встала и вырвала пуповину. Операцию проводил замечательный доктор Ерофеев Владимир Иванович, мы вымыли денник, положили тюки с сеном, сделав «операционный стол» и в таких не стерильных условиях успешно ее прооперировали. Операция существенно отразилась на росте, он резко замедлился и остановилось увеличение показателей обхвата груди. Через два месяца после операции кобылка снова стала активно расти. Неприятности со здоровьем не повлияли только на показатели обхвата пясти.

С года Плаша постоянно работала на корде по пять-де-сять минут. Этим летом (2004) у нее были проблемы со швом после операции — образовался абсцесс, который был очень болезненным, два раза приезжал доктор Ерофеев, вскрывал этот абсцесс и вытаскивал нитки. Плашу мучили мухи, она немного похудела, потому что приходилось колоть ее антибиотиками. Кормила я ее три раза в день: утром сухой овес два кг с килограммом нарезанной моркови, сено — вволю, днем каша из запаренного овса (два кг и отрубей полкило, трикальцийфосфат 40 г, сухое молоко 50 г, подсолнечное масло одна чайная ложка, дрожжевая подкормка и «Аминовитал"), вечером — запаренный овес два кг с размоченными травяными гранулами (300 г), сено.

С года Плаша начала заваливаться в деннике, приходилось вставать оттаскивать ее по два-три раза за ночь, поэтому я попробовала поставить к ней в денник Деметру. Они прекрасно ужились, вместе кушали и самое главное — восьмимесячная Даня не давала Плаше заваливаться.

В полтора года у Плаши проявился «козлиный характер»: она кусалась, свечила в руках и могла ударить передней ногой, я даже думала, что она будет очень строгой кобылой.

В два года Пеларгония гуляла в леваде, работала групповым способом, вместе с другими лошадьми. Она получала овес по шесть кг, кукурузу, пшеницу, ячмень и травяные гранулы в каше, отвар льняного семени, подкормки, сено вволю.

В два года и три месяца я сделала Плаше обтяжку — приучила ее сначала к уздечке и седелке, а затем и к седлу. В это время я гоняла кобылу на корде по двадцать минут, приучала с голоса выполнять команды «Шагом!», «Рысь!», «Галоп!», два раза в неделю прыгали на свободе по кругу. Ставила ей в основном брусья, первый этап нап-рыгивания мы закончили с контрольным прыжком 70 см, при рабочей высоте 50 см. Плаша прыгала с удовольствием, с рыси, после прыжка сразу переходила в рысь и резко сворачивала ко мне за сахаром.

Все лето Плаша гуляла с пяти часов утра до полуночи и вволю ела траву. Осенью я кормила ее луговым сеном, два раза в день кашей, и по ведру моркови. В сентябре Плаша чуть не погибла, у нее случился гипертонический криз, из-за резкого повышения внутричерепного давления сильно пошла кровь из носа. Плаша потеряла сознание и упала в леваде, с большим трудом удалось привести кобылку в нормальное состояние, после этого она сутки лежала и потеряла зрение, слух и осязание на несколько дней. Плаша вытерпела несколько курсов необходимых лекарств, после которых ей стало значительно лучше. Такое состояние не удивительно: тем летом была жаркая погода и повышенное давление.

В два года и девять месяцев Плаша регулярно работала на корде на резинках и под седлом. С февраля мы стали работать с Трубициным Александром Сергеевичем. Он помог заездить Плашу, держал ее, когда я ложилась животом на нее и водил ее в первые дни. Плаша оказалась очень покладистой в заездке, отлично работала ртом, шеей. На пятый день мы уже ездили рысью под верхом. Каждый день она бегала полчаса рысью, три раза в неделю прыгали на свободе и три раза под верхом. На свободе ей ставили пирамиду высотой 60-65 см и шириной метр, с подсказкой.

К трем годам у Плаши стали меняться зубы, сухой овес она не ела, и приходилось три раза в день делать ей кашу. Она получала семь кг овса, три кг отрубей, клеверное сено и подкормки «Эквистро», «Мегабазу» и «Амино-лайт».

Весной мы начали ее активно тренировать и готовить к испытаниям, водили в поля, сначала гоняли на корде с шамбоном, потом потихоньку стали на ней ездить и нап-рыгивали на свободе. Мы ставили в леваде шпрингартен и сооружали барьеры из берез в поле. Плаша сначала плохо прыгала, не аккуратно, но все же удалось ее подготовить до 130 см.

Я ездила на Пеларгонии сама, реже садился Труби-цин. Отрабатывали подъемы и переходы из аллюра в аллюр, остановки. Однажды в поле Плаша вырвалась с корды и убежала, так я кричала ей вдогонку, и она вернулась на зов, да еще как летела и ржала, «потеряла маму».

Когда мы отправились на испытания в ВНИИ коневодства, по дороге сломался коневоз, и поэтому приехали в Рязань поздно вечером. Поставили нас в экспериментальную конюшню, где стоят жеребцы, от этого кобылы просто сбесились и все испытания очень плохо себя вели. Если на оценке качеств движения Плаша показала себя очень хорошо, то в шпрингартене отказалась бегать и искала меня.

Результаты испытаний в три года: Оценка экстерьера 7,73, тип 7,88, среднее 7,81. Двигательные качества: 7,72 (15-е место): шаг — 9, рысь — 6,5, стиль р/г 3,83/3,83. Прыжковые качества: 7,28 (17-е место): чистота — 13,5, стиль — 6,33, поведение 2. В ринге тракененских кобыл трех лет Плаша заняла второе место, пропустив победительницу только из-за низких оценок.

Вот и выросла Плаша в большую красивую кобылу! Мы готовились к стартам, начали немного прыгать под верхом, в августе 2004 г. я сделала новый грунт на плацу, и были отличные возможности полноценно тренироваться. После Александра Сергеевича рот у Плаши стал очень жесткий, она была жутко скована в шее, всю работу пришлось не то, что начинать с начала, а работать на расслабление, в основном на корде с шамбоном. В ноябре кобыле опять не повезло: сначала Экзотика укусила ее за верхнюю губу и вырвала кусок, пришлось вызывать Вику и вместе мы наложили три шва на рваную рану. Потом Ха-мурапи зажала Плашу в угол и отбила по ней со всей силы, на седалищном бугре образовалась яма, и затем огромный отек, опять пришлось обкалывать ее дексометазоном и две недели оттирать этот отек. Плаша хромала, но все обошлось. Так что получилось, что всю осень кобыла опять не работала, а гуляла в свое удовольствие. В декабре я занималась с Борисовой Людмилой Павловной, которая показала мне, как надо правильно работать молодую лошадь в руках, мягко и терпеливо. Я начала ездить со свободным поводом, и много работать в руках. Январская погода позволила попрыгать лошадей на свободе и я с удовольствием отметила улучшение качества прыжка у Плаши, она стала прыгать более расковано и лучше баскюлировать.