Дэвид Бекхэм - Моя команда

— Дэвид, ты в порядке?

Я ничего не ответил. Выражение моего лица говорило обо всем. «Даже не думайте снять меня. Я должен быть здесь, когда мы победим».

Себу Верона заменил в перерыве Пабло Аймар. Он выглядел единственным игроком, который мог что-то переменить в их пользу. Чем дольше продолжался этот тайм, тем дальше вперед он проникал а это означало, что наши игроки средней линии были вынуждены оттягиваться гораздо глубже в попытках остановить его. А закончили мы тем, что вся остальная команда буквально наступала пятками на носки ног наших четырех защитников. Аргентина то и дело била по воротам и навешивала мяч за мячом, и у них было несколько хороших возможностей сравнять счет.

Для болельщиков, наблюдавших за матчем дома, по телевизору, эта заключительная четверть часа должна была выглядеть невыносимой. Дэйв Симэн сделал несколько прекрасных сейвов. Сол и Рио продолжали смело бросаться под удары, блокируя попытки аргентинцев пробить в рамку. Это было потрясающее зрелище, но я хотел, чтобы оно поскорее кончилось. Я вместе с остальными парнями тоже изо всех сил старался защитить наши ворота, но в то же время жажда борьбы смешивалась с тайным желанием спрятаться с закрытыми глазами за каким-нибудь диваном, как это, наверное, делали в те минуты дома некоторые английские болельщики.

Когда прозвучал финальный свисток, ко мне подбежали Рио и Тревор. Это был просто великий момент. Для нас и для болельщиков. Я позвонил Виктории из туннеля примерно через полчаса после завершения матча. В тот момент я был не в состоянии выразить свои чувства словами и не мог толком расслышать ничего из тех полуфраз, которые она произносила. Моя жена сидела у своих родителей. У них там был полон дом родственников и друзей, причем сейчас все они кричали и пели где-то рядом. Позже я звякнул Дэйву Гарднеру, и тот сказал мне, что в Англии все сошли с ума. В данный момент он находился в центре Динсгейта, главной торговой улицы в Манчестере, сплошь застроенной магазинами. Дэйв сообщил, что сразу после окончания игры в Саппоро всякое автомобильное движение в этом районе прекратилось и повсюду царило бурное веселье. Дэйв никогда не видел ничего подобного. Поговорил я и с Саймоном, одним из ребят, работавших в моем агентстве SFX. Он был в Лондоне и оказался на площади Трафальгар-сквер. Там происходило то же самое — народное гулянье. Как и после каждой игры на чемпионате мира 2002 года, я связался с Гэри Невиллом. Он тоже был в весьма приподнятом настроении, и это притом, что сам Газ из-за травмы упустил свой шанс. В тот вечер я в первый и единственный раз услышал, как он сказал:

— Жаль, что меня там нет.

Гэри — командный игрок. Идеальный командный игрок. Он-то уж точно знал, что это означает — выиграть ответственный матч вроде встречи с Аргентиной Он любил участвовать в таких событиях. Я хотел услышать от него о том, какие события происходят у меня дома. А Гэри желал узнать во всех подробностях о том празднике, который продолжался в Японии.

Если бы мне было дано осуществить одно-единственное невозможное желание, как это бывает в сказках, я бы хотел ненадолго вернуться в Англию через минуту после важной победы в кубке мира или на европейском чемпионате, увидеть своими глазами как люди празднуют успех, и присоединиться к ним. Мне хотелось бы получить свою толику всего того возбуждения и восторга, которые вспыхивают по всей Англии когда мы забиваем гол, увидеть скачущих от радости людей, ощутить объятия незнакомцев — в Лондоне, Манчестере, Бирмингеме, Ньюкасле — короче, всюду. Я это обожаю.

Да и здесь, в Саппоро, я ни за что не хотел покидать поле. Пока на стадионе еще оставался хоть один игрок сборной Англии или даже один английский болельщик, мне хотелось быть рядом и праздновать успех вместе с ними. В конце концов я все-таки прошел к туннелю, чтобы дать телевизионное интервью и затем отправился в раздевалку. Я оказался последним, кто туда вернулся. Ко мне подошли Терри Бирн и Стив Слэттери, чтобы обнять и поздравить. Уж они-то знали совершенно точно, что означал для меня сегодняшний вечер. Свен-Горан Эрикссон пожал мне руку. Он понимал, чем являлся для команды сегодняшний успех. А музыка из альбома Ашера снова заполняла все своим могучим ревом. Рио возглавлял цепочку танцоров посреди помещения, пинками отбрасывая с дороги разбросанные повсюду футболки, бутсы и наколенные щитки. Мне бы хотелось, чтобы мы могли встретиться с Бразилией на следующий день. Или даже в тот же самый вечер. Мы чувствовали себя настолько сильными, что казались самим себе непобедимыми. Да еще плюс возбуждение и душевный подъем, которые действовали не хуже заправского допинга. Свято уверен, что мы бы победили и бразильцев, и кого угодно. Атмосфера в раздевалке после победы над Аргентиной порождала такое чувство, что сборная Англии неукротима.

Когда мы вернулись в гостиницу, родители уже ждали меня. Они приходили в Японии на каждую игру. Мама была вся в слезах — именно это мне и требовалось сейчас, чтобы стряхнуть с себя напряжение и неумного очухаться, — да и папе, думается, тоже пришлось сдерживать слезы:

— Я так горжусь тобой, сынок!

Тони Стивенс тоже смог пробиться к нам после этого матча. Он ведь не только агент, работающий в футбольном бизнесе, но и заядлый болельщик этой игры, который, как и все другие фанаты сборной Англии, собравшиеся в этот вечер на стадионе «Купол», получил сегодня огромное удовольствие. Тони подошел и обнял меня:

— Это было просто невероятно, Дэвид! Кто опишет твою жизнь?

Помещение, приготовленное для нас, было очень японским — большая, бледно-серая комната с пустыми стенами, большие прямоугольные столы, застланные белыми скатертями, еда и напитки разложены и расставлены таким образом, чтобы люди сами брали себе то, что им по душе. По правде говоря, мы представляли себе большой прием несколько иначе. Правда, к этому времени дала себя знать усталость, особенно после того, как мы все позволили себе бутылку-другую пива. Некоторые из ребят рано отправились спать, особенно те, кого не ждала семья. Остальные медленно погружались в полусонное состояние, а пока что бродили вместе выпив несколько бокалов вина и провозглашая тосты за прекрасный счет: Англия- 1, Аргентина-0!

Всюду, куда бы мы ни пошли тем летом, нас сопровождали группы японцев. Они делали все мыслимое и немыслимое, чтобы мы чувствовали себя, как дома, — насколько это вообще возможно в стране, которая так отличается от нашей. А у себя в гостинице я получал буквально мешки открыток и писем от японских болельщиков: «Желаем удачи, Бекхэм! Желаем удачи Англия! Мы очень счастливы, что вы находитесь здесь в нашей стране». Мы чувствовали, что должны дать им хоть что-то взамен и изыскать способ сказать всем этим людям теплые слова благодарности.