Дэвид Бекхэм - Моя команда

Благодаря присутствию Виктории и Бруклина, я был спокоен и мог полностью сосредоточиться на единственной вещи, которая в тот момент имела для меня значение, — на чемпионате мира и на своей физической готовности к нему. Каждое утро я работал по самостоятельной программе с одним из физиотерапевтов сборной Англии, Аланом Смитом. Я только начинал бегать, только начинал проверять на практике последствия перелома. Надлежало также усердно заниматься подготовкой непосредственно к футболу, к предстоящим матчам. Я был не в состоянии присоединиться к регулярным тренировкам команды, которые проходили каждый день в одно и то же время. В Дубае все было очень правильно сбалансировано — сначала напряженная работа, а затем пляж и немного солнца, причем рядом с нашими близкими, которые могли наслаждаться этими прелестями вместе с нами. Я все еще сомневался, буду ли готов играть в нашем первом матче против Швеции. Иногда я просыпался с ощущением полной готовности к этому, а временами чувствовал, что мне не хватает времени. Как капитан сборной Англии я отчаянно хотел — и старался — выступить в чемпионате мира. А также считал, что для меня и команды будет лучше всего, если я смогу играть с самой первой нашей встречи. Еще перед выездом из Англии я сделал все, что мог, чтобы максимально ускорить процесс восстановления. Теперь, в Дубае, я получил возможность дать травмированной ноге нагрузку. Помимо того, что я начал интенсивные пробежки, имелась еще одна работа, которую предстояло сделать, прежде чем я буду готов хотя бы только к обычной тренировке, не говоря уже об ответственном матче. Возможно, кто-то видел фотографии, где я прыгаю на батуте. В тот период я не был в состоянии многократно подпрыгивать. Цель этих упражнений заключалась в том, чтобы снова научить мою ногу умению поддерживать равновесие. Так же, как мускулы без упражнений теряют силу, сухожилия и связки забывают, как выполнять свои обязанности. Я должен был стоять на одной ноге и сохранять равновесие, когда мне бросали мяч, стараясь мягко поймать его стопой другой ноги, а затем менять ноги. Следующей стадией после этого было точное возвращение мяча ударом с лета, вместо того чтобы просто ловить его. В конце каждого дня физиотерапевты садились с врачами сборной Англии и беседовали о том, чего нам удалось достигнуть. Медицинская бригада поступала бы точно так же с каждым из травмированных игроков. Затем доктор Крейн встречался вечером со Свеном, чтобы сообщить ему, как продвинулись мои дела за текущий день.

Я был доволен пребыванием среди своих ребят, которые не ломали себе голову ни над чем, кроме успешного старта в турнире. Ощущая волнение и возбужденность каждого из них, я мог более позитивно относиться ко всему, что следовало делать мне самому. Не знаю, то ли это обязанности капитана заставляли чувствовать себя старше, то ли просто давал себя знать тот опыт, который я приобрел четыре года назад на «Франции-98». Мне нравилось наблюдать за молодыми игроками сборной, за их озабоченностью своим внешним обликом, новыми костюмами, формой, всеобщим вниманием и прочим. Но если говорить о футболе как таковом, то чемпионат мира означал для них лишь несколько весьма ответственных матчей, которых они с нетерпением ждали. Эти парни ничего не боялись, благодаря чему они держались очень непринужденно. Другое дело я и Майкл Оуэн, Гарет Саутгэйт, Мартин Киоун и Дэйв Симэн, которые уже побывали на подобном турнире и понимали, что представляет собой на самом деле чемпионат мира и сколько здесь поставлено на карту для каждого и для нас всех.

Неделя в Дубае дала игрокам немного времени, чтобы отдохнуть после домашнего сезона, который закончился совсем недавно. Время это пролетело, как мне показалось, слишком быстро, и вот я уже должен был прощаться с Викторией и Бруклином, чтобы вместе с командой отправиться в путешествие на Восток. Там в течение чемпионата мира нам предстояло несколько разъездов, и мы посчитали это чрезмерным для наших семей. На время турнира мы собирались устроить свою базу в Японии, но пока остановились в Южной Корее для первой из двух намеченных для разминки товарищеских встреч. После оформления в отеле на лицах игроков можно было увидеть явную перемену настроения. Теперь мы были здесь, в том месте, где должен проходить чемпионат мира. Первый матч послужил для нас хорошей встряской, поскольку в Сегвипо мы всего лишь свели встречу с корейцами вничью 1:1. Мы там кое в чем экспериментировали, и никто не работал на полных оборотах, но все равно было очевидным, что сборники из Южной Кореи сумеют играть, а вдобавок они были в отличной физической форме. Чего никак нельзя было сказать про меня. Я даже близко не подошел к своей обычной форме — и это всего за одиннадцать дней до нашей первой настоящей встречи.

Свен захватил с собой в качестве одного из четырех массажистов, которые отправились вместе с командой в Японию, крепкого голландца по имени Ричард Смит. Кто-то прицепил на двери Ричарда карточку с надписью «ДОМ БОЛИ», и этот остряк-самоучка был не так уж далек от истины. Ричард проникал очень глубоко в то место, где сидела ваша травма. Не могу описать, на что это было похоже и какие ощущения порождало. Болело так, что у тебя переворачивало все кишки. Но его действия давали результат. Благодаря Ричарду я в конце концов пришел в порядок, а позже Майкл Оуэн смог выйти на игру с бразильцами только потому, что Ричард славно потрудился над его травмой паховых мышц, случившейся за день до этого.

Наш второй товарищеский матч проходил в следующее воскресенье в Японии, на этот раз против сборной Камеруна. Хотя я еще не мог играть, бригада врачей сочла, что для моего психологического состояния будет полезно побыть с остальными ребятами, и поэтому именно я вывел команду на разминку. Игра оказалась вполне приличной и смотрелась, вопреки тому, что футболисты по очевидным причинам откровенно берегли себя при отборе мяча и в других столкновениях, а заключительный счет был 2:2. В тот день я мысленно вернулся к началу своей реабилитации после перелома. Вскоре после моей травмы, сборная Англии проводила на «Энфилде» товарищеский матч против Парагвая. Команда собралась в какой-то гостинице в Чешире, и Свен пригласил меня тоже. Он хотел, чтобы я принял участие в подготовке, поскольку ни на минуту не терял веры в то, что я выступлю в Японии. Я пришел на общий ужин, и мне было приятно видеть всех остальных ребят, но на той стадии основное время я проводил все еще на костылях. И когда команда на следующее утро ушла тренироваться, я остался сидеть в отеле и смотрел дневные телепередачи. В течение тех нескольких часов я самым настоящим образом погрузился в психологическую яму. Если я не мог даже пойти вместе со всеми и хотя бы понаблюдать за тренировкой, не говоря уже о том, чтобы участвовать в ней, то каковы мои шансы? Теперь я находился здесь, на месте и незадолго до первой официальной встречи. Но уверенности все еще не было. Пребывал ли я на расстоянии в несколько дней от момента, когда весь тяжкий труд по реабилитации окупится? Или же на том же расстоянии от такого разочарования, которого я даже не мог себе вообразить?